По осколкам твоего сердца (СИ) - Джейн Анна

- Ты ненормальный, - сквозь слезы выдавила мама. – Ты просто помешанный!

- Я ведь тебя люблю, идиотка! – выдавил Андрей с отвращением и с ненавистью встряхнул ее за плечи. – А ты хотела меня убить! Выстрелила в меня! Мразь!

- Отпусти мою дочь, - взмолилась мама. – Я буду делать все, что ты хочешь! Никогда больше с ней не увижусь. Ни слова против тебе не скажу! Только прошу, отпусти мою дочь! Умоляю, Андрей!

- Я ей про свою любовь, она мне про эту тварь, - процедил сквозь зубы Андрей.

- Она моя дочь! Моя дочь, понимаешь?!

- И дочь этого ублюдка. Его давно нет, а он мне все равно мешает. Знаешь, дорогая, я ведь сделал все, чтобы он не стоял между нами. Чтобы поскорее отправился на небеса. Он ведь любил небо, да?

От его слов я вздрогнула.

- Что?.. – непонимающе прошептала мама, замерев от неожиданности. И отчим, улыбнувшись, взял ее лицо в ладони.

- Его рейс был особенным, дорогая. Им должен был лететь один важный человек, от которого мой босс хотел избавиться. Я знал об этом. Помогал ему. И сделал все, чтобы твоего бывшего муженька отправили в тот рейс вторым пилотом, - самодовольно сказал Андрей. В его глазах пылало торжество.

Глаза мамы широко распахнулись.

- Что ты сказал? – повторила она с ужасом. – Это… ты убил моего Мишу?

От слов «моего Мишу» отчима перекосило. А мне стало тяжело дышать – воздух загустел и стал стеклянным. Мой папа… Он… Погиб из-за отчима? Меня затрясло еще сильнее.

- Я бы не назвал это убийством, любовь моя, - пожал плечами отчим, гладя маму по лицу. – Я ведь не портил двигатель, да и заказчик не я, а Захар. Появилась возможность, и я ею воспользовался. Избавился от конкурента. Но это ты виновата, Дана. Ты. Вскружила мне голову, а выбрала его. Потом я вновь появился в твоей жизни. И тогда уже ты сделала правильный выбор. Поверь, я очень старался тебя заполучить.

Он поцеловал маму в лоб, а она вдруг ожила, и с какой-то до этого неведомой мне силой и яростью начала бить отчима по лицу и плечам. Ему это не понравилось, он снова скрутил ей руки и оттолкнул в сторону.

- Пошла вон. Поговорим потом. Увидите ее, - кинул он охранникам. - Понимаешь, дорогая, как я забочусь о тебе? Не хочу, чтобы ты видела, как твою дочурку будут наказывать за молчание.

К маме подскочила охрана, но она, поняв, что может произойти, вдруг упала на колени и буквально вцепилась в ноги отчима.

- Я тебя прошу, отпусти Полину! Андрей, Андрей, пожалуйста! Я буду любить тебя больше всех на свете! Буду делать все, что хочешь! Только отпусти ее!

В мамином голосе было столько пронзительной боли и страха, что я снова заплакала.

- Слишком поздно, Дана, - с наигранным сочувствием сказал Андрей. – Нужно было думать об этом до того, как ты решила выстрелить в меня. Это было очень подло. Очень. Не знаю, как теперь тебя прощать.

- Умоляю, не трогай Полину! – с рыданиями в голосе закричала мама, не отпуская его ног. – Ради меня, ради нашего сына! Лучше убей меня!

Отчим все с той же фальшивой заботой поднял ее с пола, вытер слезы, улыбнулся.

- Ты такая красивая, Дана. Даже когда плачешь. Но и ты, и твоя дочь очень плохо поступали со мной. И этот выродок, - Андрей кинул презрительный взгляд на Диму, которого все так же удерживали охранники. – Этот выродок тоже очень плохо со мной поступил. Из-за него у меня большие проблемы. Придется всех вас учить манерам.

По приказу Андрея маму схватил один из его охранников. А сам отчим подошел к Диме, которого все так же продолжали удерживать.

- Теперь твоя очередь смотреть на то, как плохо будет твоей подружке, - равнодушно сказал отчим, не обращая внимания на отчаянные крики мамы. Дима поднял на него пылающий взгляд. Кровь на его лице потемнела, по скулам ходили желваки, а вены на шее были так напряжены, что четко выделялись.

- Я же сказал – только тронь ее, и ты подпишешь смертельный приговор, - тихо произнес Дима.

Наши взгляды снова встретились. Я надеялась, что Дима в моих глазах Дима прочитает, как сильно я его люблю. И не жалею. Ни о чем.

- И кто же его исполнит? – хохотнул отчим. – Ты? Сомневаюсь, пацан. Ты отсюда живым можешь вообще не выйти. Слушай, раз ты так любишь свою подружку, я дам тебе право решать, как с ней поступить. Избить, как тебя или повеселиться по-другому. Это парни Захара и они могут сделать все.

- Каждого, кто тронет Полину, лично отправлю в ад, - глухо повторил Дима. – Не трогай ее. Продолжай со мной. Делай все, что хочешь, пока не поймешь - я ничего не знаю.

Андрей погрозил ему пальцем.

- Мне интересно, сколько понадобится времени, чтобы ты признался, после того как я возьмусь за твою подружку? Думаешь, она вытерпит столько, сколько и ты?

- Я. Тебя. Разорву. На. Части, - прорычал Дима. Мама, слыша это, снова зашлась в криках, от которых звенело в ушах.

Мама, мамочка, все будет хорошо… Мне хотелось сказать ей это, но я не могла ни слова вымолвить.

- Охотно верю, что разорвешь. В фантазиях. Так, уведите мою супругу. Только будьте с ней осторожны. Делать ей больно могу только я сам. – Отчим говорил так, как будто она была его личной вещью.

Упирающуюся изо всех сил маму потащили к двери. Она кричала так, что разрывались барабанные перепонки. Кричала, срывая до хрипа голос, и тянула ко мне руки.

- Полина! Доченька! Прости меня, Полина, прости!

- Мама! Мама! - Я пыталась прорваться к ней, но и мне не позволили. Схватили, да так крепко, что затрещали кости.

- Ты сам виновата, - холодно сказал отчим. – Вынудила меня на этот шаг.

- У таких уродов, как ты, виноваты все, кроме вас самих! – неожиданно спокойно сказала я. – Но не обольщайся, папуля. Мы все знаем правду. И знаем, насколько ты гнилой. Ты все время говоришь, что тебя не любят. А знаешь почему? Потому что ты сам себя не любишь. Знаешь, насколько прогнила твоя душонка. Знаешь, какой ты на самом деле. И бесконечно боишься, что и остальные узнают. Почувствуют ту вонь, которая от тебя исходит.

Не знаю, откуда взялось это спокойствие. Наверное, появилось из-за чувства неотвратимости. Я была готова к боли.

Глаза Андрея потемнели. Я попала точно в цель.

- Посмотрим, что ты будешь говорить дальше. Когда парни начнут развлекаться с тобой. Может быть, запоешь иначе? Как думаешь, дочурка?

- Эй! Не трогайте ее, - вдруг глухо произнес Дима. – Я все скажу. Слышишь?

- Так-так-так, - заулыбался Андрей, довольный результатом. – Что ж, давай. Говори. И помни – попытаешься обмануть, поплатишься.

- Дима! – закричала я в ужасе.

- Я просто слишком сильно тебя люблю, - на его окровавленных губах заиграла улыбка.

Но Дима не успел и слова сказать. В подвал ворвались вооруженные мужчины и заполнили собой все пространство, в один миг переломив ситуацию.

Глава 64. Спасение

Андрея и его охранников уложили на пол. Диму – тоже. А вот нам с мамой ничего не сделали – сказали стоять и не двигаться. Правда, мама не послушалась приказа. Подскочила ко мне и обняла меня, закрывая спиной.

- Мама с тобой, мама с тобой, - зашептала она, сама трясясь от ужаса. – Никто не тронет мою Полину, пока мама с ней.

- Спасибо, мама, - тихо ответила я, пытаясь понять, что происходит. Умрем ли мы сейчас или же у нас будет шанс на долгую и счастливую жизнь?

Лишь только когда в подвале появился Крет собственной персоной, до меня дошло. Это его люди. Видимо, он все-таки посмотрел флешку, которая осталась в казино. И решил действовать. Чудо, не иначе.

Еще пару минут назад власть была в руках Андрея, теперь же он, как и его охранники, лежали на полу лицом вниз. Люди Крета не церемонились, действовали профессионально, как какой-нибудь спецназ, и были серьезно вооружены. Сам Крет тоже выглядел сурово – его лицо было решительным и мрачным, а в глазах таилась застарелая ненависть. Подойдя к лежащему на полу Андрею, он что-то сказал ему, отчего отчим дернулся. Однако, увидев меня, Крет неожиданно улыбнулся. И решил подойти ближе. Только мама, заметив его, испугалась еще сильнее.