– Какие оправдания?
– Оправдания тому, что ты меня мурыжила.
Яна ласково погладила мои скулы:
– Неужели ты думал, что родители будут против? Они тебя обожают. А мама так и вовсе сказала, что давно подумывала о том, что неплохо было бы, если бы мы с тобой встречались.
– Правда? – Мои брови поползли наверх.
– Да, говорит, так им с папой спокойнее будет.
– Твоя мама плохо меня знает. – Я многозначительно ухмыльнулся.
Мелкая чмокнула меня в нос.
– Моя мама знает тебя достаточно, чтобы понимать, какой ты замечательный.
Я ласково улыбнулся:
– Ты меня идеализируешь.
– Всегда, – прошептала Яна и снова прижалась к моим губам.
С каждой секундой наш поцелуй из трепетного и нежного становился все горячее, и я почувствовал напряжение в штанах.
– Мне через пять минут выходить к твоим родителям, пощади, – пробормотал я Яне в губы.
Она не послушала меня и принялась целовать скулы и опускаться к шее.
Я тихо застонал, впиваясь пальцами ей в бедра и вжимая ее в себя.
– Ты понимаешь, что будешь мне должна? – прохрипел я.
Мелкая вдруг оторвалась от моей шеи и выпрямилась. Ее глаза горели.
Она подняла мою руку и, произнеся:
– По-твоему, я против? – обхватила мой большой палец губами и принялась его посасывать.
– Что ты делаешь? – беспомощно проскулил я, следя за тем, с каким наслаждением и томным взглядом из-под ресниц Яна сосет палец, и чувствуя, что еще немного, и я потеряю контроль: просто переверну ее на спину, стяну с нее домашние шорты, закрою рот ладонью и… И плевать, что по одну сторону за стеной от нас находится мой лучший друг, а по другую – ее родители.
Я предупреждающе процедил:
– Если ты продолжишь, то дядя Миша с тетей Наташей точно пожалеют о том, что ты со мной связалась.
Яна отпустила мой палец и, запрокинув голову, заливисто рассмеялась.
Я же, воспользовавшись возможностью, привлек ее к себе и принялся покрывать поцелуями шею, обрывая смех ее же сладким стоном.
Наслаждаясь вкусом Яниной кожи и гладя ее покорно трепещущее в моих руках тело, я полностью признавал, что обречен.
Я был безнадежно влюблен во все неисчерпаемо-прекрасные оттенки этой девушки: от кроткой и нежной Мелкой до вспыльчивой и страстной Яны Макаровой.
И я уже не мог представить своей жизни без нее. Да и не хотел.
Эпилог. Яна. Год спустя
Стоило мотоциклу Исаева исчезнуть из поля зрения, как я качнула головой и выкрутила газ, увеличивая скорость. Потом все ему выскажу.
До финишной прямой оставалось совсем немного, но я еще ускорилась, чтобы в случае если этому «джентльмену» придет в голову все же меня обогнать в последний момент, у меня было больше шансов оставить его с носом.
Было раннее утро, и гоночная трасса пустовала. Мы с Егором сорвались сюда, едва проснувшись. Да и вообще с того момента, как они с Вадимом подарили мне мотоцикл, мы бывали тут почти каждый день.
Несмотря на мои опасения, я приехала первой и, остановившись, дождалась неторопливо подкатившего к моей красной «Хонде» Босса.
– Ты опять поддался! – заявила я, когда Егор стянул с головы шлем и убрал назад растрепавшиеся волосы.
– Чем докажешь? – Он ослепительно улыбнулся.
– Ты все время мне поддаешься.
– А может, мне просто нравится тебе проигрывать? – Его улыбка вмиг стала игривой. Он чуть наклонился в мою сторону и понизил голос: – Нравится, когда ты надо мной доминируешь…
Я толкнула его в плечо, и Исаев расхохотался. Хорошо, что свой шлем я еще не сняла, а потому лишила этого самодовольного засранца удовольствия лицезреть мои загоревшиеся щеки.
Отсмеявшись, он с деловитым видом осмотрел мой мотоцикл:
– Надо будет еще пару кругов прокатиться на нем, проверить, все ли ок, – заметил Егор. – За бэушными мотиками глаз да глаз.
Я покачалась взад-вперед:
– Да вроде все нормально. Вадька сказал, они с папой по пять раз все проверили. Да и ты уже, наверное, больше меня на нем ездил.
Взгляд Исаева остановился на чем-то за моей спиной, и я не сразу сообразила, что он рассматривает мою пятую точку в обтягивающих темных леггинсах.
– Егор! – возмущенно окликнула я, и парень невинно похлопал на меня ресницами.
– С твоего дня рождения прошло уже почти две недели, а ты все никак не выберешь ему имя.
Переводит тему. Ладно…
– Это «она», – поправила я и добавила: – И я уже выбрала ей имя. Гера.
Егор заинтересованно вздернул подбородок:
– Жена Зевса?
– Богиня, олицетворяющая супружескую верность. – Я пожала плечами. – И красиво звучит.
– Хм, любопытно. И в какой-то степени даже заводит.
– Это мотоцикл, Егор, – внушительно произнесла я.
Он склонил голову набок, пристально всматриваясь мне в глаза:
– Но это твой мотоцикл. Кстати, – вдруг оживился он, – мы с тобой его еще не обновили…
– Извращенец, – констатировала я.
– И тебе это нравится, – протянул Исаев с лисьей улыбкой.
Я сощурилась на него и предложила:
– Давай так: сделаем еще круг. И если ты снова мне поддашься, то ничего не будет.
– А если не поддамся?
– Если не поддашься и сможешь меня обойти, я исполню любое твое желание. На месте.
Исаев тут же посерьезнел и бросил на меня хищный взгляд исподлобья, от которого по моему телу пробежали предвкушающие мурашки.
– И ты на полном серьезе рассчитываешь, что тебе удастся меня обогнать? – угрожающе тихим голосом поинтересовался он.
Я с вызовом подгазовала, не отрывая от него глаз.
По губам Егора расплылась так любимая мной ухмылка:
– Опять играешь с огнем, Мелкая.
– И тебе это нравится, – весело сказала я и, не став его дожидаться, сорвалась с места, зная, что Босс даже с такой форой догонит меня в считанные секунды.
