Легенда о Фэй. Том 2. Башня разлуки - "Priest P大"

– Разве ты не говорил, что господин Бай отправит письмо тайными путями Союза Странников? – тут же узнав его, в недоумении спросила Чжоу Фэй. – Неужели их всех на войну забрали?

Се Юнь понизил голос до шепота и быстро пробормотал:

– Зеленые горы не стареют, синие воды не иссякают – еще свидимся, сестрица!

С этими словами он развернулся и собрался было сбежать, но не успел сделать и шага, как генерал Вэнь спешился и перегородил Се Юню дорогу своей лошадью.

– Слуга приветствует Его Высочество принца Дуань! – слова будто по волшебству обездвижили юношу.

«Принца… Какого еще принца?!» – недоумевала про себя Чжоу Фэй.

Тысячи самых несчастливых звезд огненными хвостами пронеслись в ее сознании, разрывая небо в клочья. Фэй резко повернулась и уставилась на человека, который казался ей теперь лишь двойником того молодого господина Се, которого она знала.

Вэнь Юй тем временем с улыбкой повернулся к ней:

– Это же молодая госпожа Чжоу! Как летят годы – уже так выросла! Когда мы виделись в последний раз, вы были совсем девочкой.

Ага, а он тогда выбил застрявшие в воротах ножны этой самой девочки, даже не коснувшись их! Маска непоколебимой решимости, которую натянула Чжоу Фэй, хорошо скрывала растерянность; Фэй холодно кивнула.

Се Юнь поднял глаза на господина Бая.

– Я получил приказ сопровождать госпожу У, но как я мог спокойно уйти, зная, что жизнь третьего господина в опасности? – обнажив в улыбке белые зубы, сказал тот. – К сожалению, я недостаточно силен, поэтому мы вместе с молодой госпожой во весь опор помчались к ближайшему войску и попросили генерала Вэня о помощи. Уже в пути мы услышали, что в этих краях объявился один из демонов с горы Живых и Мертвых. Я страшно перепугался, но, к счастью, вы целы и невредимы.

Господин Бай замолчал, исподлобья взглянув на Се Юня, – лицо у того было мрачнее тучи.

– Третий господин, золотому дитяти не место под стрехой, – почтительно сложив руки, добавил он. – Опасности поджидают вас на каждом шагу, а вы в одиночку бродите по свету. Мы себе места не находим от переживаний. Пожалуйста, вернитесь домой.

– Так и знал, что Минчэнь отправил вас ко мне не из добрых побуждений, – горько усмехнулся Се Юнь.

Господин Бай был образованным и воспитанным представителем Союза Странников, а потому только добродушно рассмеялся в ответ, ничуть не обидевшись на его слова, и с изысканной вежливостью поклонился в сторону запертых дверей:

– Приношу глубочайшие извинения, почтенные земляки, за причиненное неудобство.

Постояльцы были потрясены: только что они готовились сражаться с Повелителем Цинлуна не на жизнь, а на смерть, а теперь к ним наведалось целое войско во главе с генералом.

Вэнь Юй разместил своих приближенных в «Трех веснах», остальным приказал разбить лагерь неподалеку, а также распорядился не беспокоить местных, после чего помог У Чучу выйти из паланкина, а Се Юню почтительно указал рукой на лестницу и сказал:

– Ваше Высочество, прошу.

Се Юня словно молнией ударило. Если недавно он трещал без умолку, то теперь внезапно превратился в пустой сосуд и, не сказав ни слова, поплелся наверх.

Вэнь Юй достал конверт и протянул его Фэй, расплываясь в улыбке:

– Ваша матушка отправила письмо господину Чжоу. Узнав, что мы, вероятно, встретимся, он попросил меня передать его вам. Прошло уже несколько лет, отец скучает и часто о вас вспоминает. Надеюсь, вы не держите на меня зла за тот случай с ножнами? Я лишь повиновался приказу.

На самом деле Чжоу Фэй таила обиду все эти годы, но признаться не могла. Она притворно улыбнулась и кивнула. Вэнь Юй добродушно посмотрел на нее, вежливо попрощался с постояльцами и последовал за Се Юнем наверх – вероятно, им нужно было что-то обсудить.

У Чучу обрадовалась Чжоу Фэй как родной сестре, и даже зловонные трупы, устилающие зал постоялого двора, не помешали ей крепко обнять подругу:

– Как хорошо, что ты цела!

Чжоу Фэй взглянула на письмо, переданное ей генералом: оно было вскрыто и предназначалось отцу, а почерк действительно принадлежал Ли Цзиньжун.

– А что со мной могло случиться? – ответила Фэй, не до конца придя в себя.

Она хотела добавить «просто парочка Северных псов», но решила, что на людях стоит быть более сдержанной, и промолчала. Однако вскоре «сдержанная» Чжоу Фэй не выдержала и, наклонившись к У Чучу, шепотом спросила:

– А принц Дуань – это вообще кто?

– Я тоже не ожидала, – ответила У Чучу. – Когда господин Бай привез меня к войску генерала Вэня, я испугалась. Кто бы мог подумать, что они связаны с императорским двором? А Се… то есть принц Дуань… оказался сыном наследного принца Идэ прошлой династии. Когда в бывшей столице случился мятеж, Восточный дворец долгое время был окружен, а потом его и вовсе подожгли. Все думали, спастись никому не удалось, но позже выяснилось, что один старый евнух, рискуя жизнью, вынес из пламени маленького наследника. Правящий на юге император Цзяньюань принял его и пожаловал племяннику титул принца Дуань. Но почему потом он… хм… – она хотела сказать «почему потом он превратился в слоняющегося без дела бродягу, так и осталось загадкой», но не решилась закончить мысль. – Если принц Дуань отказался от роскоши Цзиньлина и предпочел скитания, у него наверняка есть причины скрывать свою личность… Фэй, ты что, сердишься?

Лицо Чжоу Фэй помрачнело. Ее переполняли противоречивые чувства, которые никак не получалось выразить словами. Это была даже не злость, а, скорее, глубочайшее потрясение. Еще мгновение назад она обеспокоенно размышляла, как уберечь эту кучку слабаков от пресловутого Повелителя Цинлуна с горы Живых и Мертвых, а теперь как снег на голову на нее свалились еще и проблемы императорского двора. Она еще раз растерянно взглянула на длинный меч в своей руке и пробормотала:

– Ну… не особо…

Я же всего лишь чудом не превратила наследника покойного правителя в решето!

Еще немного поразмыслив, Фэй так и не смогла полностью переварить все эти известия, поэтому решила вернуться к ним позже, а пока достала письмо Ли Цзиньжун к Чжоу Итану. Послание было удивительно кратким, без приветствий и пространных рассуждений. Чжоу Фэй заподозрила, что родители, должно быть, часто обменивались письмами, раз им для полного понимания хватало всего нескольких слов.

Когда глава Ли писала эти строки, она еще не знала, что из всей семьи У в живых осталась одна У Чучу. В письме она сообщала Чжоу Итану, что еще раз все хорошо обдумала и решила: Сорок восемь крепостей – захолустье, пристанище бунтарей, где запросто могут найтись наглецы, способные оскорбить выходцев из благородного семейства. Поэтому она уже написала госпоже Ван, что в случае, если жена и дети генерала У будут найдены, их надлежит сопроводить на юг, к генералу Вэнь Юю, а Чжоу Итана просит оказать им достойный прием.

Далее упоминалось, что Чжоу Фэй, Ли Шэн и другие ученики тоже должны последовать за ними. Кроме того, с заставы передали кое-какие личные вещи Чжоу Итана – ничего ценного, но без них ему, возможно, придется неудобно. А еще Ли Цзиньжун просила мужа быть построже с детьми: они и так своевольны, а после путешествия – и вовсе распоясаются. Так что пусть Чжоу Итан не потакает им, как прежде.

Чжоу Фэй пробежалась глазами по тексту и нахмурилась.

– Что-то не так? – спросила У Чучу.

– Ничего, – ответила Чжоу Фэй. – Мама передумала и велел сопроводить тебя на юг.

У Чучу удивленно ахнула, глаза ее наполнились растерянностью и тревогой. Взглянув на подругу еще раз, Чжоу Фэй подумала, что решение Ли Цзиньжун было вполне обоснованным: знатная барышня должна жить в роскошных покоях, выезжать в изысканных паланкинах, запряженных лучшими лошадьми, а дома ее должны окружать служанки. А в Сорока восьми крепостях ученики только и знают, что драться да состязаться, – не лучшее место для такого нежного и благородного цветочка.

Но вот что ее удивило: почему глава Ли не озаботилась этим раньше? Почему не сказала об изменении планов перед их отъездом? Еще эти вещи для Чжоу Итана… Он покинул дом столько лет назад, зачем было отправлять их именно сейчас? Лишись он рук или ног, за это время уже привык бы и к этому! Разумеется, Ли Цзиньжун никогда не была образцовой женой и матерью, но чтобы настолько?