– И я, Ярослав Краснов…
– Свидетельствуем о нашем намерении единения и смиренно ждем вашего решения.
На какое-то время в огромном зале замка воцарилась полная тишина, и лишь где-то там, вдалеке, почти на грани предчувствия, слышался неумолимый метроном вселенского потока.
– Что ж, – Повелитель Времени поднялся с трона. – Ирена, Ярослав, я принимаю вашу клятву и даю вам свое благословение. Поднимите головы и больше никогда их не опускайте, смело смотрите вперед и идите вместе по дороге жизни. И пусть Поток будет к вам благосклонен, а его течение неспешно. Встаньте же, Ирена и Ярослав, возьмитесь за руки, ибо отныне никто и ничто не сможет разлучить вас, ибо отныне вы едины, ибо отныне вы муж и жена.
Громовой голос Повелителя смолк, но лишь для того, чтобы уступить место гулу других, в которых слышалась одновременно радость, растерянность и некоторое непонимание. Я оглянулся и мысленно присвистнул, ибо зал позади нас был полон в буквальном смысле слова; тут были все, от преподавателей академии и моих учеников до Кощея со своей новообретенной любовью и Яги, скромно стоящей рядом с Дорофеичем и уже что-то вовсю жующим Батоном. Мало того, сам зал стал больше и светлее, тьма ушла из углов, а стены украсили уносящиеся к потолку стрельчатые окна, меж которых нашлось место прекрасным античным статуям. Кстати, одна из них изображала довольно мускулистого кота в обнимку с соблазнительной во всех смыслах кошечкой. Я посмотрел на нее, затем на Батона, затем снова на статую, на Батона… Тот удивленно дернул правым усом, проследил мой взгляд и, усмехнувшись, притянул к себе прямо «из ниоткуда» протестующе мявкнувшую Кису. Ладно, будем считать, что похож.
– Ну что, мы молодых будем поздравлять, или так и продолжим пялиться!
Зычный и уже чуток хмельной голос Дорофеича заставил присутствующих встрепенуться, а толпу дернуться в нашу сторону, но не менее громкий голос Яги быстро охладил сей пыл?
– А ну цыц, говорун бородатый, поздравлять он собрался. У нас невеста почти в исподнем, да и жених на ощипанного гуся похож, – она повернулась к моим ученикам, которые только что не подпрыгивали на месте от нетерпения, и указала клюкой на Эрнесту и рвущуюся с пылающим взором к сестре Рейнеру: – Вы со мной, поможете одеть невестушку, а ты… – она подошла ко мне. – Думаю, у вас тут еще есть о чем поговорить. Позаботишься о женихе?
Ректор в ответ лишь развел руками, как бы говоря: «а что еще остается делать».
– Так, – кончик клюки указал в сторону распахнутых дверей. – Всем остальным ждать за дверьми зала, позовем.
Народ нехотя, но послушно потянулся на выход, и вскоре в зале остались только я, ректор с имеющим унылый вид Гейларом да Эльфира со стоящей чуть сбоку шеренгой Хранителей. Последним, кстати, зал покинул Крис, угрюмо оглянувшись на все это время молчавшую с каменным лицом сестру, и аккуратно закрыв за собой двери. Куда делись остальные наши противники, включая подручных мага, я как-то не заметил, хотя, учитывая окружающее, мы уже явно не в замке Властелина.
– К-хе, – привлек мое внимание Христофорыч. – Я думаю, вам стоит поговорить напоследок.
– Напоследок… неужели? – я нервно сглотнул.
Манглов покачал головой.
– Без всякой жестокости, друг мой, она и так себя уже достаточно наказала. Спелась с этим дурнем. Тоже мне нашелся хомяк-мститель.
– Что-то я его мести особо не понял.
– А это потому, что он мстит не вам, а мне… не тяните резину, Ярослав Сергеевич, вперед.
Я вздохнул и, развернувшись, подошел к потупившей глаза Эльфире. И о чем нам говорить… Вообще дурацкая ситуация, еще несколько дней назад я мечтал о встрече, о том, что, возможно, все разрешится и будет по-прежнему, а теперь мое сердце и будущее связано с другой. Долгие несколько минут мы молчали, точнее молчал я, а драконица постоянно издавала глухое рычание, явно сдерживая себя от каких-либо лишних действий.
– Эль, – наконец решился я. – Хочу сказать, что я правда любил тебя и мне с тобой было хорошо… ну до какой-то поры, а потом все закрутилось… а-а-а, блин, не то… Эль, давай начистоту, ты меня вообще любила? Вот без этого твоего «ты мой», любила, а?
Клокотание в груди Эльфиры смолкло, она подняла голову, ее рука дернулась к моему лицу, но замерла на полпути, а в золотистых глазах мелькнула растерянность.
– Прости. Ты должен был быть моим, но я проиграла. Ты не мой и друзьями нам не быть…
Она резко отвернулась, взмахнула рукой, и перед ней заклубилась серая дымка портала.
– Эль, врагами я тоже быть не хочу.
– Я не дура идти против тех, кого благословил Повелитель Времени, так что не беспокойся. Живи со свой сучкой в мире и не оглядывайся. Прощай, тот, кто не стал моим.
– Прощай, та, которую я когда-то любил.
Драконица обернулась, а в ее глазах блеснули серебряные капли, хотя скорей всего мне просто показалось. Дымка рассеялась, а я повернулся к подошедшему ректору.
– И что дальше?
– Как что? Жить, весело, долго, счастливо, жену любить, она у вас вона какая – прямо огонь. Или вас что-то до сих пор тревожит, Ярослав Сергеевич?
Я кивнул в сторону Хранителей.
– Эти не исчезли, а значит, будущее мы не изменили.
Архимаг тяжело вздохнул и покачал головой.
– А почему они должны исчезнуть, Ярослав Сергеевич. Река ведь все та же…
– Но есть нюансы…
– Вижу, понимаете, – расплылся в улыбке ректор, погрозив мне пальцем и, повернувшись к Хранителям, скомандовал: – Ну, кто-нибудь, снимите маску.
Один из златоклювых шагнул вперед и поднес руку к лицу: русые волосы, немного чешуи на щеках и курносом носу – вполне себе человек с генами динозебра, даже симпатичный. Девушка словно прочитала мои мысли, потому как улыбнулась всей своей сотней белоснежных клычков, коротко поклонилась, и вернула маску на место.
– Но…
– Да тут все просто. Эльфира ведь не просто так наделила вас драконьим геномом, благодаря этому она поглотила часть вашего. Так что это теперь не совсем ваши потомки, но какая-то часть вас в их генах присутствует.
– Эффект бабочки…
– Даже и близко нет, – махнул рукой ректор. – Если по-простому, то ваш пресловутый эффект – это снос дома и постройка нового, а тут чайник старый на новый поменяли, хотя даже не поменяли, а починили. Так что он все тот же, но с новой крышечкой и прикольной пипочкой сверху.
Так, стоп, я всего лишь простой учитель труда (я цыкнул на взъерошенного мыслечеловечка, который уже вовсю примерял белый халат на моего внутреннего хомячка, одновременно лохматя его прическу), да к тому же полудинозебр, и посему надо быть проще, ближе как-то к людям, без понимания квантовой физики и всех этих темпоральных закидонов. А значит, по-простому: мы победили, ура, хлоп салютик, ту-ду в дудочку и обязательно дискотека, иначе врач, клизма, психушка или еще что похуже – ординатура, профессура, НИИ, или как у них там. Огонек упал сверху, превратившись в Рейнеру, одетую в свое огненное платье, на этот раз с роскошным шлейфом.
– Нер, бабушка просила передать, что через десять минут мы будем готовы, и просила подготовить зал… – она замолчала, окинув меня саркастическим взглядом. – А вы переодеваться разве не будете?
Мы с Хистофорычем быстро переглянулись и едва ли нехором экнули, под короткий смешок Гейлара, который правда тут же заткнулся под нашими уничтожающими взглядами. Блин, не, ну реально, стоим тут, философствуем, о высших материях думаем, а одет я совсем не по событию, не, ну точнее был по событию, но только по тому, а не по этому, к этому же я совсем не того и не этого, хотя оно уже и прошло, но все равно тут намечается, а я хоть Индиану Джонса косплей после того, как он из Затерянного Храма вылез…
– Есть какие идеи? – нервно поинтересовался я у ректора. – Может, колданете какую одежку?
– Про свой иммунитет забыл, он любую магию развалит, – также нервно ответил он.
– Блин, ну может, что в Потоке намутите, чтобы тут магазин одежды открыли…
– Издеваешься?
