По осколкам твоего сердца (СИ) - Джейн Анна

Барс попытался подвигаться на полу, оценивая, насколько крепко связан, но сразу понял, что высвободиться не сможет. Тогда начал искать взглядом хоть что-то, что могло помочь разрезать веревки, но ничего не нашел. Зато охранник заметил, что Барс пришел в себя.

- Очухался, пацан? Живой? А я уже думал, откинулся. Ну, пойду порадую босса. – С этими словами он вышел, а вернулся спустя пару минут в компании нескольких мужчин. Одним из них был отчим Полины. Он единственный из всех был одет в светлый костюм.

С брезгливым выражением лица Андрей остановился напротив Барса и велел поднять его. Охранники тотчас схватили парня и поставили на ноги. По затекшим мышцам кольнуло иглами.

- Ну вот мы снова встретились, - с раздражением сказал Андрей. – И стоило убегать? Знаешь, щенок, ты изрядно потрепал мне нервы. Я ведь сказал Захару, что нашел тебя. Несколько поспешно, да. И тот огорчился, когда я тебя потерял. А я не люблю огорчать своего босса. Пришлось несколько дней побегать за тобой. А я это просто ненавижу. Ты реально думал, что я тебя не найду? Не думал, что у Сперанского такой тупой сын. Кстати, забавно получилось, да? Сначала ты пытался ухлестывать за моей дочерью. Потом привязался к падчерице. И оказался сыном человека, которого хочет увидеть мой босс. Если бы я верил во что-то, кроме себя самого, я бы сказал – эта сама судьба. Но я не верю. И ты для меня – досадная помеха, которую я устраню. Я тебя даже серьезным противником считать не могу. Ты пыль под ногтями, которую нужно выскабливать.

- Пафосно, чел, - насмешливо ответил Барс, глядя прямо в глаза Андрея.

- Что? – не понял мужчина. Даже, кажется, несколько оторопел. Думал, что его слова впечатлят пленника, а тот в ответ стал дерзить.

- Понимаю, что ты возомнил себя главным злодеем, но ты слишком пафосный. Кажешься идиотом, который десять минут распинается перед главным героем, прежде чем его убить. И в итоге откидывается сам.

Кто-то их охранников хмыкнул. Андрей не сдержался и ударил Барса по лицу. Удар, правда, получился смазанным, и Барс рассмеялся.

- Бьешь слабо. Мешок.

Еще один удар – больнее и ощутимее. Андрей разбил ему губу, и кровь попала на десны и зубы. Барс широко улыбнулся, и улыбка вышла страшная, окровавленная. Почти безумная.

- Может, еще раз попробуешь? – весело спросил он

Андрей разъярился еще сильнее. Ударил в третий раз – теперь под дых. И если бы не охранники, которые держали Барса с двух сторон, он бы сложился пополам от острой боли.

- Будешь еще о пощаде молить, - морщась, сказал Андрей и несколько раз встряхнул руку – от удара потянул запястье.

Но молить о пощаде Барс не стал - с его окровавленных губ сорвался лишь смех.

Андрей плотно сжал губы, а его тонкие ноздри гневно раздувались, как после бега. Он ненавидел Барса и злился из-за того, что тот вел себя смело, не давал себя сломать. Но во второй раз бить не стал – просто схватил за лицо с такой силой, будто хотел смять кости.

- Слушай внимательно. Я с тобой шутить не намерен. Говори, где прячется твой папаша. Не скажешь – я из тебя сделаю отбивную и скормлю псам. А скажешь – отпущу. Ты мне не нужен. Только Сперанский. С ним хочет встретиться Захар.

Барс улыбнулся. Он знал, что это ложь. Этот чокнутый хотел убить всю семью Старика три года назад. Он и сейчас легко может сделать это. Они в опасности. И как только Барс сдаст Андрею месторасположение Старика, мачехи и сестер, он подпишет смертный приговор не только им, но и самому себе.

- Я не знаю, - ответил Барс.

- Вот как? – поднял бровь Андрей. – Как же так вышло?

- Я свалил от него, и куда он отправился сейчас, понятия не имею.

- За дурака меня держишь? – рявкнул Андрей.

- Типа того, - ухмыльнулся Барс. Если бы не проклятые веревки, он бы высвободился и убил эту скалящуюся тварь. Задушил бы голыми руками!

- Все шутишь? Знаешь, щенок, мне это надоело. - На его холеном лице появилась дьявольская улыбочка. – Не хочешь говорить? Ничего, думаю, при ней расскажешь. Приведите сюда девчонку, - не поворачиваясь, приказал он охранникам, и Барс похолодел. Речь явно шла о Полине. Андрей собирался использовать ее, чтобы узнать местонахождение Старика.

Они действительно привели Полину. Она была бледная и испуганная, с заклеенным скотчем ртом и со связанными за спиной руками, но в синих глазах сверкал гнев. Барс вдруг подумал – какая же она красивая. Даже сейчас. В его раненом сердце затеплилась нежность – та самая нежность к Полине, которая сводила с ума и мешало контролировать тело. Безудержная, порой грубоватая, но какая-то безграничная.

Полину кинули на пол неподалеку с Барсом, и он дернулся в ее сторону. Но его удержали охранники, поэтому все, что мог сейчас делать Барс – так это только смотреть на свою синеглазку. Кажется, она была в порядке, не ранена, и это немного успокаивало парня.

- Полина! – крикнул он. – Полина, все будет хорошо! Поняла?

Она закивала, не отрывая от него взгляда. Воздух между ними искрился. А от невозможности просто обнять друг друга, сводило мышцы.

Андрей лениво подошел к девушке, сел на корточки и заглянул в глаза.

- Ты ведь все знаешь, Полина, - ласковым отеческим тоном проговорил он. – Расскажи мне обо всем. Где Сперанский? Зачем он отправил своего сыночка обратно? Что происходит? Ты же умная девочка. Понимаешь, что вы оба в опасности. Но если ты скажешь правду, я отпущу вас обоих. Даже разрешу уехать из города. Ну как, тебе нравится мое предложение.

Полина кивнула, и Андрей снял с ее лица скотч, заставив дернуться – вероятно, от боли. Но говорить она с ним не собиралась.

- Ты больной ублюдок, - словно рассерженная кошка, прошипела Полина, с ненавистью глядя на отчима. Если бы не связанные руки, она бы кинулась на него и расцарапала глаза.

- Я ожидал другого, дорогая падчерица.

- Ты просто последняя мразь! – хрипло продолжала Полина. – Думаешь, это сойдет тебе с рук? Нет! Ты за все ответишь, козлина! За все, понял? Дима! Дима! – закричала она, глядя на любимого. - Не слушай этого подонка! Он обманет! Он всегда обманывает.

- Малышка, - улыбнулся Барс, глядя на нее. Это слово само сорвалось с его разбитых губ. – Все будет хорошо. Поняла меня?

Он что-нибудь придумает. Выкрутиться. Спасет ее.

- Молчи, не говори ничего!

Андрею надоело, что падчерица кричит, и он дал ей хлесткую пощечину. Такую, что ее голова откинулась назад.

- Рот закрой, дура. Иначе я сам тебе его закрою.

- Отпусти нас, иначе пожалеешь. Клянусь, - пообещала Полина. – Я тебя сама убью, если ты моего Диму хоть пальцем тронешь. Понял?

- Так, диалога у нас не получится, - скорбно покачал головой Андрей. – Так и не научил тебя манерам, Полина. А ведь я хотел, как лучше. Начинайте, - велел он охранникам. Встал и поднял на ноги сопротивляющуюся Полину.

Крепко удерживая девушку, он поставил ее напротив Барса. Схватил за лицо, чтобы она не могла отвернуться, и прошептал на ухо:

- А теперь смотри, что с ним будет, пока ты молчишь. Разомните нашего гостя, - громко велел Андрей охранником. И пока двое его держали, один бил – сначала лениво, вполсилы. Барс держался – сцепил зубы так, что на челюстях появились желваки, но не издал ни звука, хотя привкус крови во рту стал ощутимее, а тело горело от боли.

Андрей заставлял Полину смотреть на то, как избивают ее любимого человека. Она видела это и плакала. Ее трясло от ужаса. Для девушки это стало настоящей пыткой.

- Дима! Дима! Пожалуйста, перестаньте! Вы же его убьете! – в страхе кричала Полина, и только ее голос держал Барса на плаву. Когда охранник остановился, он улыбнулся девушке все той же кровавой улыбкой. Хотел успокоить. Боялся не за себя, а за нее.

- Все хорошо, девочка моя. Мне не больно. Эй, придурок, она ничего не знает! Отпусти ее, - хрипло сказал он.

- Не верю, - отозвался Андрей. – Продолжайте, парни. Наш гость все еще хорошо себя чувствует.

Барса снова начали бить. И он снова держался, хотя град ударов, что на него сыпался, был таким болезненным, что хотелось выть. А в конце он и вовсе упал на холодный пол – охранники отпустили его.