Обещай любить меня (ЛП) - Розвелл Беллами

Вот тогда мы с братьями поняли, что нам нужно держаться вместе. У нас были только мы друг у друга, никаких родительских фигур, которые поддерживали бы нас и направляли по жизни. У нас была одна обязанность, быть единым фронтом для Монро. Я был всего на два года старше ее, но довольно скоро я узнал, что значит быть обузой, с которой никто не хотел иметь дело. Монти изо всех сил старался защитить нас, но Франклин знал, когда действовать. Он знал, что Монти попытается остановить его, поэтому он следил за тем, чтобы его жестокое и оскорбительное поведение, в частности по отношению ко мне, происходило, когда его или кого-либо из моих братьев не было рядом.

Насилие Франклина и пренебрежение Делии стали нашей новой нормой. Хотя Монти был рядом с нами, сколько мог, он знал, что на самом деле ничего не может сделать, не рискуя, что Франклин обратит свой гнев на Монро. Это был его самый большой страх. Это был и мой страх, поэтому, я думаю, я принял на себя большую часть ярости отца. Кроме моих братьев, которые были достаточно взрослыми, чтобы выходить из дома самостоятельно, у меня было мало свободы из-за моего возраста. Монти подрос и начал думать о собственном будущем. Бо и Тео были заняты любыми девушками, на которых они пытались произвести впечатление, и мне не с кем было поделиться тем дерьмом, с которым я имел дело.

Только когда мне исполнилось тринадцать, и я начал проводить больше времени в городе или на пустырях соседних участков земли, ища себе неприятности. Вот тогда я и встретил Джейса, не то чтобы у нас было хоть что-то общее, но я думаю, именно поэтому наша дружба и сработала. Подружившись с врагом, я восстал против всего дерьма, что мне выпадало.

У Джейса были свои демоны, с которыми нужно было бороться, учитывая, что его отец был одним из самых влиятельных и уважаемых людей во всем Кроссроудс, но этот титул шел вместе с ответственностью всегда быть примерным сыном, то, в чем Джейс не был заинтересован. Я поддразнивал его, что наша дружба возникла из-за прямого противодействия его отца. Долгое время я думал, что единственная причина, по которой Франклин так ненавидел Бисмарка Кинга, заключалась в успехе и богатстве, к которым он пришел. В то время как мой отец был бездельником-алкоголиком без многообещающего будущего и только с участком земли, принадлежащим его имени, у Бисмарка было все. Большой участок земли с красивым домом, состояние, унаследованное от отца, и любовь и поддержка его семьи.

Все, что я тогда знал, это то, что они оба выросли вместе, ходили в одну школу, но это было все, что касалось их отношений. Между ними всегда была неприязнь, но вскоре после того, как начались проблемы между моими родителями, ненависть Франклина к мэру Кингу вышла далеко за рамки школьного соперничества. Его ненависть была глубокой, и когда он узнал, что я подружился с Джейсом, он отправил меня в больницу со сломанными ребрами.

Спустя годы, когда я узнал правду о его ненависти, я понял, что это имело смысл.

Думаю, именно поэтому чувство вины за то, что я сделал с Бейли, ударило так сильно. Я не хотел, чтобы мои отношения с Джейсом стали похожими на отношения наших отцов. Независимо от того, чувствовал ли я что-то к ней, я должен был знать лучше, прежде чем связываться с ней. Суть в том, что Джейс доверял мне. Я дал ему слово, когда впервые встретил Бейли, когда стало очевидно, что в ее глазах загорелись сердечки, как только она посмотрела в мою сторону. Я обещал ему, что никогда не перейду черту с ней.

Реакция Джейса, когда я это сделал, была ожидаемой, и хотя я никогда не просил у него прощения и не заслуживал извинений, я сожалею, как сильно это разрушило нашу дружбу. Это путешествие в прошлое было не тем, чего я хотел, но это было все, о чем я мог думать, когда грузовик Джейса въехал во двор моей семьи.

Особенно теперь, когда я понял, что у нас с Бейли есть нечто, за что стоит бороться.

Темно-синий F250 Super Duty был монстром, когда он скользил по заросшим сорнякам, которые нам еще предстояло убрать с ландшафта. Двигатель ревел, когда он рулил по сухой местности, давя сорняки шинами. Глаза Джейса встретились с моими, и в них мелькнула неуверенность, когда он вышел из кабины. Он воплощает чувство силы и контроля, когда важно направляется ко мне.

В последний раз, когда мы были вместе, он спросил меня, есть ли что-то между мной и Бейли, о чем ему стоит беспокоиться. Я отрицал это, хотя и исчез вместе с ней несколько мгновений спустя. Я уверен, что он пришел сюда, потому что подозревает, что произошло.

— Никогда не думал, что снова увижу тебя здесь, — говорю я ему, когда он приближается. Он одет по случаю: потертые джинсы, темно-синяя футболка Carolina Panthers (прим. команда НФЛ по американскому футболу), которая видала лучшие дни, возможно, с тех пор, как Panthers в последний раз появлялись в плей-офф и пара поношенных ковбойских сапог. Хотя именно его копна светлых волос, которые длиннее, чем я когда-либо у него видел, прикрытая темно-синей бейсболкой UNC (прим. Университет Серверной Каролины), делает его непохожим на того парня, которого я когда-то называл лучшим другом.

Годы были добры к Джейсу, но его беззаботная натура ушла, и вместо нее в его взгляде появилось затравленное выражение, напоминающее мне то, которое я вижу в зеркале каждое утро.

Оглядывая ранчо, он не проявляет никаких эмоций и не даёт понять, о чём думает.

— Да, ну, прошли годы с тех пор, как это место выглядело хоть сколько-нибудь жизнеспособным. Не совсем представлял, какое существо я найду здесь, в сорняках.

Мы отстаем от графика завершения на три недели, и я никогда не был так уверен, что мы уложимся в срок. Главный дом почти готов, осталось только установить последние кухонные приборы и легкую мебель, а совершенно новый амбар для хранения вещей, который мы построили, полностью функционален, в настоящее время в нем хранятся материалы, инструменты и моя Дейзи.

— Можешь расслабиться. Здесь больше нет никаких монстров.

— Место выглядит хорошо. Честно говоря, я сомневался, что вы сможете это сделать. Оно почти неузнаваемо.

— Да, тебе стоит увидеть интерьер. Монти превзошел самого себя с планировкой и новым планом этажа, но Монро помогла все собрать воедино своим уникальным взглядом на дизайн. — Я замечаю, как он напрягается при упоминании моей сестры, но отмахиваюсь от этого. Предпочитая перейти к тому, зачем он сегодня проделал весь этот путь сюда. — В любом случае, что привело тебя сюда?

Он выглядит нервным, засовывая руки в карманы джинсов.

— Просто зашел узнать, хочешь ли ты пойти за бургерами и пивом, я угощаю.

Мои брови вопросительно приподнимаются. Ну, это на него не похоже.

— Почему?

— Что значит «почему»?

Я давлюсь смехом от оборонительного тона в его голосе. Что-то не так с Джейсом. Кажется, это началось еще до того, как я вернулся в город.

— Я имею в виду, в чем настоящая причина того, что ты хочешь угостить меня вином и ужином, Джейс?

Пожав плечами, он пинает камень в грязь у моих ног.

— Разве старый друг не может пригласить старого друга перекусить?

— Не то чтобы я тебе верил, но я не могу. Мне нужно кое-что сделать. — Он напрягается. — Не волнуйся, это не то, о чем ты думаешь. Я собираюсь навестить Франклина.

Это привлекает его внимание.

— Хочешь компанию?

Должно быть, я неправильно его расслышал, потому что Джеймсон Кинг просто не мог предложить пойти со мной, чтобы навестить моего умирающего отца. Того самого отца, которого его семья ненавидела с тех пор, как я их знаю.

— Ты хочешь пойти со мной, чтобы увидеть моего отца?

— Я хочу стоять рядом со своим другом, пока он делает то, что, я знаю, не может быть легким. — Он разворачивается на каблуках и отходит к водительской стороне своего грузовика. — А потом ты отвезешь меня есть бургеры и пить пиво.

Въезжая на парковку хосписа West Rivers Bend, я чувствую, как Джейс рядом со мной напрягается, его пальцы сжимают руль. Я только вкратце упомянул, насколько сильно ухудшается здоровье Франклина, но до сих пор, я думаю, он не понимал, что я имел в виду. На прошлой неделе Монти позвонили из больницы и сообщили, что они официально переводят нашего отца в их хосписную клинику в центре города, поскольку казалось, что неизбежное быстро приближается.