Гвоздика лесная - Синюк Виктория Александровна

— И к Дианке, — добавил Стёпа.

— ….и он рассказывает нам, как снимать видео.

— Отлично, — одобрил Владимир. — Теперь нужно прикинуть, как мы это снимем и каким будет текст. Идеи?

Женька и Поля, убедившись в том, что в этом шумном блогерском закулисье им нет места, решили прогуляться к реке, что протекала неподалёку от дома. Дианку взяли с собой. А Сергей остался во дворе — следить за тем, чтобы дети не слишком злоупотребляли гостеприимством хозяина.

Обсуждение сценария длилось недолго — минут пятнадцать, и затем началась съёмка. Володя, его дом, Дианкин вольер, будка — всё попало на видео, в котором дети наперебой рассказывали о том, к кому и зачем они приехали.

— Сегодня мы приехали в гости к о-очень интересному человеку!.. — так начиналось видео. Эта фраза, горящие глаза детей, солнечный деревенский день на заднем плане не оставляли зрителю шанса не досмотреть ролик до конца. За тридцать секунд рассказать о новом друге и его профессии? С этой задачей Даша и Стёпка справились на все сто.

Конечно, в ролике должна была быть и Дианка, поэтому, отсняв первую часть, решили сделать перерыв — дождаться гуляющих…

К вечеру минутный ролик «В гостях у лесного блогера и Дианки» был готов. Владимир сам его смонтировал на глазах у соавторов — и прямо с его компьютера видео улетело в интернет…

17

В город Женька вернулась на последнем автобусе. Час был неранний, день был насыщенный, но на её лице не было ни тени усталости, и, казалось, она с удовольствием ехала бы в ночном автобусе да самого рассвета, перебирая взглядом дальние огоньки. Какое-то воодушевление поселилось в ней и отменило усталость. Да, после дня, проведённого на свежем воздухе, с собакой, детьми, нельзя не чувствовать прилив сил. Но это было другое — не только энергия хорошо проведённого дня. Проведя хороший день с друзьями или семьёй, с радостью возвращаешься к своей повседневности. А очень хороший день сам меняет твою повседневность. И хотя никаких новых планов и близко не было в Жениной голове, многое в тот вечер ощущалось по-новому. Дорога от вокзала до троллейбусной остановки оказалась вдруг слишком короткой, и Женька решила пройти ещё остановку пешком, чтобы сесть в транспорт на центральной площади. Никто не знал, во сколько Женька должна была вернуться домой в тот вечер, и она тоже решила не знать. В конце концов, июльские вечера случаются лишь однажды в году, а потому после площади была ещё одна остановка пешком, потом ещё — ведь в самом центре расстояние между ними совсем короткое, хочется идти и идти. Город, несмотря на то что кончались уже выходные, был полон людей и машин. Всё светилось, мерцало, варилось в долгожданном летнем соку; и ночи, казалось, долго придётся баюкать этот взбудораженный город…

Дома тоже что-то будто бы сдвинулось с места. Пётр не спросил, почему она так поздно и не следовало ли ей вернуться пораньше, чтобы приготовить обед на завтра. Он спросил только, как прошёл день и не устала ли она с дороги. Женька тут же отыскала в ногах небольшую усталость, и врать ей не пришлось:

— Устала немного, — сказала она, плюхнувшись на кухонный диванчик. — Выпьем чаю?

— Давай.

— С огородом я, как мог, разобрался. Мать говорит, ехать пока не стоит. Может, через неделю-две.

— Вот и хорошо! Какой ты молодец!

В этой тишине и ровности Женька чувствовала какой-то подвох — будто ещё чуть-чуть, и плёночка спокойствия лопнет. А потому для разговора с мужем она по привычке выбирала самые ровные и круглые слова без крючков и зацепок. Но ничего не случилось. Они просто выпили чаю с мёдом, поговорили о матери, огороде, поели немного смородины, привезённой Петром из материнского палисада. И пошли спать.

Вчера, сегодня днём, вечером Женька была слишком вольной, делала, что хотела, никого не спросив. Ночью ей захотелось сдаться; и она сдалась…

18

Во вторник вечером в одном из самых заметных домов пригородного коттеджного посёлка случился разговор. Прежде чем он произошёл, Аня, двенадцатилетняя девочка, с топотом сбежала по лестнице со второго этажа в гостиную. В руках у неё был телефон в красивом блестящем чехле.

— Мама! Вы что, отдали Диану какому-то блогеру?

Мать, ухоженная женщина под сорок, сидела за журнальным столиком, пила кофе и листала ленту новостей. Она подняла голову.

— Не поняла. Ещё раз.

— Вы отдали мою собаку блогеру?! — дочь села на диван рядом с ней.

— Какому блогеру? О чём ты? Совсем с ума сошла со своим телефоном!

— Я? Ты хоть знаешь, сколько у него подписчиков?

— Да какая разница, кому мы её отдали. Отдали — и всё. Ты всё равно за ней не смотрела.

— Какая разница?! Минимум четыреста тысяч просмотров у видео с моей собакой! И это «какая разница»?

— Покажи.

Аня показала. Один ролик, другой, третий…

— Ты уверена, что это Диана?

— Мама, ты слепая? Посмотри на ухо!

— Ну хорошо, будем считать, что ей повезло, — с улыбкой сказала мать. — Она не пропала. Попала в хорошие руки.

— Ага. А у меня еле пятьдесят просмотров набирается!

— Что ты хочешь этим сказать? Не всем же быть популярными.

Личико Ани скривилось — казалось, она вот-вот заплачет.

— Даже какие-то деревенские дураки с моей собакой набрали десять тысяч! Я могла бы так же! А вы всё испортили! — девочка почти кричала.

— Так, стоп, — жёстко ответила мать. — Кто просил собаку на Новый год? Кто говорил, что всему её научит? А потом? Ободранная мебель, загаженный дом? Нам с отцом некогда этим заниматься. Так что сама теперь отвечай за свои поступки.

— За какие такие поступки? — в гостиную вошёл отец. — Что ещё натворила моя малышка?

— Папочка! — бросилась к нему Аня. — Мы можем вернуть Диану?

— Диану?! Конечно, нет! Её и след простыл! И слава Богу.

— Не простыл!

И дочь снова всё показала и рассказала, только ещё жалобней, как настоящая папина крошка.

— Коля, даже не думай серьёзно к этому отнестись, — сказала мать, видя, что отец сочувственно слушает дочь и с интересом смотрит ролики про Диану.

— Мы сможем её вернуть? — с надеждой спросила Аня. — Ты же можешь, да?

— Дочка, собака теперь живёт у другого человека. И хорошо живёт. Тебе же она была не нужна, согласись.

— Но я исправлюсь, я всему её научу. Сама буду заказывать ей еду!

— Её уже всему научили, — усмехнулся отец. — Хорошо теперь говорить!

— Ну, папа! Мне и так скучно! Вас постоянно нет дома! — девочка заплакала. — Даже собаку вы у меня забрали!

— Мы тебя предупреждали. И не надо теперь ныть, — мать стояла на своём.

Отец вздохнул: Аня попала туда, куда нужно.

— Хочешь новую? Какую-нибудь маленькую. Шпица. С ним и хлопот меньше.

— Коля! Не сходи с ума, — раздражённо сказала женщина. — Не надо идти у неё на поводу.

— Мне не нужен шпиц! Мне нужна моя собака! — в слезах прокричала Аня, не обращая внимания на маму.

— Так, ладно, — отец снял пиджак и бросил его на спинку дивана. — Сейчас садимся ужинать. Поговорим потом…

Но разговор на повышенных тонах длился ещё несколько минут. Отцу не хотелось криком унимать истерику дочери, но всё-таки голос пришлось повысить. Отец умел делать это так, что нить разговора тут же перерезалась. Аня в слезах убежала наверх, в свою комнату. К ужину она так и не спустилась…

19

Ещё через два дня Поля написала Жене:

— Слушай, там Дашке кто-то под видео оставил комментарий… Сейчас скрин пришлю.

— Давай.

Женька открыла скриншот и прочитала комментарий, который Поля обвела маркером: «Это моя собака!!!!!!! Она потерялась!!!!! Мы вас найдём и заберём её домой!»