Развод. Не буду второй женой (СИ) - Манарова Эльза

Изменилась! Он говорит об этом, как о реструктуризации компании - необходимые изменения для повышения эффективности. В его логике всё разумно: старая жена остаётся для статуса и стабильности, новая жена дает наследника. Простая математика. Но то, что я разрываюсь от боли в этой кровати, где он теперь лежит и мысленно сравнивает наши тела - всего лишь досадное препятствие, которое со временем устранится.

- Иди к ней. Если тебе нужна близость, иди к той, кто может тебе её дать.

- Мне нужна ты.

Его губы касаются моей шеи, того самого места, которое всегда сводило меня с ума. Но сейчас я чувствую только отвращение.

- Нет. - Резко поворачиваюсь к нему. - Не смей.

- Злата, ты моя жена...

- Не хочу больше оставаться твоей женой. Ты мне не нужен. - Кричу на него.

Тамерлан хватает меня за руки, его пальцы сжимаются сильно, почти больно.

- Прекрати истерику. - Голос его становится жёстким. - Веди себя достойно.

- Отпусти меня.

- Когда ты успокоишься.

- Отпусти, или я закричу так, что она услышит наверху.

Мы смотрим друг другу в глаза несколько долгих секунд. Потом Тамерлан медленно разжимает пальцы.

- Ложись спать. - Говорит он холодно. - И больше не устраивай сцен.

Он поворачивается и идет в ванную.

Ложусь обратно в кровать, поворачиваюсь к стене. Когда Тамерлан возвращается, притворяюсь спящей. Он ложится на свою сторону, и между нами остается пропасть холодных простыней.

Всего несколько часов назад в этой кровати была только моя боль. Теперь к ней добавилось отвращение к собственному мужу.

Лежу с открытыми глазами до самого утра, слушая его ровное дыхание и думая о том, что наверху, в гостевой спальне, спит женщина, которая может дать ему то, что не могу дать я.

Здесь мне не место.

Айна останется тут навсегда.

Нужно срочно решаться на что-то.

У меня есть сбережения. Есть незаконченные проекты, которые можно довести до конца. У меня есть собственная машина, которую купила на свои деньги. Есть банковская карта, которой пользуюсь независимо от Тамерлана. Есть портфолио с работами, которое может открыть двери в любую архитектурную студию. Есть друзья в Питере, которые помогут первое время

Мне просто нужно поверить в себя. Я ведь как-то существовала до нашего брака. Значит, буду существовать после него. Я была кем-то ещё до того, как стала женой Тамерлана: проектировала здания, выигрывала конкурсы, строила карьеру.

На самом деле есть жизнь за пределами этого дома, нашего брака.

И у меня остаётся только один выход.

Глава 7

Когда наконец проваливаюсь в сон, меня терзают кошмары.

Снится, что я прихожу домой, вставляю ключ в замок, но дверь другая. Ключ, однако, подходит, и я вхожу внутрь.

Дом тот же, но выглядит совершенно по-другому.

Стены в гостиной стали бежевыми вместо нежно-голубых. Мой любимый диван с изумрудной обивкой исчез, вместо него стоит кожаный комплект цвета кофе с молоком. Журнальный столик из венецианского стекла заменён на массивный деревянный.

Поднимаюсь по лестнице. На стенах семейные фотографии, но на всех снимках Тамерлан с Айной и маленьким мальчиком. Там собраны типичные счастливые моменты семьи: их свадьба, медовый месяц, первые шаги ребёнка. Меня нет ни на одной фотографии. Как будто меня никогда и не существовало.

Захожу в спальню, открываю шкаф - там только мужская одежда и женские вещи, но не мои. Яркие платья, которые никогда бы не выбрала.

- Что ты здесь делаешь? - Голос за спиной заставляет меня обернуться.

В дверях стоит Тамерлан, но смотрит на меня как на незнакомку.

- Тамерлан, что происходит? Почему в нашем доме всё изменилось?

- В нашем? - Он хмурится. – Это не твой дом, его проектировала и обустраивала моя жена Айна.

- Этого не может быть!

Но он смотрит на меня с недоумением и жалостью.

- У вас, наверное, помутилось сознание.

Я оглядываюсь вокруг в отчаянии. Дом стал чужим, холодным, безликим.

- Мама, кто эта тётя? - В детскую заходит мальчик лет четырёх.

За ним появляется Айна. Она снова беременна, живот уже большой.

- Никто, дорогой, - отвечает она, не сводя с меня презрительного взгляда. - Просто женщина, которая заблудилась.

- Я не заблудилась! - Голос мой срывается. - Это мой дом! Мой!

Но они смотрят на меня как на сумасшедшую. Тамерлан берёт меня за руку.

- Уходите и больше не возвращайтесь или вызову охрану. Этот дом принадлежит моей семье.

Дверь закрывается, и я остаюсь на улице. Оборачиваюсь посмотреть на дом - но это уже не мой дом. Как будто дома, который я создавала, никогда не существовало.

Просыпаюсь в холодном поту, сердце колотится как сумасшедшее. Не сразу понимаю, что это был всего лишь страшный сон. Кошмар был настолько реальным, что несколько секунд не могу понять, где я.

За окном светает. Во рту сухо, руки дрожат. Пытаясь понять, что происходит со мной.

Тамерлан уже встал, его сторона кровати пуста, простынь остыла. Наверное, пошёл в спортзал, как делала это каждое утро. Привычка, от которой он не отступал даже в медовый месяц.

Медовый месяц мы провели в Италии. Тамерлан снял целую виллу в Тоскане, каждое утро заказывал завтрак в постель, дарил украшения. Тогда мне казалось, что это проявления любви. Теперь понимаю - он просто делал инвестиции. Вкладывался в проект под названием «идеальная жена».

Тошнота усиливается. Странное ощущение в желудке заставляет присесть. Тошнота накатывает волнами. Может, я отравилась или всё дело в нервах? Я осторожно встаю с кровати, но головокружение заставляет схватиться за спинку. Что-то не так.

Иду в ванную, держась за стену. Включаю холодную воду, умываюсь, но становится только хуже. Желудок буквально выворачивается наизнанку.

Падаю на колени перед унитазом как раз вовремя. Рвёт так сильно, что слёзы выступают на глазах. Желчь горчит во рту, голова кружится.

Что это может быть? Стресс? Нервное истощение? Или...

Нет. Этого не может быть. Не сейчас, когда всё рухнуло. Не тогда, когда в доме живёт другая женщина, беременная от моего мужа.

Но мысль заседает в голове и не отпускает.

Когда у меня была последняя менструация? Уже прошло больше месяца. В последнее время я настолько погружена в кошмар, что перестала следить за календарём.

Снова рвёт. Обхватываю унитаз руками, чувствуя себя жалкой и больной. Волосы прилипают к влажному лицу.

Как же я хотела ребёнка все эти годы. Каждый месяц покупала тесты, каждый месяц надеялась, что на этот раз полоски будут две. И всякий раз, когда тест был отрицательным, это разбивало мне сердце.

Тамерлан сначала утешал меня, говорил, что всё у нас получится. Потом стал молчать, начал избегать разговоров на эту тему. Теперь я понимаю - он просто искал альтернативные варианты.

Я была не женой, а кандидаткой на должность матери его детей. И когда стало ясно, что я с этой работой не справляюсь, он нашёл другую.

Все его подарки, все романтические поездки, все нежные слова - это было не про любовь. Это было про создание комфортных условий для зачатия. Когда результата не последовало, инвестиции перенаправили в более перспективный проект.

Тошнота отступает, но слабость остаётся. Я сижу на холодном кафеле ванной, прислонившись спиной к стене.

- Ох, бедненькая. - Слышу неприятный голос за спиной.

Поднимаю глаза. В дверях ванной стоит Айна. На ней лёгкий шёлковый халат. Она выглядит свежо, как будто только что снималась в рекламе дорогого крема.

- Что случилось? - Входит в ванную без приглашения.

- Ничего особенного. Наверное, что-то не то съела.

Айна смотрит на меня внимательно, и в её глазах читается что-то неприятное.

- Может, у тебя токсикоз. - Ядовитая усмешка отчётливо слышится в её словах.

- Что?

- Ну, рвота по утрам. Это классический симптом. - Она наклоняет голову, изображая сочувствие. - Хотя в твоём возрасте и с твоими проблемами. Наверное, просто стресс или психосоматика. Знаешь, когда женщина очень хочет забеременеть, организм может имитировать симптомы. Особенно если годами ничего не получается.