Мастер Соли и Костей (ЛП) - Лейк Кери

Мои желания тоже обострились. Этим утром в душе я позволила воде из крана течь прямо по лицу и ласкала себя, возбужденная нехваткой воздуха. Воспоминание о завороженном выражении лица Люциана в пещере в ту ночь, искрящемся каким-то родственным пониманием, кружилось в голове, пока свидетельство моего оргазма стекало по ноге.

Я еще не решила, поеду ли домой на выходные или проведу их в поместье, как настаивал Люциан. Не считая короткого визита в бар, я почти не видела тетю Мидж. Но, возможно, мне нужны пара дней вдали от него. Чтобы дистанцироваться от этой растущей одержимости, которая наверняка разрушит то, что мы построили. Я не знаю, что со мной случилось за последнюю неделю, но с той ночи в пещере мои мысли о хозяине этого поместья привели меня к такой острой потребности, которая меня немного пугает. Будто он единственный, кто способен понять мою внезапную завороженность этим новообретенным трепетом.

Снаружи мимо окна промелькнуло что-то черное, прервав мои мысли. Оно заковыляло и затрепетало на подоконнике с той стороны, но эти черные крылья нельзя было не узнать. Ворон или ворона. Когда птица наконец устроилась, она наклонила голову, и я уставилась на создание с отсутствующим глазом. Возможно, тот самый, которого я видела в первый день, когда ехала с тетей Мидж. Странная птица каркнула, снова захлопала крыльями и через секунду взлетела, врезавшись в стекло.

Мои мышцы непроизвольно дернулись, я отступила, хмурясь. Птица ударилась в окно снова. И снова. Будто пыталась пробраться внутрь, не замечая преграды. Её карканье становилось громче, а решимость прорваться заставила меня пятиться вглубь комнаты, пока дверь за спиной не уперлась мне в позвоночник. Невыносимый ор продолжался, и я выскользнула из спальни, решив сегодня пойти к Лауре пораньше. Дрожь гудела под кожей, пока я оглядывалась на свою дверь, проверяя, не пробилась ли она внутрь, а затем поспешила по коридору на первый этаж.

Когда я вошла в комнату Лауры, доктор Пауэлл как раз собирал сумку, убирая внутрь стетоскоп. Лаура улыбалась, сидя в кресле и наблюдая за ним. Новая медсестра, с которой я еще не знакома, суетилась у кровати и на секунду прервалась, чтобы выбросить в мусор синюю пеленку.

— А, посмотри, кто пришел, Лаура. Твоя нянька явилась!

— Компаньонка. И она не так уж плоха. Полагаю, — Лаура сегодня кажется более сообразительной. Может, присутствие доктора так действует? Или новая медсестра — приятная перемена.

— Я немного изменил дозировку, так что она должна быть менее... — Доктор Пауэлл покрутил пальцем у виска, подтверждая мои наблюдения. — Ку-ку.

— Перестань, — Лаура шлепнула его по руке и добродушно рассмеялась. — Я еще не окончательно выжила из ума.

— Какое-то время вы были не в себе, — я подоткнула одеяло вокруг её ног и пригладила выбившийся локон.

— Ну, за это время я точно не забыла, какая ты заноза.

— Вижу, она к тебе чудесно привыкает, — доктор опустил брови и кивнул мне головой. — Можно тебя на пару слов? Буквально на минутку.

— На пару слов? Наедине? Это обо мне? — перебирая пальцами ожерелье, Лаура улыбнулась доктору.

Слегка наклонившись вперед, он взял руку Лауры и поцеловал её костяшки пальцев.

— Конечно нет, дорогая. Уверен, ты удивишься, узнав, что не каждая тема касается тебя. Мне пора на следующий прием, так что веди себя хорошо.

— Значит, ты не очень-то хорошо меня знаешь.

Лукавая ухмылка прорезала его лицо, но как только мы вышли из комнаты, он посерьезнел и закрыл за собой дверь.

— Я, э-э... подумал, что лучше мне сказать тебе самому, чем ты узнаешь это от Лауры: Нелл нашли мертвой сегодня рано утром.

Воздух в моей груди будто испарился; я уставилась на него, пока в голове воевали шок и недоумение.

— Мертвой?

— Да. Похоже, передозировка.

— Передозировка? Это... это как-то не вяжется.

— Она довольно долго подворовывала таблетки у Лауры. Я ничего не говорил, потому что, ну... у меня не было прямых доказательств. Просто рецепты заканчивались быстрее, чем должны были. Но, насколько мне известно, это был героин. Её нашла экономка в мотеле.

Я знаю героиновых наркоманов. Нелл определенно излучала вайб зависимой, но не может быть, чтобы она активно употребляла всё это время. Должно быть, срыв. Я снова подняла на него взгляд:

— Мотель? Что она делала в мотеле?

— Один из тех, где платят за неделю.

Если я ничего не путаю в этой истории, я была уверена, что у Нелл есть своё жилье.

— А как же её сын?

— Сын? Я и не знал, что у неё есть сын.

Может, она нечасто о нем говорила или не делилась ничем личным.

— Это в городе? На острове?

— Мотель? Да, это... — Он приложил палец к подбородку, на мгновение задумавшись. — «Воронье гнездо».

Я знаю это место. Примерно в полутора милях от того места, где работает тетя Мидж. Там сдают номера не только по неделям, но и по часам, насколько я знаю.

— Не верится, что она всё так бросила.

И в то же время я прекрасно в это верю, потому что именно так работают торчки. Нет ничего ценнее дозы. Даже ребенок. Я знаю это на собственном горьком опыте — именно так я и оказалась на пороге у тети.

— Ну, она всегда была немного мутной. Зависала в каком-то сомнительном баре. Любила цеплять местных, тащить их в мотель и ширяться.

— В «Отмели»?

— Почти уверен, что именно там.

Конечно, в «Отмели» бывают интересные персонажи, но я выросла со многими из этих парней. Работала с ними летом. Они не самые законопослушные граждане острова, но я не могу представить, чтобы кто-то из завсегдатаев потащил молодую девушку в мотель колоться. Я видела места куда более злачные, чем этот бар. С другой стороны, может, я знаю их не лучше, чем знала Нелл.

— В общем, мне пора, иначе опоздаю. Просто хотел дать тебе знать.

— Я ценю это. Спасибо.

Я вернулась в спальню Лауры. Она сидела, вскинув одну бровь, а я просто покачала головой:

— Просто уточнял кое-что про ваши новые лекарства.

— Значит, всё-таки обо мне. Этот человек такой лжец, — сказала она с улыбкой.

Мне хотелось спросить её, правда ли это, и до какой степени он может лгать.

— На улице прекрасно. Я подумала, может, посидим в саду и почитаем?

— В каком саду? Ты имеешь в виду это кладбище лоз и кустов во дворе?

— Да. Если только вы не настроены поиграть в баскетбол или типа того.

Её лицо сморщилось в гримасе.

— Значит, читаем.

Я вывезла её на первый этаж и дальше — в «руины», как я их называла. Солнце сегодня яркое, но новости о Нелл как-то притупили его тепло. Усевшись на каменную скамью, наполовину покрытую птичьим пометом, я открыла книгу на том месте, где мы остановились — закладкой служило фото юного Люциана и его друга.

— Думаю, сегодня я предпочла бы послушать твою историю.

Оторвав взгляд от новой главы, я нахмурилась:

— Мою?

— Да. Ты всегда жила на острове?

Не знаю, почему я сначала замялась.

— Нет. Мы с матерью много переезжали, когда я была маленькой. Казалось, каждый месяц.

— Она была военной? Или бизнес-леди? Инженеры ведь часто переезжают, не так ли?

Инженер. Единственное, что моя мать сумела «спроектировать» — это дерьмовую жизнь для нас обеих.

— Ни то, ни другое.

— Ну, а чем же она занималась, раз вы так часто кочевали?

— Наркотиками. Она была торчком, и... мы часто бежали.

Косой взгляд, который она на меня бросила, был полон осуждения, но мне плевать. Скрывать свое прошлое в последнее время стало слишком утомительным занятием.

— Не похоже на здоровую среду для маленькой девочки.

— Совсем нет.

— А твой отец?

— Он умер раньше, чем у меня появился шанс с ним встретиться.

— И как же тебе удалось не пойти по стопам матери?

— Тетя Мидж растила меня с десяти лет.

— Твоей матери понадобилось десять лет, чтобы понять, что она не справляется? Или что-то подтолкнуло её к этому решению?

В паузе после её вопроса перед глазами мелькнула картинка. Ребенок, держащий светящееся сердце. Вокруг тьма. Но лицо ребенка почти сияет. Грустные глаза. Нежные руки. Красное сердце. Глубокие вдохи. Красный. Везде красный цвет.