Матабар X (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой"

Он привычно, почти не задумываясь, прислушался к чужому сердцу.

Сердце Гранд Магистра билось ровно. Ни злости, ни торжества, ни притворства — ничего, за что можно было бы зацепиться.

— Господин Эгобар, — ровно, с прохладной, безукоризненно отмеренной вежливостью произнес Мошайн, чуть склонив лохматую голову.

— Господин Гранд Магистр Мошайн, — так же ровно отозвался Ард.

И все. Гранд Магистр обогнул его примерно так же, как обычно обходят фонарный столб, и, постукивая посохом, направился к выходу, так ни разу не обернувшись.

Ард, все же, с облегчением выдохнул только тогда, когда за спиной старика закрылась дверь.

То ли Мошайн и правда так ничего не узнал. То ли узнал, но предпочитал делать вид, что ничего не произошло. Что, в целом, одно и то же.

— Господин Эгобар! — совсем другим, действительно искренне обрадованным тоном протянул Асирс, стоило Арду наконец подойти к прилавку. — Вы даже не представляете, как я рад вас видеть. Вам как обычно?

— Как обычно, — кивнул Ард. — Плюс топливо с примесью концентрации пятьдесят шесть. Сорок литров. Еще желтые накопители. Двенадцать лучей, высокой проводимости для повышенной нагрузки, полтора килограмма. И мне потребуется втрое большее число Эрталайн метал-изделий по тем же схемам, которые я заказывал в прошлый раз.

Продавец на автомате, не успев толком переключиться, завел знакомую пластинку:

— Разумеется. Суммарно, с учетом вашей скидки, шестьсот семьдесят два экса и восемьдесят восемь ксо. Мы можем оформить заявку на пятый день следующего меся…

— Господин Асирс, — мягко перебил его Ард. — Я слышал ваш разговор.

Продавец осекся, а потом улыбнулся. Облегченно и, может, слегка виновато.

— Вечные Ангелы, господин Эгобар, иногда у меня возникает желание попросту уволиться. И пойти работать… не знаю… рыбаком. Не на судно, а прям сюда, на Кривоводный. Там, вроде, тишина ценится. Буду торговать с прилавка у дороги.

— Скажите, господин Асирс, — Ард облокотился на прилавок, пока работник рынка оформлял заявку. — А почему вы так близко к сердцу это принимаете? Покупатель-то один. Можно ведь и мимо ушей пропустить.

Асирс на мгновение задержал руки над свертком.

— Это со стороны он один, господин Эгобар, — без обиды, скорее устало ответил продавец. — А у меня таких за сутки набирается с десяток. И каждый свято уверен, что уж он-то единственный такой и его вопрос самый важный, а я стою тут исключительно для того, чтобы лично ему отвечать. По отдельности — действительно пустяк. А вместе… вместе оно все как-то копится. Оседает где-то на нервах ровным таким слоем. И, знаете, иногда я держусь, а иногда не очень. Все мы люди.

— В какой-то степени, — уклончиво согласился Ард.

— А, ну да… простите если задел, господин Эгобар. Я образно, — Асирс подписался на заказе, поставил штамп и жестом указал Арду на лоток для чеков. — Вы не думайте, я свою работу люблю. Правда люблю. Товар хороший, люди в основном приличные, ну и быть причастным к магии, пусть и так опосредованно, отдельный бонус. Просто иной раз какой-нибудь господин Мошайн зайдет, за ним еще один, еще и еще… и после него уже сам думаешь, где достать комплектующие. Для нервов. И в какой-то момент понимаешь, что отвечаешь почти на каждый вопрос через силу. И вот это, знаете, обиднее всего. Потому что люди не виноваты, что не думают о том, что кроме них были еще десятки тех, кто спрашивали и говорили то же самое… причем за один день. У них своих проблем достаточно, чтобы думать об этом. Просто… Мне, пожалуй, надо в отпуск, господин Эгобар. Вот прям как вы съездили.

Ардан едва не поперхнулся.

— На Лазурный берег… здорово было бы… Кстати! — спохватился Асирс, заворачивая накопители в бумагу. — Вы уж простите меня за прошлый раз. Когда вы за смолой приходили. Меня как назло отправили проводить ревизию склада, а без меня вам тут, боюсь, толком и не помогли. Пришлось, наверное, по всему городу рыскать?

— Пришлось, — не стал скрывать Ард и, сам того не заметив, улыбнулся, вспомнив сгорбленную эльфийку и ее богатейший, пусть и крайне образный словарный запас. — Но, представьте, все обошлось. Даже к лучшему.

Он машинально перехватил поудобнее зачехленный посох за спиной. Там, внутри, скрывалась все та же прямая, не особенно ловко выструганная ветвь северного Чар-древа. Без узоров, без резьбы, без единого украшательства — только «корона» из естественных сучков на навершии, куда Ард пристраивал бытовые накопители. Вот только теперь по всей длине древка, там, где еще недавно уродливо зияла трещина, тянулась ровная медовая жила застывшей смолы, залитой сверху лаком. Хладная сосна пришлась вдоль волокна как влитая.

— А что господин Крайт? — как бы между делом спросил Ард, убирая сверток. — Надолго уехал?

— Пока не знаем, — Асирс зачем-то понизил голос, хотя в этом не было ровным счетом никакой нужды. — Инспектирует какой-то крупный государственный проект. По инженерной части. Руководство говорит, что раньше зимы, вроде как, не вернется. У нас из-за этого некоторые проблемы с приемкой заявок на продажу и патенты, так что если вы собираетесь что-то принести, то лучше подождать до холодов.

Ард понимающе кивнул. Почему-то ему казалось, что он точно знает, какой именно объект инспектирует один из лучших инженеров страны. И что, возможно, только такому специалисту как Лукас Крайт разрешат не только посетить данный, как выразилась Гранд Магистр Эмергольд, городок, но и покинуть его прежде, чем проект будет завершен.

— Спасибо, господин Асирс. Отправьте доставку, пожалуйста, как и всегда на пятый склад с уведомлением для меня о поступлении.

— Как скажете, господин Эгобар. Заходите еще.

Арди кивнул и, уже на улице, вытащил список дел и вопросов, которые должен был успеть закончить и решить до начала учебного года.

Парковка перед Ареной неожиданно пестрила сплошным морем автомобилей.

Ард даже присвистнул. Еще год назад тут кроме асфальта и пары авто никого больше и не было. А теперь блестящие капоты тянулись ряд за рядом, так что он даже для «Буревестника» место смог отыскать разве что впритык к самой стене. И, судя по всему, те же перемены добрались и до кабинетов.

У дверей, ведущих в служебное крыло, змеилась немалых размеров очередь. Причем категорически пестрая. Ард заметил в ней музыкантов с футлярами, каких-то распорядителей трупп, седоусого господина с осанкой циркового антрепренера и еще добрый десяток лиц, которых язык не поворачивался назвать иначе как «дельцы».

— … после Конгресса контракты за границу теперь и не подпишешь, — вполголоса жаловался кто-то. — Все сорвались. Все до единого.

— А страховки? Вы слышали, во что сейчас обходятся страховки на гастроли? — подхватывала женщина в лиловом. — Это же наглый грабеж!

— Так ведь война, голубушка, — многозначительно отозвался антрепренер. — Вернее, пока еще не война, но… сами понимаете.

— Да плевать мне на эту войну. Мне бы состав удержать, — вздыхала потная дама с нотной папкой. — Половина оркестра разбежалась. Молодые вообще в армию подались. Из-за жалования. Кто постарше, повально едут на запад. Там скоро у Лазурного побережья вторая Метрополия вырастет. Вот и с кем прикажете осенний сезон играть? Проклятье, должны же быть какие-то границы благоразумия у всего этого балагана!

— Кстати про границу! — встрял кто-то третий. — Видели уже что пишут в газетах?

— Про подражателей Темного Лорда?

— Ага.

— Да сказки все это, — прозвучало с другой стороны. — Как будто вы сами не знаете, как реклама устроена. Просто Черный Дом Фатийцев пугает и все дела.

— Ну, может быть, Плащи пугают Фатийцев, только, почему-то, страшно аж до усрачки, пока что только мне.

— Тут женщины! Выбирайте выражения!

К счастью, стоять в очереди Арду не пришлось — у него имелся прямой пропуск. Он миновал шушукающуюся вереницу, попутно поймав пару завистливых взглядов, и толкнул знакомую дверь в приемную.