– Поручик Скарятин, Вас срочно вызывают в военное ведомство, – прочеканил военный, отдав честь Николаю.
Нахмурившись, Николай обвел всех молодых людей медленно взглядом и обратился к курьеру:
– Это срочно?
– Да, – прочеканил военный. – Вы должны явиться к командующему немедленно.
– Я понял, спасибо корнет, – кивнул Николай. Военный отдал честь и, развернув коня, так же стремительно исчез за воротами усадьбы, как и появился.
– Что ж Вам придется поехать на охоту без меня, – заметил Николай печально.
– Я останусь, – заметила быстро Аглая, совершенно не желая быть в обществе Дмитрия и Полины, которые недолюбливали ее.
– Отчего же голубка моя? Поезжай. Дмитрий присмотрит за тобой, ведь так? – спросил громко Николай, устремив напряженный взор на брата. Дмитрий смутился и нахмурился. Его голубой взгляд переместился с брата на бледное личико Аглаи и обратно на приветливое лицо брата.
– Присмотрю, – как-то недовольно буркнул старший Скарятин. Аглая испуганно метнула взгляд на высокую фигуру Дмитрия в сером костюме для верховой езды и поджала губки. Она быстро приблизила свою лошадь вплотную к лошади Николая и ласково прошептала жениху:
– Я не хочу ехать без тебя, Николаша.
– Поезжай, развейся. А я туда и обратно, к обеду вернусь, – заметил ласково Скарятин, погладив теплой ладонью ее ручку, затянутую в светлую перчатку. Аглая промолчала, и неуверенно кивнула в ответ.
Итак, девушки в сопровождении Дмитрия направились в поместье Лопухина. Всю дорогу Дмитрий и Полина скакали впереди, игнорируя Аглаю, которая держалась от них на расстоянии нескольких десятков метров. Через четверть часа молодые люди, достигли небольшой рощи, что располагалась во владениях князя, и где уже находились гости в количестве нескольких дюжин человек, восседая верхом на лошадях. Охота еще не началась, и приглашенные кучками толпились у деревьев, весело обсуждая последние новости.
Дмитрий и Полина присоединились к нескольким богато одетым дворянам, видимо хорошим знакомым и быстро влились в разговор. Аглая же остановилась в стороне, чувствуя себя неловко. Здесь она никого не знала, и к тому же ее правая нога затекла от неудобной позы в женском седле. Еще с детства Глаша умела хорошо ездить верхом по-мужски. Но сейчас в дамском седле, сидя боком на резвой лошади, она чувствовала себя неуверенно. К тому же вся атмосфера этого богатого, наряженного, надменного круга людей, которые игнорировали ее, была ей неприятна. Она то и дело нервно оправляла юбку своей ярко голубой амазонки, стараясь не замечать презрительных взглядов со всех сторон. С нетерпением ожидая призыва к охоте, Аглая гладила шелковистую белую гриву кобылы.
В какой-то момент, Аглая заметила, что Дмитрий и Полина отъехали чуть в сторону, и начали обсуждать нечто интимное. Ручка Полины опустилась на руку молодого человека, которая держала поводья лошади, Дмитрий чуть поддался в сторону невесты и говорил ей о чем-то, улыбаясь. Полина улыбнулась ему в ответ. В следующий миг Дмитрий наклонился к виску девушки, шепча ей что-то на ушко, а его рука как будто случайно провела ласково по спине Полины. Увидев эти нежные ласки между двумя влюбленными, Глаша задрожала от неприятного чувства досады. Да она до сих пор любила Дмитрия, и его флирт с другой женщиной, вызвал в ее душе болезненный трепет. Через миг не в силах переносить всю эту обстановку: презрение гостей, внимание которое расточал Дмитрий Полине, собственное одиночество, Аглая быстро развернула свою кобылу и поскакала обратно в имение Скарятиных.
Дмитрий резко повернул голову на звук удаляющихся копыт и подметил, что лошадь светло саловой масти с всадницей в голубой амазонке, скрылась за оградой дома. Отметив направление, куда ускакала Аглая, он понял, что она направилась в сторону их поместья. Вновь повернув лицо к Полине, он ехидно ухмыльнулся.
– Пусть едет, – заметила, пожав плечами Полина.
– Вы правы, – кивнул Дмитрий, про себя довольно осознавая, что его спектакль удался. Он умело сыграл на нервах Аглаи, как и задумывал, разыграв страсть к Полине. Чем больше он думал над тем, как стремительно ускакала Глаша, тем больше утверждался в мысли о том, что она была, не так уж равнодушна к нему, как старалась это показать.
Вздрогнув от звука рога, который извещал о начале охоты, Скарятин натянул поводья, решив выкинуть из головы мысли об Аглае. Первым поскакал, князь Лопухин, пропустив впереди себя свору гончих. За ним устремились и все приглашенные, в их числе Дмитрий и Полина. Однако напряженные думы о поведении Аглаи не хотели покидать мысли Скарятина, мешая ему сосредоточиться на погоне за лисицей.
Спустя версту Дмитрий отстал от основной массы дворян, чуть придержав своего жеребца. Он отметил, что Полина так и держится в первых рядах охотников, и совсем не заметила его отсутствия.
Аглая не спеша доскакала до поместья Скарятиных, всю дорогу опасаясь, что свалится с неудобного бокового седла. Подъехав к конюшням, она остановила лошадь и облегченно вздохнула. Едва она спешилась, к ней подошел конюх.
– Позвольте? – спросил Егор, намереваясь забрать у девушки кобылу.
– Егор, можно я сама? – попросила Глаша. – В доме отца я сама и запрягала и распрягала.
– Как пожелаете барышня, – пожал плечами Егор. – Самое крайнее стойло по правой стороне.
Глаша понятливо кивнула и конюх, поклонившись, направился в сторону скотного двора.
Взяв лошадь за уздцы, Глаша повела ее в конюшню. Привязав животное в стойле, о котором говорил Егор, девушка умело сняла седло, и положила его на деревянный сколоченный ящик. Затем она вновь подошла к кобыле и ласково погладила ее по гриве.
– Красавица, – прошептала девушка. И лошадь, почувствовав ласку, тут же наклонила голову к лицу Аглаи. Еще немного полюбовавшись светлой кобылой, Глаша уже направилась к выходу, но заметила на земле небольшую плеть, которую она видимо выронила. Наклонившись, девушка подняла вещь, решив положить ее рядом с седлом. Тут раздался звук открывающейся деревянной двери. Она резко обернулась на шум, и увидела Дмитрия, который проворно вошел в стойло. Опешив от его неожиданного появления, Глаша напряглась, вздрогнув всем телом.
– Отчего Вы так стремительно уехали? – спросил взволнованным низким баритоном Скарятин, приближаясь к ней. Он замер от девушки в двух шагах, не спуская с ее личика темного напряженного взгляда.
– У меня разболелась голова, – прошептала она неуверенно, пытаясь придать своему лицу безразличное выражение.
– А мне кажется, что Вы лжете… – сказал он глухо, сделав к ней еще шаг. Аглая чуть попятилась к беленой стене стойла и напряглась. Она не понимала, зачем Скарятин вернулся и к чему был весь этот разговор? Выражение глаз молодого человека стало теплым и, он глухо добавил. – Вы до сих пор любите меня. И Вам неприятно видеть нас с Полиной Сергеевной вместе, ведь так?
– Нет не так, – ответила Аглая с горечью, и нахмурилась. Однако Дмитрий отчетливо отметил в ее больших темных глазах печаль. Он придвинулся к девушке вплотную и, наклонившись над ней, прошептал над ее губами, опаляя личико Глаши горячим дыханием:
– Вам все равно не удастся разлюбить меня. Я прекрасно вижу, что одно лишь мое присутствие рядом смущает Вас. Лишь я могу заставить Вас страдать или радоваться. С Николаем Вы никогда не сможете чувствовать подобное. Я Ваш мужчина… Лишь меня Вы можете любить…
Аглая чувствовала, что все его слова чистая правда. Однако она всем своим сердцем не хотела, чтобы это было правдой.
– Нет, нет, – она замотала отрицательно головкой, пятясь от него. От борьбы, которая шла в ней между ее чувствами и разумом, от бессилия вырвать из своего трепетного сердечка горячую поглощающую любовь к Дмитрию на глазах Глаши навернулись слезы.
– Ваше сердце принадлежит мне и я докажу Вам это! – произнес Скарятин словно приговор и в следующий миг схватил девушку в объятия. Его губы властно впились в ее дрожащий рот. Не в силах противостоять ему Глаша, ощущала, как его властные умелые губы, заставляют ее забыть обо всем. Она чувствовала, что с каждым мигом его горячего поцелуя, она теряет остатки разума. Обхватив ее стан руками, Дмитрий с силой прижал ее к своей груди.
