Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ) - "UALive"

Его мама была мертва.

Сердце разрывалось от боли. Если раньше он считал смерть дедушки болезненным событием, то сейчас те переживание казались глупыми. Его душа испытывала адские страдания.

Вдруг до его разума донеслись препирательства шиноби Ивы.

«Это они виноваты.» — В попытках заглушить боль, разум мальчика пытался переключится на виновников его душевных терзаний.

«Это они виноваты!» — Все больше распылялись эмоции Акиры.

«ЭТО ОНИ ВИНОВАТЫ!!!» — В душе Акиры вспыхнуло ужасающее пламя НЕНАВИСТИ!

Это пламя металось в душе, не находя выхода. Казалось, что оно вскоре ослабнет, но поддержка этой ненависти пришла со стороны.

Остатки чакры в Шарингане, среагировали на ненависть Акиры. Потянувшись к такому знакомому чувству, они освободили пламя ненависти.

Это привело к неожиданным последствиям. Под действием ненависти, чакра Акиры стала преображаться по подобию чакре Учиха. Эта обновленная чарка распространилась по всему телу мальчика, пробуждая давно спящие гены, и подстраивая тело под себя.

— Не сопротивляйся, а то хуже будет. — Произнес над Акирой голос третьего шиноби.

Он уже потянул руку к мальчику чтобы схватить его, как Акира поднял взгляд.

На шиноби Ивы смотрели два светящихся красных глаза, с двумя черными томоэ, вращающихся в обоих глазах. Эти глаза буквально излучали ненависть.

— Что тако… — Договорить изумленный шиноби не успел.

Рука Акиры, покрытая светло-желтым пламенем чакры с красноватым ореолом, пробила грудь шиноби насквозь.

— Кха! — Выплюнул шиноби кровь изо рта.

Следом Акира вынул руку из груди, чтобы затем, быстрым движением, ударить в челюсть. Усиленная, огромным количеством чакры, рука буквально взорвала голову.

— Сукин сын! — Ещё после первой атаки, спорящие шиноби Ивы опомнились и начали складывать ручные печати.

В этот раз они, не колеблясь, совместно применили дзюцу каменных кольев.

— Стихия Земли: Техника Растущих Каменных Пиков. — Каменные шипы стремительно двинулись в сторону Акиры но… пронзили лишь воздух.

Произошло вот что. Не торопясь, Акира подобрал маску с земли и прицепил её на пояс. Затем, не жалея чакры, Акира влил огромное её количество в ноги, от чего те так же засветились пламенем чакры. Оттолкнувшись ногами, на месте где он стоял образовались трещины в земле. Сам Акира стремительно полетел в одного из шиноби.

Они не успели среагировать на стремительную фигуру Акиры. Оказавшись возле первого шиноби, мальчик Узумаки использовал свои усиленные ноги и нацелился в голову. Атака была столь быстрой, что шиноби Ивы не смог защититься.

В итоге, от удара, голова шиноби врезалась в ближайший столб дерева. Нога Акиры не остановилась от неожиданного препятствия. Голова шиноби взорвалась кровавыми ошметками и брызгами, а ствол дерева, куда также пришелся удар, был разорван в щепки. Конечно дерево было очень толстым, и полностью такой удар его не повалил, но оставшийся след был наглядным примером, абсурдной силы удара.

— Отстань от меня! — Последний шиноби, что и был виновен с смерти Юмико принялся бежать, до смерти напуганный, продемонстрированной силой, мальчика.

Но Акира не собирался отпускать свою жертву. Бросившись в погоню, ему не составило труда нагнать последнего шиноби Ивы. Тот попытался кинуть в преследователя все свое метательное оружие, но безуспешно. Благодаря Шарингану, Акира видел траекторию полета всех снарядов, и без труда уворачивался.

Догнав свою добычу, мальчик Узумаки ударил его в спину, раздробив позвоночник. В результате, убегающий потерял возможность продолжать побег и завалился на землю.

— ААА! С-стой! Подожди! Кха!.. Не убивай меня! — В панике молил шиноби, но Акира был глух к его мольбам.

Сначала Акира схватил одну из его рук.

— ААААА! — Закричал он чувствуя боль от сломанной руки.

Затем та же участь постигла его вторую руку.

— ААААА! — Вновь не сдержал крика шиноби Ивы.

Значил ли что-нибудь такой способ пытки со стороны Акиры? Мстил ли он, за то, что эти руки и применили ниндзюцу убившее его маму? Или он просто захотел сделать шиноби беспомощным перед продолжением экзекуции?

Как только Акира закончил с руками, он сел поверх шиноби и с силой ударил по лицу врага. А следом еще, еще и еще раз. Мальчик Узумаки специально не усиливал удары чакрой, чтобы растянуть казнь. Но сколько бы он не бил, ненависть все не иссекала.

Шиноби Ивы уже не мог кричать от боли. Его лицо превратилось в изуродованное кровавое месиво.

Через несколько минут, Акира все продолжал избивать уже труп. Так бы он и продолжил заниматься избиением мертвеца, если бы его не отвлекли звуки чьего-то приближения.

Пусть разум Акиры и был все ещё затуманен ненавистью, он смог осознать, что ещё одного боя не выдержит. Голодный, не отдыхавший и практически истративший всю чакру. В последнем бою он сил совсем не жалел.

Приняв решение об отступлении, он покинул место битвы, стараясь скрыться.

Но кошмар Акиры на этом не закончился, и ему лишь предстоит в полной мере осознать, что он потерял.

(П.А. — Это все же произошло. Спустя несколько месяцев работы над этой книгой, я все же дошел до главного переломного момента. Я чувствую некоторую печаль и сожаление от смерти Юмико, но так было надо. Впрочем, эти эмоции не так уж сильны, ведь я с самого начала знал, что так все и закончится. Мне больше интересно ваше мнение по поводу смерти Юмико. Достаточно ли она запала вам в душу, чтобы также испытывать грусть, или вам все равно. А пока, до следующей главы.)

Глава 34

Не разбирая дороги, по лесу бежал Акира. Из-за горизонта начало показываться солнце, освещая его потрепанную фигуру. Вся одежда была грязной и запачканной кровью. Особенно в его образе выделялись руки, что были по локоть в крови. Но его внешний вид не волновал. Единственное, что он хотел, убраться по дальше с поля боя.

Долго бежать он не мог, и уже через сорок минут свалился на землю от усталости. Чакры оставалось не много. Несмотря на то, что он больше не тратил чакру, поддержание работоспособности Шарингана все равно истощало его запасы. Пусть и не с такой скоростью как раньше.

После падение, Узумаки не предпринимал никаких попыток встать на ноги, до тех пор пока не услышал журчание воды. Посмотрев в сторону, он заметил ручеёк, к которому его взгляд прикипел. Акира понял что очень сильно хочет пить. Найдя в себе силы, он подполз к ручейку, и принял сидячее положение. Поднеся руки к источнику воды, он уже было хотел набрать воды в руки, как осекся. Посмотрев на покрытые кровью руки, он пришел в недоумение. Ему этот вид казался чуждым, будто это не он, совсем недавно, голыми руками, забил до смерти шиноби Ивы. Акира долго рассматривал руки, не понимая, откуда на них такое большое количество крови. Так бы он и продолжал сидеть и пялиться на свои руки, но его взгляд зацепился за что ещё.

Посмотрев на воду в ручье, Акира увидел, пусть и размытое, но знакомое лицо. Его лицо. Глаза неотрывно смотрели в отражение, пытаясь понять, что именно его смущает. Можно было подумать, что смущающим фактором были глаза, в которых горел Шаринган. Но нет. Акира даже не обратил внимание на додзюцу.

Через несколько минут разглядываний, он наконец понял причину своей реакции. Четыре кровавых линий, вертикально опускались по его щеке. Прикоснувшись к ним, линии смазались, но ощущение от прикосновения к щеке заставили его вспомнить.

Перед его глазами всплыл образ умирающей на его руках матери, чья рука прикасалась к его щеке, а губы беззвучно двигались.

На лице Акиры начала проступать неописуемая гамма эмоций, а глаза заслезились. Следом произошел взрыв.

— АААААААААААААААААААААААА!!! — Просыпающийся ото сна лес пронзил ужасающий крик, наполненный агонией, от раздираемой на куски души. — ААААААААААААААААААААААА!!! — И судя по всему, прекращать эта агония совершенно не собиралась.