Ищу фиктивного мужа! Срочно (СИ) - Сью Ники

Я сжимаю орешек в ладони, перебирая варианты ответов. Сказать сейчас или потом? Не будет ли ошибкой, если потороплюсь? Или, может, окончательно утереть ей нос? Хотя в чем мы тут состязаемся? У меня жених-то фиктивный, а у Оли настоящий. И любит он ее, души не чает. И цветы ей дарит по праздникам. И ночами сладко целует. А у меня… кот и кактус.

— Жених я ее, — голос Димы такой бархатный, энергичный заставляет бабочек в моем животе закружится вихрем. А еще орешек выпадает из пальцев и катится куда-то недалеко вдоль зала, пока на него не наступает мужская нога в красивых лаковых туфлях. Упс…

Поднимаю взгляд, сканирую классический офисный костюм с галстуком.

— Жених? Надин? Вы? — Оля так часто моргает, будто НЛО увидела.

— Ну не ваш же.

— Как? Это… правда? — мне кажется, если бы сестра не сидела, она бы упала. Клянусь. Такой у нее вид шоковый, что стул тут очень к месту. — И когда свадьба?

— Скоро, — теперь уже отвечаю я. А что делать? Раз уж играем по-крупному, надо открывать карты. Тем временем черные туфли делают шаг к нам и останавливаются прямо у стола.

— Донской, я не ослышался? — звучит мужской голос, заставляя нас всех посмотреть на его хозяина.

— Колян? Не ожидал. Вот так встреча, — Дима поднимается из-за стола, протягивает руку, но Колян этот не спешит пожимать ее. Мнется нерешительно. Потом, правда, принимает рукопожатие, слегка кривится, будто ему тяжело от этого. А когда освобождает ладонь, сразу же засовывает ее в карман форменных брюк.

— Выходит, реально нашего Донского холостяка окольцевали? Интересно кони пляшут, а мне родичи ничего не говори. Или постой… они еще не знают? Или вы ждете потомство?

Глава 08 — Дима

Делаю глоток пива. При том такой — смачный. Ну и попадос ситуация. Я-то думал, что обойдемся без родни, зачем им вникать в мои рабочие дела, но вот, пожалуйста — Колян нарисовался.

— Давайте, может, вместе поужинаем? — оживляется двоюродный брат. И деву свою дергает за локоть, как мамочку.

— Так вы… родственники выходит? — Оля, которая до этого без зазрения совести на меня поглядывала томным взглядом, моментально меняется. Будто два разных человека. Интересно, может у них тоже фиктивный брак?

— Да, двоюродные, — кивает Колян и берет стул из-за соседнего столика, присаживаясь. — Так что, Дон, реально женишься? Не шутишь?

— А что я похож на Павла Волю в молодости? — сверлю его взглядом. — Женюсь.

— Ничего себе! — Рыжов хлопает в ладони, кивнув. — Хорошее дело. И как ощущение?

Смотрю на него и не пойму, то ли я олень, то ли лыжи не едут. О чем он, мать его, толкует? Какие у меня могут быть ощущения, я, что девочка двадцатилетняя?

— А у тебя как?

— Да я просто в шоке с нынешних цен, у меня хоть и зарплата ого-го, — начинает хвастаться брат. Он-то у нас начальником в офисе работает, со слов матушки, реально хорошо имеет. — Но я охреневаю, ребят. Вы только представьте, женское белье с платьем стоит состояние. Это на один раз, а…

— Коля, — дева дергает своего жениха, только зря. Он если заведет шарманку, хрен кто остановит.

— Ты слышал, сколько Пашка Мисняков за свадьбу отвалил? Он в чате писал, что за платье невесты они отдали триста тысяч, — и следом у Коляна глаза как две копейки становятся. — А за ее ажурные трусы еще полтинник.

Рыжов прыскает со смеху, тем временем Оля его прикрывает лицо руками. Честно сказать, на ее месте, я бы вообще уже свалил.

— Колян, ты бы заткнулся, а то по лицу твоей ненаглядной кажется, что она уже мысленно за пятьсот косарей тебе памятник на Вагановском заказывает.

За столом воцаряется тишина. При том такая, убийственная. До Рыжова, видать, доходит, что он косяка спорол. Поэтому брат резко встает, деву свою поднимает, и бледный, как мел, тихонько блеет.

— Мы это… у нас романтик. Всех благ.

И не дожидаясь от нас с Надей прощальных слов, тянет Олю подальше, к самому угловому столику.

— Ну вот и… познакомились, — говорит моя фиктивная невеста.

— Теперь придется напрячься, и для приличия фоток наделать, в соцсети залить. Иначе ж Колян не отвяжется. Главное, конечно, чтобы он родне не сболтнул. Хотя у него вон — малина начинается. Сейчас явно Рыжову не до нас будет.

— А я думала, он очень богатый, — поглядывает на моего брата задумчиво Надя. — Ну… по крайней мере, через общих знакомых была инфа, что он при деньгах.

— Он-то при деньгах, но жлоб страшный. Матушке своей даже стиралку новую зажал, когда та у нее сломалась. Ничем абсолютно не помогает родителям, только себе и с них берет при возможности. Хотя мать его минималку пенсии получает.

— Тогда, — Надя берет бокал с пивом и чокается с моим, — жена ему досталась под стать.

— Согласен. Так это, Надюш, — поворачиваюсь к ней и вдруг ловлю себя на мысли, что эта простая девушка выглядит очень даже мило. И вот на фоне такой Оли, которая пытается казаться лучшей версией себя, да и на фоне Ланы, она как домашний цветок. Нетронутая людскими пороками.

Надя поправляет очки, ощущение, что мое ласковое обращение ее то ли смутило, то ли в ступор ввело.

— Расскажи о себе. Я ж что-то да должен знать. Муж, будущий все-таки, а не дядя из подворотни.

— Что рассказывать-то? Учительница русского и литературы, классное руководство, и кот Васька. Вот собственно и все.

— Да по тебе памятник плачет, — шутливо говорю, а сам продолжаю уплетать закуски.

— Тоже на Вагановском? — удивленно смотрит Надя.

— Мы еще с тобой не в той стадии отношений, чтобы я хотел тебя на Вагановское отправлять, — со смешком отвечаю. А потом думаю, обидится ведь. Черные шутки про кладбище мало кто понимает. Лана вообще считает, что у меня с юмором беда.

— Надеюсь, что в той и не будем. Иначе мне придется нанять киллера, чтобы отправить тебя туда раньше, — и следом смеется. Да так искренне, заливисто, что я и сам невольно улыбаюсь.

Да, Донской, теряешь былую хватку. Если женщина смеется с твоих тупых шуток, значит, пора вызывать наших из МЧС. Притом еще не известно по чью душу.

В баре мы сидим еще час, может, меньше. Обсуждаем все нюансы, какие вспоминаем, добавляем друг друга в соцсетях, ставим семейное положение. Ну а как иначе? 21 век мать его, все следят друг за другом, уже и чихнуть тайно нельзя. А мне, к слову, еще шефу доказательства предоставлять.

— Может, аватарку сменим? — предлагает Надя.

— А это обязательно?

— Ну… лишним не будет. Хотя если ты против, то… — она часто моргает и так забавно кусает губы, что я больше на автомате кладу ей руку на плечо. Притягиваю к себе, но, видимо, больно резко, что Надя утыкается носом в мою щетину. Фырчит там, словно ежик, сгруппировалась вся.

Беру телефон со стола, навожу камеру на нас и ставлю на таймер. Щелчок слетает довольно быстро, и мы начинаем рассматривать фото.

— Кажется, не очень, — констатирую я. — У меня лицо как у Халка.

— А у меня как… младшего брата Халка, хомяк короче, — вздыхает грустно Надя. — Может, еще разок?

— Да без проблем.

И снова прижимаю ее к себе, навожу камеру и стараюсь улыбнуться более естественно.

— Теперь ты похож на маньяка, — смеется она, раздвигая пальцами фотку.

— Ну… вполне добродушный маньяк. Ладно, — отмахиваюсь. — Давай еще разок.

Кручу телефоном, ищу ракурс получше, но то ли освещение дурацкое, то ли мы выглядим, ну мягко скажем, не совсем естественно. Чужие. Скованные. По крайней мере, Надя. Будто боится лишнюю секунду задержаться рядом со мной. Во дела… Первый опыт на моей практике общения с женщинами. Нежданчик.

— Слушай, — убираю мобильник. — Давай в понедельник лучше? После ЗАГСа прогуляемся и сделаем пару фоток. Или в другой день.

— Хорошо, как скажешь, — на удивление Надя не спорит. И сказать по правде, мне нравится ее покорность. Хотя это в нашем случае, полагаю, лишнее.

По домам едем раздельно. Надежда на такси, я на своем Тигуане. Что ж… впереди напряженная неделя. И я еще даже не подозреваю, чем закончится понедельник.