По осколкам твоего сердца (СИ) - Джейн Анна

- Я расскажу, - согласился Дима, мгновенно став серьезным. – Но вы все еще можете уйти. Не влезать в это.

- Дамы реально могут уйти. Я их спрячу. А с тобой буду до конца, Димас, - уверенно сказал Леха. – Иначе кто еще будет называть меня зайчиком?

- Я не уйду, - нахмурилась я. – Что за бред? Если вместе – значит, вместе.

- И я никуда уходить не собираюсь! – воскликнула Дилара. – Как я буду жить, если с вами что-то случиться? Я вас не оставлю. И не смотрите на меня так. Ясно? И вообще, Дим, у меня к тебе вопрос. Почему ты не предупредил Полину и Лешу о том, что твоя смерть – фейковая? Нет, я не наезжаю, просто пытаюсь понять…

- Я предупредил, - удивленно сказал Дима. – Написал сообщение Полине.

- Что?! – воскликнула я. – Ты о чем? Какое сообщение?

- Судя по всему, ты его не получила, - задумчиво сказал он. – А я думал, ты от меня отказалась.

Мы расположились в гостиной – Дима сидел в кресле, а я – на его коленях. Дилара и Леха – на диване напротив. За окном шел мелкий противный дождь, а Дима рассказывал нам то, что скрывал целых три года.

Глава 45. Тайны прошлого

Впервые за долгое время Барс не чувствовал себя одиноким. Рядом с ним были друзья и любимая девушка, и все они смотрели на него так, что становилось неловко. Все это время они считали его мертвым. Да и он сам считал себя мертвым, если честно.

Теперь все иначе. Он снова в родном городе. С теми, кто его помнил.

Задумчиво гладя Полину по спине, Дима начал рассказ. Каждое слово давалось ему с трудом, и казалось, что голос не его, а чей-то чужой, и рассказывает он не о его жизни, а о чьей-то другой. Лишь близость Полины и тепло ее хрупкого тела успокаивали Барса.

Синеглазка была его якорем, за который он держался, чтобы не утонуть во тьме в самое плохое время.

***

Все началось со звонка Старика.

В тот день Барс увидел, что отчим Полины поднимает на нее руку. И защитил ее, как мог. Только перед матерью этот урод все выставил в ином свете. Полина окончательно поссорилась с ней и ушла вместе с Барсом в его квартиру. Надо признаться, тогда он думал, что, возможно, синеглазка останется с ним. Они будут вместе жить, вместе ходить в школу, вместе переедут в ее родной город после одиннадцатого класса.

Думая об этом сейчас, Барс понимал, как наивно это было. Но та осень стала для него самым счастливым временем. Тогда он жил в полную силу и не думал, что однажды будет мертв для тех, кем дорожил, как семьей.

Старик хотел, чтобы Барс приехал к нему. Срочно. Голос его был нервным, будто что-то случилось. Но разве мог он оставить Полину одну после всего того, что произошло? Нет. Поэтому Барс тупо забил на отца.

Но тот не успокаивался. Звонил и звонил. Потом даже написал сообщение – впервые в жизни. Тогда Барс перезвонил ему сам.

 «Что случилось?» – спросил он во время разговора со Стариком. И услышал отчаянный плач младшей сестры.

«Я даю тебе полчаса, чтобы ты приехал! Полчаса. Клянусь, иначе ты пожалеешь. Не заставляй меня ехать к тебе самому», - прорычал отец.

«Окей. Приеду».

«У тебя мало времени».

Если бы не плач сестры на заднем плане, он бы никуда не поехал. А так задумался – может быть, с мелкой что-то произошло?

Рано утром Барс собрался, ласково погладил спящую Полину по волосам, не понимая, почему хочет улыбаться, когда смотрит на нее. Затем на прощание потрепал за ухом пса и котенка. И ушел, не зная, что это было в последний раз.

До отца Барс доехал быстро – в это время пробок еще не было. Старик жил в элитном клубном доме на берегу реки. Престижный район, эксклюзивная архитектура, авторский дизайн – все по высшему классу. Чтобы оказаться в квартире, пришлось миновать два поста с охраной, но в итоге Барс все-таки оказался в доме отца и его семьи. Раньше Барс ни разу там не был, и, хотя подозревал, что они жили хорошо, даже не подозревал, насколько роскошно внутри. Всюду полозота, картины, лепнина, колонны - будто во дворце. Однако несмотря на шикарное убранство, в квартире царил хаос. Всюду были раскиданы вещи, разбросана одежда, слышались тревожные голоса, а младшая сестра продолжала реветь.

- Что случилось? – непонимающе спросил Барс, увидев Старика – тот искал какие-то важные бумаги в своем кабинете. И выглядел так, словно произошло что-то плохое – под глазами залегли тени, а морщины стали отчетливее, выдавая возраст.

- Возьми ключи, открой сейф под картиной и достань бабки, - вместо ответа сказал Старик, продолжая сосредоточено искать бумаги – ненужные он просто-напросто швырял на пол, будто очень торопился.

- Зачем? – нахмурился Барс.

- Не спрашивай! – рявкнул Старик. – Возьми сумку на столе и сгребай в нее все, что увидишь, понял?

- Без вопросов, - пожал плечами Барс.

Он выполнил то, что велел отец. Без труда открыл домашний сейф, в котором пачками лежали доллары и евро и стал сгребать их в сумку. Обычную спортивную сумку! Это был просто какой-то чертов сюрр!

Пока Барс собирал деньги, отец нашел то, что искал, и запихал нужные документы в кейс.

- Ты мне скажешь, что случилось? – Барс поставил сумку с деньгами на стол и внимательно уставился на Старика.

- Мы уезжаем. Ты едешь с нами, - отрывисто сообщил тот, набирая какой-то номер на телефоне. Но дозвониться у него не получалось, и он злился.

- Не понял, - нахмурился Барс.

- А тут и понимать нечего! Скоро за нами приедут, и вместе свалим из города.

Никуда валить Барс не собирался. У него тут Полина, друзья, животные. Даже могила матери тут. Он никуда не уедет.

- Не собираюсь никуда ехать, - отрезал парень. Старик тотчас взбесился. Подскочил к нему с бешенными глазами и схватил за ворот кожаной куртки.

- Да ты благодарен мне будь, выродок, что я тебя с собой беру! – закричал он. – Спорить вздумал?

- Вздумал, - спокойно ответил Барс, недобро глядя на отца исподлобья. – Отвечай – какого фига я должен уезжать? Тут мой дом.

- Я сказал – поедешь, значит поедешь, - встряхнул его Старик.

- Да пошел ты в задницу, - выплюнул Барс, чувствуя, как его охватывает ярость. Это еще что за новости?! Куда он должен ехать? А не отправиться ли Старику далеко и надолго?

- Ты как с отцом разговариваешь? – прошипел тот, занося кулак. Наверное, хотел ударить сына, как часто это делал. Барс даже взгляда не отвел – напротив, его взгляд говорили: «Бей, я не боюсь. Дам отпор».

Рука Старика дернулась. Он будто прочитал это в глазах сына.

- Давай, - спокойно сказал Барс. – Только я и ответить могу.

- Гаденыш, - прошипел Старик, крепче сжал кулак, но осекся – увидел на пороге жену. Оксана – испуганная и бледная – стояла и смотрела на них большими глазами.

- Володя, не надо его трогать, - тихо сказала она. – Отпусти мальчика…

Тот нехотя отпустил Барса, положил тяжелую руку ему на плечо и склонился – так, чтобы их глаза были на одном уровне.

- Подожди меня за дверью, Оксана. А ты… Значит так. Еще раз. Сейчас ты поедешь вместе с нами, усек? Я тебе жизнь спасаю, а ты выделываться вздумал?

- Что значит спасаешь? – поднял бровь Барс. Все происходящее так и казалось для него каким-то странным сном.

- Объясняю один раз, - глухо ответил Старик. – С зоны человек один откинулся. Серьезный такой человек. И узнал, что я его по-крупному подставил. Теперь мстить собрался. Менты киллера поймали. У него заказ на всю семью был. На всю. – Его лицо перекосилось от ярости. – Теперь сваливать надо. Залечь на дно. Нам всем. Тебя тоже решил забрать. А ты выделываешься, щенок. Бога благодари, что с собой тащу.

Его слова стали для Барса как оплеуха. Месть? Киллер? Заказ на убийство семьи? Это прикол такой? Этого ведь не бывает. Они не в такое время живут, не в лихих девяностых, когда творился беспредел.

Барс оцепенел. Нет, такого не может быть. А если и может, то не с ними.

- Ладно я, а девчонки-то причем? – вдруг спросил сам у себя Старик. – Детей бы пожалели, твари.

- А я? – неожиданно для самого себя поинтересовался Барс. – Я не твой ребенок?