Но есть и разница. Вестник начал бы длинную речь, испещряя ее восклицаниями: «Увы мне!», тогда как сэр Криспин сразу перешел к делу.
– Отдала викарию, – сказал он. – Для этого ихнего базара. Если есть замогильные голоса, это был один из них.
Глава XIII
Дурная весть действует по-разному, смотря какой человек. Некоторые держатся стойко; некоторые – но не эти. Сэр Криспин, дрожавший, словно желе, с тех пор, как услышал весть о Берни, так и дрожал; Джерри издал те странные звуки, какие издает игрушка «умирающий петух»; Чиппендейл прибег к божбе. Словом, мы не преувеличим, если скажем, что царила растерянность.
Первым заговорил сэр Криспин.
– Она сошла с ума! Нет, вы подумайте, Гейнсборо! Зачем? Почему?
– Все из-за веры, дорогуша, – объяснил Чиппендейл. – Религия. Бывает у женщин. Вот одна моя тетя продала отцовскую челюсть, а деньги отдала миссионерам. Ну, прижали ее, а она и скажи: собираю сокровище на небесах. Много не соберешь, челюсть фальшивая! Вообще, эта тетя… Ничего фруктик. Помню, как-то мы… Пардон?
– Да ну ее к черту! – перебил его Джерри, и, устыдившись такому совпадению, Чиппендейл сообщил, что эти самые слова произнес несчастный отец.
Джерри, еще не обретший былой приветливости, осведомился, что благочестивого в поступке миссис Клейберн. Какой-то базар…
– А вы послушайте, – отвечал Чиппендейл. – Значит, моя тетя… Ладно, ладно, сам спешу, сколько можно тут с вами разговаривать! Дела, дорогуша!
Когда он ушел, дядя с племянником тихо сидели не меньше часа, снедаемые именно тем, что покойный лорд Теннисон назвал: «Мысль, слишком горькая для слез». У Джерри она была горше, ибо к печали прибавлялось подозрение, что он может решить не всякую проблему.
Выхода он не видел. Связать викария и пытать, пока не отдаст миниатюру, – все-таки накладно. Констебль поймает его, станет сержантом… нет, пусть делает карьеру иначе или займется ногами.
Библиотека опять мешала думать, и он решил пройтись, о чем и сообщил дяде. Но не дошел до двери, как столкнулся с Чиппендейлом, вернувшимся к ним, словно почтовый голубь.
И Джерри, и сэр Криспин встретили его холодно. Иногда дядя и племянник, погруженные в скорбь, рады новому человеку, даже если он похож на захудалую курицу; иногда – но не на этот раз.
Особенно огорчило их, что выглядит он так, словно купил весь мир и заплатил наличными. Грустный Чиппендейл – пожалуйста; плачущий – еще лучше; но осклабившийся, как чеширский кот, – это черт знает что такое! Они собирались высказать свои чувства, когда дворецкий заговорил:
– Новость – первый сорт!– сказал он, и они застыли, судя по вытаращенным глазам и разинутым ртам,– от изумления, но не издали ни звука. Если бы не одежда, каждый бы принял их за траппистов [29], услышавших по радио шлягер.
– Значит, так, – продолжал Чиппендейл, милосердно сокращая их муки. – Был у викария, забрал эту штуковину.
Он подождал отклика, но аудитория соображала туго.
– Забрали? – спросил Джерри.
– Это невозможно! – вскричал сэр Криспин.
– Возможно, дорогуша, все возможно, если мозги варят.
– Вы хотите сказать, что миниатюра у вас?
– Ну! – отвечал Чиппендейл.
Только теперь оба закричали, благоговейно глядя на него. Никто бы не подумал, что еще недавно они считали его одной из низших форм жизни.
– Как же это вы? – спросил Джерри.
– Напел того-сего.
– Чего именно?
– Угадайте с трех раз.
– Нет-нет, скажите!
– Ладно, – уступил дворецкий. – Значит, я сказал, что такая самая девица умерла от… как ее… вроде лейки.
– От лейкемии?
– Вот-вот. Я ее любил, а она – бац! – и умри. Вы, говорю, продайте мне эту штуку, пока базар не открыли, сами понимаете. Да, говорит, понимаю, берите так. Я и взял. Проще пареной репы.
– Поразительно! – заметил сэр Криспин. – Какая тонкость, какой ум…
– Вот и суди… – начал Джерри, но остановился. Чиппендейла эта фраза заинтересовала.
– Я хотел сказать, – объяснил Джерри, – что нельзя судить по началу. – (На самом деле он хотел сказать, что нельзя судить по наружности.) – Где же она?
– Да уж припрятал. Передам сэру Криспину, так верней. Сэр Криспин с этим согласился.
– Только выясним сперва одну штучку, – продолжал дворецкий. – Помните, дорогуша, мы говорили про ноги?
Дорогуша, которым на сей раз был Джерри, это помнил. Мало того, он пытался понять, как связаны с их делом недомогания ног. Скорее, они касаются хирурга или мозольного оператора. Собственно говоря, что у него с ногами?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
