Плохой парень (СИ) - Юдина Екатерина

Некоторое время опять в комнате царила тишина. Я несколько раз размыкала губы, собираясь что-то сказать, но не могла найти подходящих слов, а Бенуа все так же переводил взгляд с меня на Доминика. Будто ожидал, что Моно обратит свой гнев на меня, но Доминик, даже не обернувшись ко мне, сказал:

- Выйди и закрой дверь с той стороны.

- Доминик… - я сделала шаг в сторону Моно, но замерла. Почувствовала, что мне и правда лучше уйти. Пока что не приближаться к парню.

Прикусив губу, я развернулась и пошла к двери, после чего вышла из комнаты. Увидела, что неподалеку стояло несколько громил. Они лишь скользнули по мне суровыми взглядами, но ничего не сказали, а я на ватных ногах пошла к лестнице.

Поднявшись на первый этаж, неторопливо поплелась в ту гостиную, в которой мы с Домиником сидели ранее. Умостилась на диванчик и опустила голову. Меня все еще трясло и мысли путались. Сознание пробивала моральная боль, которую я, казалось, уже ощущала на физическом уровне.

Сегодняшний день казался адом. Или же просто страшным сном, но уж никак не реальностью и я вообще не могла воспринять то, что происходило. Бенуа один из тех, кто убил Реми и он все это время знал, кто я. И мы с ним находились в очень близких отношениях. Я с ним встречалась. Считала хорошим человеком. Боже, я сейчас ощущала себя так, словно весь мир перевернули с ног на голову, а я во всем этом беспорядке находилась в подвешенном состоянии.

Дрожь все никак не проходила и уже теперь сознание сильнее рябило. Я все время находилась в гостиной и ждала Доминика, но он не возвращался, а, тем временем, прошло уже несколько часов.

Иногда мне казалось, что я слышала какие-то приглушенные крики, но всякий раз приходила к выводу, что это игра моего воображения. Зато, выглядывая в окно, увидела, что почти вся прислуга уезжала. Скорее всего, ее отпустили, сказав на сегодня покинуть особняк. Даже когда, к моему удивлению, мне принесли обед, это сделала не горничная, а управляющий.

Шло время и вот приближался вечер, а после нее ночь. Вновь пришел управляющий и сказал, что если я хочу отдохнуть, для меня приготовят гостевую комнату, но я на это лишь отрицательно покачала головой и осталась в гостиной.

Наверное, я очень давно не спала, но сонливости не было, хоть и из-за переживаний я чувствовала себя крайне плохо. Казалось, уже была сама не своя.

Наступила глубокая ночь, когда я, выглянув из окна, случайно взглядом скользнула по человеку, находящемуся рядом с особняком. Буквально одно мгновение и я поняла, что это Доминик. Узнала его несмотря на темноту и на то, что в ней видела лишь очертания человека.

В этом особняке практически не ориентировалась, но выход нашла довольно быстро. Выбежала на улицу и увидела Моно. Он сидел на ступеньках и курил. Сейчас без толстовки, из-за чего были видны руки, перепачканные кровью. Казалось, что Доминик полностью был в ней. Алая жидкость виднелась на кедах, джинсах, футболке и даже на лице парня.

- О, боже, что с тобой, - я села на ступеньки рядом с Домиником и, похлопав ладонями по карманам пальто, начала искать в нем платок. После того, как нашла, достала и начала вытирать кровь с лица Моно. – Это твоя кровь?

Глупый вопрос. Я понимала это, как и осознавала то, что это кровь Бенуа. А еще, при виде такого количества алой жидкости приходила мысль – Бенуа я больше не увижу.

Прикусив губу, я продолжала вытирать кровь с лица Доминика, ощущая, как глаза стало пощипывать. Сам Моно ничего не говорил. Курил и, выдыхая дым, неотрывно смотрел на меня. Я тоже подняла взгляд и после этого замерла.

В глазах Доминика было нечто такое, что уже давало понять – он больше не человек. Теперь уже полностью разрушен. В черных зрачках уже царило жуткое бездушие и полная пустота.

- То… То, что сказал Бенуа про меня и моего папу это правда? – прошептала еле слышно. Я понимала, что, скорее всего, эта информация проверялась и с возможностями Прежана можно выйти на правду.

Доминик ничего не ответил, но, выдыхая дым, еле заметно кивнул, после чего посмотрел мне в глаза. Наш зрительный контакт страшный. Такой, от которого хочется спрятаться, но именно в нем я увидела то, что хоть немного сейчас отображало Моно. Его безумие, ярость и буйство. А так же полный срыв самоконтроля.

Я боялась предположить, что Доминик сделал с Бенуа, но казалось, что это не удовлетворило чудовище сидящее в нем. Моно желал растерзать моего отца. Того, кто с упоением уничтожил всю его семью и заставил его мать залезть в петлю. Но мой папа уже мертв.

Зато была я. Его любимая и единственная дочь.

Доминик все так же подносил к губам сигарету и, выдыхая дым, смотрел на меня. Но взгляд у него был не таким, как раньше. Пустым и страшным. Мое собственное сознание вопило, что это уже не тот Доминик и мне вообще следовало убегать, но я все так же сидела рядом с ним. Сердцем чувствовала, что мне не стоит его бояться. Моно мне не навредит.

Вот только, я вздрогнула, когда ладонь Доминика оказалась на моей шее и перед тем, как она сжалась, успела сделать последний вдох, после чего доступ к кислороду был перекрыт. Но, так же внезапно он убрал руку. Отдернул ее, словно ладонь обожгло огнем и уже в следующее мгновение бросил мне на колени ключи от своей квартиры.

- Уходи, Леконт, - сказал он отбрасывая в сторону окурок и вставая со ступенек. А я, взяв в руки ключи, понимала, что это не для того, чтобы я вернулась в Шампиньи, а для того, чтобы я забрала свои вещи.

- Доминик, - я тоже поднялась на ноги и хотела пойти за ним, но Моно не дал. Остановил лишь взглядом. Больше ко мне не прикасался.

Несколько секунд тишины, темноты и холода, после чего между нами все было оборвано.

Так хотелось быть вместе, но в тот же момент мы просто не те, кому стоило быть рядом друг с другом. Нам бы вообще лучше бы пошел статус врагов, но в этом огромном мире, где так много людей, мы признали пару друг в друге. Влюбились. Но реальность слишком жестока. Она рвала, истязала и отбрасывала по разные стороны. Будто кричала: Ищите себе другие пары. А разве так можно? Мне уже казалось, что легче всю жизнь быть одной, чем с кем-то помимо Доминика.

В полной темноте, слыша лишь стук каблуков о дорожку, я шла к выходу из территории владений Прежана. По щекам текли слезы и сердце, казалось больше не билось.

Все, что у меня теперь было, это те деньги, которые мне дал Доминик. Они не дадут остаться на улице. Но куда более ценным казалось пальто, которое он мне подарил. Сейчас очень теплое. Согревающее.

И самое бесценное – воспоминания. Когда-то я думала об этом и теперь мои мысли подтвердились. Я не буду жалеть о том, что так быстро отдалась Доминику и о том, что сразу начала жить вместе с ним в одной квартире. С одной стороны это показатель непристойной девушки, но, честно, мне плевать. Я дорожила каждым моментом проведенным с ним и рада, что даже за такой короткий период времени у меня появилось так много воспоминаний.

Глава 56. Другой

Казалось, что между мной и реальностью была оборвана нить и за происходящим я наблюдала будто бы со стороны, но так отчетливо ощущала пустоту в груди и то, как сильно болело сердце.

Ночь, темнота и холод. Опять пошел дождь и, касаясь кожи ледяными каплями, он впивался в нее подобно острым иглам. Правда, я этого даже не чувствовала. На ватных ногах вошла в квартиру Доминика и онемевшими пальцами начала складывать свою одежду в сумки, при этом, постоянно оглядываясь по сторонам. В последний раз смотрела на место, в котором была по-настоящему счастлива. Небольшая квартира в гетто с самым простым ремонтом и минимумом мебели. Но тут я оживала и дышала полной грудью. Не из-за самого места, а потому, что была тут с Домиником.

И сейчас, покидая эту квартиру, ощущала, как сердце разрывалось на куски. По щекам текли слезы и я, не в силах их остановить, терла глаза тыльной стороной ладони, но, собрав вещи, сразу не ушла. Вместо этого поплелась на кухню и там заварила чай. Чашку поставила на стол и рядом положила ключи от квартиры. Не знаю, почему так поступила. Наверное, мне просто захотелось хоть и в самый последний раз, но все же сделать чай для Доминика.