После развода. Право на отцовство (СИ) - Бонд Юлия

***

Я была слишком несдержанной. Не сумев обуздать нахлынувшие эмоции, расплакалась. Лицом зарылась в ладонях. Дышала тяжело, дрожа от душевной боли.

Олег подошёл ко мне неслышно. Сгрёб в объятия. Прижимал к себе крепко. Ничего не говорил, просто был той самой жилеткой, в которую можно плакать. Однажды мы уже проходили через нечто подобное в самом начале нашего брака, когда во время беременности меня накрывало жуткой депрессией. И я благодарна Олегу за то, что всё это время он был рядом, не требуя взамен больше, чем я могла ему дать. А я и дать-то толком ничего не могла, кроме уважения и безмерной благодарности за то, что он спас меня от отца. И хоть изначально с Майорским у нас был договорный брак, выйдя за него замуж, я очень быстро поняла, что это гораздо лучше, чем жить с родным отцом. Ведь иначе папа отвёл бы меня на аборт, и Давид никогда не родился.

– Полегчало? – спросил Олег, дождавшись, когда я перестану плакать.

Я оторвала голову от груди Олега и посмотрела на мужа зарёванными глазами. Он меня не осуждал, но я и без этого почувствовала себя крайне паршиво. Тряпка какая-то. Размазня. Не помню, чтоб я так много ревела, разве только вначале своей беременности. Но тогда я пережила стресс после разрыва с Эмином, и плюс добавились гормоны беременности.

– Прости. Я не должна была плакать, – быстрыми движениями я растёрла слёзы по щекам, попыталась улыбнуться.

– Но расплакалась, – ухмыльнулся Олег. – Чего ты хочешь, Ярина?

Выгнула бровь недоумевая.

– Ты рассказала мне об отце Давида. Я тебя услышал. Ты не считаешь его подонком, который тебя бросил. Это я тоже понял. Так что же ты хочешь от меня? Как, по-твоему, я должен реагировать на эту новость?

– Не знаю, но Эмин имеет право на отцовство.

– Неужели? И как ты себе представляешь реализацию его права на отцовство? – пожав плечами, я честно призналась, что не знаю. – Яр, я понимаю, тебя потрясли обстоятельства, о которых ты узнала совсем недавно. Ты впечатлена, в тебе взыграл дух справедливости. Возможно что-то ещё. Но это ничего уже не изменит. Вот я с трудом могу представить, как твой бывший будет реализовывать своё право на отцовство. Давид живёт с мамой и папой, у ребёнка моя фамилия и отчество. Зачем ему ещё один отец?

– Я не знаю, Олег. Но должен же быть какой-то выход?

– Сломать ребёнку психику – весьма сомнительный выход, ты так не считаешь? Мы же с тобой об этом договаривались: никогда и ни при каких обстоятельствах биологический отец Давида не будет присутствовать в его жизни. По-твоему, для чего я согласился заменить мальчику отца? Яра, у меня тоже есть чувства к Давиду. Я видел малыша с первого дня его рождения, я кормил его с бутылочки, вставал по ночам, чтоб поменять памперс. Давид – мой сын.

– Я всё это понимаю, но и ты пойми. Эмин не виноват в том, что оказался за решёткой. Если бы не тюрьма, уверена: он бы никогда не отказался от Давида.

Мы замолчали. Просто смотрели друг на друга. И молчали. Я не знала, о чём сейчас думал Олег. Но была уверена, что если в этот раз нам не удастся договориться, я не сдамся. Я же обещала Эмину познакомить его с сыном. Значит, должна сдержать своё обещание.

Внезапно открывшаяся в спальне дверь, а следом за ней топот детских ножек побудило нас с Олегом одновременно повернуть голову в сторону сына. Задрав голову, Давид тёр маленькими кулачками свои глазки и смотрел на своих родителей по очереди, переводя взгляд.

– Доброе утро, мой сладкий, – я поспешила навстречу. Опустившись на колени до уровня сына, обняла своего мальчишку и поцеловала в щёчку.

– Доброе утро, сыночек, – Олег последовал моему примеру, опустился на колени перед Давидом.

Малыш обнял Олега. Прижался щекой к его щеке. Этот момент растрогал меня до глубины души. Особенно остро получилось, когда Давид сказал Олегу: “Папа, я тебя люблю”.

– Я тебя тоже, малыш, люблю. Пошли умываться и делать утреннюю зарядку, – оторвав сына от пола, Олег взгромоздил себе на плечи Давида. – Держись крепче, боец, а то упадёшь.

Звонкий смех сынишки вызвал во мне улыбку.

Перед тем как отрыть в ванную комнату дверь, Олег обернулся:

– Яр, а ты почему стоишь?

– В смысле?

– Тебя это тоже касается. Собирайся, пойдём во дворе погуляем, там сделаем зарядку. Сегодня погода хорошая.

– Ладно.

Олег уже собирался войти в ванную комнату, как вдруг снова обернулся, будто что-то забыл:

– И позвони своему бывшему. Скажи, что я хочу с ним познакомиться. Вы же обменялись номерами телефонов?

Глава 7

– Можно одеваться?

– Одевайтесь, милочка, – кивнула женщина, приспустив очки на переносицу.

Я слезла с гинекологического кресла и поспешила спрятаться за ширмой, чтоб поскорее привести себя в порядок.

С трудом продев в петлю пуговицу на юбке, я поймала себя на мысли, что жутко волнуюсь. А дрожащие на руках пальцы были лишним тому подтверждением. Три дня задержки менструации – ничего особенного, со мной и раньше подобное случалось, тогда я всё списывала на стресс или общее недомогание. И на этот раз я бы отнеслась к задержке точно так же – спокойно ждала красного дня календаря, если бы не гинеколог, к которому я обратилась по настоятельной просьбе Олега.

Закончив одеваться, я отодвинула ширму в сторону и подошла к столу, за которым сидела врач. Женщина отреагировала на моё появление задумчивым взглядом.

– Ярина, я выписала вам направление на УЗИ органов малого таза. Также нужно сдать общий анализ крови и на разного рода инфекции. Помимо этого… – призадумавшись, женщина посмотрела на монитор, что-то набрала на клавиатуре и передала мне небольшие квадратики бумаги с направлениями. – В общем, здесь целый список.

– Когда мне нужно всё это пройти?

– Чем быстрее, тем лучше. На УЗИ может попасть сегодня, а анализы можно сдать на этой неделе.

Я кивнула и с трудом смогла выдавить из себя обычное "спасибо".

Затея Олега пройти обследование мне совсем не нравилась, потому что рожать второго ребёнка в ближайшие пару лет я не планировала. Возможно, с моей стороны это было эгоистично по отношению к мужу, но я чувствовала, что к беременности я не готова: ни физически, ни морально. Я совсем недавно устроилась на свою первую работу, выползла из ракушки домохозяйки и с немалым трудом влилась в социум.

Выйдя из кабинета врача, я сунула направления в сумочку. Посмотрела на экран зажатого в руке мобильного и вздохнула. У меня ещё оставалось немного времени перед работой и его вполне хватило бы, чтоб пройти УЗИ. Но я так и не решилась, отложив на потом.

Ускорив шаг, потопала на выход из клиники. Вызвала такси и уже через двадцать минут была на рабочем месте.

***

В офисе, как всегда, было шумно. Я увязла в трудовых буднях, позабыв на пару часов о насущных проблемах.

Фонд социальной защиты инвалидов, куда мне удалось устроиться после окончания университета, был моим первым местом работы. Поначалу я выполняла несложные поручения: набрать текст сопроводительного письма, отсканировать документы и занести их в электронную базу. Со временем, набравшись опыта и ближе познакомившись со спецификой работы, круг моих трудовых обязанностей расширился и я стала выполнять всё то же, что и мои коллеги из юридического отдела.

Но Олегу никогда не нравилась моя работа. Он вообще считал, что работать мне необязательно. Он был убеждён, что финансовое обеспечение должно полностью лежать на мужчине, а женщина – хранительница домашнего очага и уюта. Я же всегда считала, что семья – это партнёрские отношения, равноправие.

***

С работы удалось уйти пораньше.

Я вышла из девятиэтажного здания и пешком направилась в детский сад.

Погода была прекрасной как для середины сентября. Солнце ещё высоко стояло над горизонтом, а лёгкий ветерок покачивал ветки деревьев. Двигаясь по тротуару, я лениво рассматривала городской пейзаж, иногда останавливаясь взглядом на чём-то интересном.