Я в ответ шутливо сверкнул глазами.
Декс только рассмеялся.
— А для тебя я принес новую смесь из пяти перцев, которую Уэйлон решил варить дома. Попробуешь — будешь рисковать жизнью.
— Вызов принят.
Я капнул немного на край буррито и откусил здоровенный кусок. Жар ударил почти сразу, но вкус оказался чертовски хорош.
— Это что… корица?
— Господи. — Декс покачал головой. — Да у тебя стальной рот.
Я ухмыльнулся ему в ответ.
— Спроси у Кола, когда он снова захочет со мной потягаться.
— По-моему, его желудок до сих пор не отошел после прошлого раза.
— Скайлар до сих пор об этом говорит, — сказал Оуэн и отпил сок.
— Ну как тебе в очках? — спросил я.
Прошло две недели с того случая у тропы Три Крикс Каньон, и за это время больше ничего не произошло. Ни угроз. Ни звонков. Ничего. Мы все еще ждали результаты из лаборатории по одежде. Как оказалось, у них завал.
Наша разношерстная команда следователей продолжала работать сама по себе, и каждый вносил свою лепту. Вся команда из Compass помогала мне разбирать сообщения на линии, которую Ридли открыла после выпуска Sounds Like Serial, а Холли руководила всем железной рукой. Но я не возражал. У нее все было разложено по меткам, ссылкам и перекрестным пометкам.
Декс и его братья проверяли все, что могли, по Нове и по всем похожим делам о пропавших. Пока ничто не сдвинуло расследование с мертвой точки. Но это не значило, что мы перестали пытаться. Или перестали жить.
Впервые с тех пор, как исчезла Нова, я начал находить равновесие. Марен изо всех сил добивалась для меня постоянной единоличной опеки над Оуэном. По ее словам, все складывалось хорошо, особенно после того, как я получил постоянный судебный запрет для нас обоих, а Винсента в городе больше никто не видел. Мы были в безопасности.
Мои пальцы легли на потертые нитки браслета дружбы, который Нова когда-то сплела для меня. Мне нужна не только преданность поискам Новы. Мне нужна преданность жизни — ради себя и ради нее.
И именно так мы теперь и жили. А это значило семейные ужины на ранчо Twisted Oak, молочные коктейли в Grove Griddle, прогулки с Йети, Дексом и Оуэном и новые очки для моего мальчика.
Декс сдержал слово и помог Оуэну выбрать именно ту оправу, которая ему подходила. Глубокого синего цвета, с узором на дужках, будто изнутри какого-то компьютера. Вместо того чтобы искать что-то неприметное, чтобы Оуэн сливался с толпой, он выбрал то, что делало его заметным.
— Хорошие, — сказал Оуэн, поднимая буррито. — И как вам теперь мой стиль?
Я нахмурился, пытаясь понять, не уронил ли он кусок буррито.
Декс поперхнулся смехом.
— Он имеет в виду, что отлично выглядит. Надо идти в ногу со временем, фурия.
Я прищурился, глядя на мужчину рядом.
— Хочешь сказать, что ты круче меня?
— Не я это сказал.
Я не смог удержать суровый вид. Господи, как же мне хотелось его поцеловать. Мы понемногу приучали Оуэна к маленьким проявлениям нежности, но прежде чем идти дальше, нам нужно было с ним поговорить. И время пришло.
Под столом я переплел свои пальцы с пальцами Декса и сжал его руку.
— Можно с тобой кое о чем поговорить? — спросил я у Оуэна.
Он тут же насторожился, а потом виновато отвел взгляд.
— Ладно. Я вчера за ужином скормил Йети свою брокколи. Но мне она правда не нравится. И поверь, я за это расплатился, потому что она потом так пукала, что хуже некуда, а после ужина она обычно тусуется со мной.
Декс попытался спрятать смех за кашлем, а Йети подняла голову с лежанки, будто говорила: ты сейчас серьезно меня сдал?
Я попытался скрыть улыбку, но не вышло.
— Я не про твою совсем не тайную операцию с брокколи.
— Ты знал? — возмутился Оуэн.
— Как думаешь, почему на десерт не было брауни?
— Ну вот. Почему за все всегда расплачиваются шоколадом?
Я тихо рассмеялся.
— Так справедливо. В жизни главное — равновесие.
Оуэн с минуту внимательно смотрел на меня.
— Если не про брокколи, тогда о чем?
— Мы с Дексом хотели сказать тебе, что теперь встречаемся. — Слово «встречаемся» звучало жалкой отговоркой. Между нами было куда больше.
— Он вообще-то прямо здесь сидит. Надеюсь, ты его видишь, — пробормотал Оуэн.
Уголки губ Декса дрогнули.
— Твоя мама хочет сказать, что мы теперь пара.
— Ну, как парень и девушка? — спросил Оуэн.
Улыбка Декса стала только шире.
— Именно так.
Лицо Оуэна тут же сморщилось.
— И зачем тебе вообще это надо? Девчонки противные.
— Эй, — отрезала я, оскорбившись. — Я вообще-то здесь сижу. И это очень невежливо.
Оуэн замотал головой.
— Не мамы. Мамы классные. А вот подружки… — Он поежился. — Фу, аж противно.
Декса всего затрясло, пока он пытался сдержать смех.
— Ну, открою тебе один секрет. Через несколько лет ты совсем иначе на это посмотришь.
Оуэн пожал плечами и поднял буррито.
— Жизнь твоя.
Я уставилась на сына, пока он как ни в чем не бывало вернулся к завтраку, а потом повернулась к Дексу.
— Почему это прозвучало так, будто он считает, что ты портишь себе жизнь, встречаясь со мной?
Декс наконец расхохотался, но тут же наклонился и подтянул мой стул ближе к себе.
— Не переживай, фурия. Мне даже нравится немного рушить себе жизнь.
И потом поцеловал меня. Ничего показного, просто один из тех мягких, неторопливых поцелуев, в которых было что-то от ленивого воскресного утра. Это стало моим новым любимым занятием — угадывать, что за поцелуй Декс дарит мне на этот раз. Моя тройка лучших менялась постоянно. Но сегодня этот уверенно вышел на первое место.
— Фу, — пожаловался Оуэн. — И я не в хорошем смысле.
Я тут же выпрямилась.
— Оуэн…
— Эй, да делайте что хотите, но я вообще-то ем.
Я покачала головой.
— Ты еще можешь увидеть пару поцелуев.
Нос Оуэна сморщился.
— Зато я буду чаще приходить на турниры по видеоиграм и на ваши соревнования по приготовлению пиццы, — предложил Декс.
Оуэн задумался.
— Ну, ради этого можно потерпеть немного противных поцелуев.
— Какое счастье, — вяло сказала я.
Декс потянулся, сжал ладонью мою шею, а его большой палец замер над точкой, где бился пульс.
— Радуйся и этому, фурия.
Оуэн смотрел на нас уже задумчивее, теребя край своего буррито.
— Это значит… ну, может, когда-нибудь… Декс станет моим папой?
У меня сердце дернулось, а потом будто чья-то невидимая рука стиснула его изо всех сил.
— Для этого еще рано…
— Тот, кому достанется быть твоим папой, будет самым везучим человеком на свете, — перебил меня Декс. — И если однажды это буду я, я буду на седьмом небе и раззвоню об этом всем своим братьям.
Один уголок рта Оуэна пополз вверх.
— Вообще-то я правда классный.
Декс потянулся и взъерошил ему волосы.
— Самый классный.
У меня на месте растаяло сердце.
— Эй, Брей, — крикнул Уайлдер сквозь гул бара. — Сможешь сегодня задержаться?
В его ореховых глазах читалась мольба, и я сразу поняла почему. Мы зашивались. В город приехала какая-то экскурсионная группа, и они решили, что на поздний обед им непременно нужно заглянуть именно в Boot.
— Конечно. Только напишу Дексу. — Я вытащила телефон из заднего кармана и быстро набрала сообщение. После лагеря Оуэн должен был пойти к Скайлар. Значит, подруги — это нормально. Противными, по его версии, были только девушки. И меня это до сих пор задевало.
Я: Уайлдер просит меня немного задержаться. Ты не против, телохранитель?
Пусть кругом уже давно было тихо, Декс все равно возил меня на работу и с работы. И вообще всюду, куда мне нужно было. Я ценила его заботу, но не понимала, сколько еще так может продолжаться. Особенно теперь, когда он взялся за консалтинговый проект по белой кибербезопасности для крупной технологической компании.
