Легенда о Фэй. Том 2. Башня разлуки - "Priest P大"

Фэй сжала рукоять меча и подумала: «Так не пойдет, мне нужно вернуться домой и все проверить». Однако озвучивать принятое решение она не стала и со скуки просто слушала рассказы У Чучу о ее путешествии.

Солдаты Вэнь Юя быстро привели постоялый двор в порядок. Казалось, здесь даже воцарился прежний покой, если не брать в расчет, что постояльцы один за другим все же поспешили собрать вещи и уйти. Время близилось к полудню, но Се Юнь до сих пор не спустился. Второй этаж заполонили приближенные Летающего Генерала. Поскольку обхаживать стало некого, слуга удалился в задние помещения. Хозяин Хуа уже выглядел немного лучше, а Цзи Юньчэнь, как и подобает повару, отправился на кухню и приготовил несколько блюд, но гости были слишком заняты своими хлопотами, чтобы обедать. Он заварил чай и вытер руки о фартук, после чего повернулся к бледнолицему молодому господину и сказал:

– Пэй, я попросил брата Хуа освободить тебе руки. Поешь немного.

Хозяин Хуа щелкнул уцелевшими пальцами и ослабил печати на жизненных точках пленника выше пояса.

– А крысиный яд подсыпать не забыли? – язвительно прошипел Пэй.

Цзи Юньчэнь молча взял миску, попробовал содержимое сам и поставил обратно.

Юноша фыркнул, но упрямиться не стал и с жадностью принялся уплетать еду.

Чжоу Фэй взглянула на него и подумала: «Только что без языка готов был остаться, лишь бы не признавать поражение, а как получил ложку риса, сразу стал паинькой? То ли свихнулся с голоду, то ли опять что-то замышляет».

Она тяжело вздохнула, осознав, что стала подмечать все больше мелочей: каждая соломинка под ногами казалась ей знаком, каждая тень – намеком. Прозорливой она стала или попросту мнительной – Чжоу Фэй и сама не знала.

Порядок царит или неразбериха, сутки есть сутки, ни больше ни меньше. С наступлением темноты Чжоу Фэй пораньше отправила У Чучу спать и вернулась к себе. Мучаясь от тревоги, она несколько раз обошла комнату и еще раз перечитала письмо Ли Цзиньжун, размышляя: «Мама просила госпожу Ван передать семью У под защиту генералу Вэню. Раз он уже прибыл, значит, мое задание выполнено».

Получалось, теперь ее совесть была чиста. Фэй быстро набросала письмо, чтобы ее уход не сочли своевольным побегом, и придавила его чашкой, затем сложила вещи, взвалила на плечо меч и собралась бесшумно выскользнуть из комнаты, однако, выглянув за дверь, тут же отпрянула.

Вэнь Юй, словно стражник, вместо того чтобы спать, сидел на ее излюбленном месте возле окна и в одиночестве пил вино. На всех этажах горели огни, всюду стояли солдаты, даже безлюдная улица ими кишела: если бы Чжоу Фэй вдруг отрастила крылья, вырваться ей бы все равно не удалось.

В ночной тишине Фэй задумчиво потерла подбородок: Вэнь Юй, конечно, стерег не ее, а этого непутевого принца, которого с таким трудом отыскал. Так что Фэй он вряд ли стал бы удерживать – значит, можно не таиться, а просто в открытую выйти через дверь. «А если он вздумает совать нос не в свое дело…» – она вспомнила прием, которым Вэнь Юй когда-то выбил ножны ее клинка из ворот заставы. Тогда он, конечно, превосходил ее в силе. Но сейчас… Чжоу Фэй покрутила в руке клинок: «Может, проверить?»

Решив все же хорошенько выспаться этой ночью, а наутро как следует со всеми попрощаться и покинуть постоялый двор, она услышала, как со скрипом приоткрылось соседнее окно: как бы кто ни таился, старая деревянная рама, годами не знавшая починки, молчать не пожелала. Присмотревшись, Чжоу Фэй так ничего и не увидела. «Просто ветер», – успокоила она себя, но стоило ей отвернуться, как из щели между створками вдруг что-то выпало.

Фэй пригнулась, но на подоконнике оказалось вовсе не смертоносное оружие: из комнаты, где жил Се Юнь, прилетел бумажный комок размером с большой водяной орех. Решив, что это очередная глупая проделка, Фэй развернула записку. Внутри – лишь одно слово, выведенное сразу в трех стилях: «Помоги». Иероглифы прыгали по белой бумаге, будто вопя от отчаяния, – тот, кто написал это, явно был не в себе.

Днем Чжоу Фэй не успела как следует обдумать случившееся, и только теперь, ночью, у нее нашлось время все осознать. Титул принц Дуань явно указывал на знатное происхождение. А этот пройдоха, прикрываясь именем Се Юнь, бродил где попало, всех дурачил и домой возвращаться не собирался. Один в один Ли Шэн – два сапога пара! Значит, отправить его назад к семье – не самый плохой исход: с его-то жалкими навыками, которых ему «достаточно, чтобы выжить», разгуливать в такие смутные времена – безумие. Как он до сих пор цел остался, одному Небу известно!

– Ничем не могу помочь, – холодно прошептала Чжоу Фэй. – Проваливай.

Она уже собиралась закрыть окно наглухо, но сосед, видимо, перепугался и пошел на крайние меры: из щели послышалось жалобное кошачье мяуканье – от настоящего не отличить!

Вот бесстыдник!

Чжоу Фэй высунулась из окна, осмотрелась – вокруг почти никого не было – и тихо окликнула соседа:

– Ты… то есть Ваше Высочество принц Дуань, ты что творишь?

После очередного душераздирающего «мяу» Се Юнь открыл свое окно пошире и высунул руки, которые сложились в отточенный жест уличного попрошайки.

Чжоу Фэй закатила глаза и с размаху захлопнула створки.

В тот же миг с дальнего конца улицы донесся удар гонга. Гулкое эхо прокатилось по горам, врезаясь в сознание и заставляя сердце невольно сжиматься в груди. Окно снова пришлось распахнуть. На затянутой туманом улице, помимо солдат Вэнь Юя, виднелось еще несколько фигур.

Стоило на мгновение прикрыть глаза, размытые тени заметно приблизились. Чжоу Фэй моргнула еще раз – и они, словно призраки, один за другим возникли прямо перед крыльцом: закутанные с головы до ног в белые одежды, с высоты второго этажа они казались сплошным белесым пятном. Впереди шел человек с медным гонгом. Подойдя к постоялому двору и не обратив внимания на настороженных солдат, он поднял руку и ударил по инструменту еще два раза.

В ушах у Чжоу Фэй зазвенело, на миг даже сознание помутилось.

– Гонг третьей стражи? – донесся шепот из соседнего окна.

Чжоу Фэй резко повернула голову и увидела облокотившегося на подоконник Се Юня в новой опрятной одежде.

– Я думал, мы заодно, а ты… – обиженно бросил юноша, ткнув в Фэй пальцем.

Чжоу Фэй замешкалась: как же ей теперь его называть? Решив просто пропустить обращение, она перешла сразу к делу:

– Что такое гонг третьей стражи?

– Это… – начал было Се Юнь, но, встретившись с ней взглядом, вдруг передумал: – А вот не скажу тебе!

Чжоу Фэй по привычке потянулась к рукояти меча. С постоялого двора выбежали двое солдат и, вежливо поклонившись, обратились к незваным гостям:

– Генерал приветствует Повелителя Цинлуна и желает знать, что привело вас сюда в столь поздний час?

Толпа призраков расступилась, пропуская вперед человека, следовавшего в конце строя. Высокий и плечистый, на голову выше остальных, он остановился с заложенными за спину руками и оценивающе осмотрел постоялый двор «Три весны», после чего слегка кивнул, и один из его приспешников тут же подскочил и согнулся в три погибели. Повелитель Цинлуна легонько приподнял ему подбородок и что-то прошептал на ухо.

«Неужели нельзя сказать вслух? – подумала Чжоу Фэй. – Зачем он так делает?» Но ответ нашелся сам: Вэнь Юй не вышел лично, а подослал солдат, вот и этот Повелитель тоже решил поважничать.

Приспешник сделал два шага вперед и заговорил:

– Мой господин желает знать: поскольку это место не принадлежит ни Югу, ни Северу, какой именно генерал остановился на постоялом дворе?

В руках солдат сверкнули опознавательные бирки.

– Неужели сам Летающий Генерал Вэнь! – продолжил приспешник. – Простите наше ночное вторжение, однако господин потерял одного своего пса. Он очень дорог его сердцу. Способный юнец, да только от рук отбился. Нам донесли, что его удерживают на этом постоялом дворе, потому мы вынуждены все проверить и надеемся на ваше понимание.

Он замолчал, склонив голову: видимо, Повелитель Цинлуна владел тайным искусством направлять голос прямо в ухо слушающему. Через мгновение приспешник снова заговорил, повторяя слова своего господина: