Системный Боец (СИ) - Харченко Сергей

Мы тронулись в путь.

Все молчали, всё ещё находясь под впечатлением от нападения тварей. А я испытывал облегчение. Одной загадкой стало меньше. Теперь я своими глазами увидел то, о чём боялись говорить в Ревендале.

Да что там увидел! Я прибил одну из них. У второй оторвал фрагмент челюсти. Третьей врезал так, что проломил черепушку.

Эта способность оказалась ещё круче, чем я предполагал ранее.

Да ещё и заработал время жизни. Теперь у меня есть более пяти суток. И можно было на время выдохнуть.

Система дала больше, чем за победу над Бьорном. Почти в два раза. Тридцать часов жизни за каждого побеждённого медведя. То есть я бы мог их спокойно добить, если бы не охотники.

Получается, что победа над тварями более выгодна в плане заработка очков жизни? Выходит именно так.

Сумерки сгущались и становилось плохо видно. Но мы вышли на знакомую тропу, а затем дошли до того места, где разводили костёр.

Торвальду стало хуже. Да и косого Гримура трясло. Но он видно перенервничал, и возможно стало плохо с сердцем. Поэтому мы и решили сделать привал.

Развели костёр. Торвальд залечивал свои раны, а ему помогал Скаур. Наносил знакомую мазь на исполосованную спину охотника.

Я же устроился на трухлявом пне, неподалёку от костра. Стало ещё холодней, и я закутался в плащ. Отбитый об камни бок ныл. Я пошевелил им. Рёбра целы. Да и при ходьбе я бы чувствовал себя по-другому. Боль была бы не ноющей, а постреливающей при каждом движении.

Я уже ломал рёбра на арене, прекрасно запомнил эти ощущения.

— Дай я тебя осмотрю, — подошёл ко мне Скаур с пузырьком мази в руке. — Раны следует обработать, иначе будет заражение.

Я размотал бицепс, затем показал ладонь. Кровь продолжала сочиться из ран.

— Не знаю, как ты это сделал, Ворон, — тихо произнёс Скаур, нанося на раны прохладную мазь. — Но ты спас меня. Теперь я тебе обязан жизнью.

— Долг, — напомнил я ему, и бородач тихо рассмеялся.

— Всего лишь четыре монеты? — выдавил он. — Нет, я тебе должен гораздо больше. Теперь я тебе обязан жизнью. Разумеется, я верну долг твоему Менелею. Сразу, как прибудем в город.

Я лишь кивнул и присоединился к охотникам, собравшимся у потрескивающего костра.

— Откуда эти твари? — спросил я у Магнуса.

Он взглянул на меня, затем криво улыбнулся.

— Никто не знает, как пришла в наш мир магия. Это произошло примерно пятьсот лет тому назад, — тихо произнёс глава отряда.

— Вот тогда и появились эти твари, — поддержал беседу рыжий охотник.

— Они не появлялись, Скир, — мрачно заметил Хейм. — Обычные звери обратились в монстров. Их немного, и они в основном в лесах. И говорить о них не принято — беду накличешь Локкара.

— Опять он за своё, — нервно хохотнул Йорген, и Хейм злобно взглянул на него. — И не смотри на меня так. Думаешь, твои дары он увидит?

Йорген махнул в сторону хлеба и куска солонины, оставленной на камне.

— Локкар примет дары, — кивнул Хейм. — Хочешь ты этого или нет.

— Да плевать ему, что я хочу. И что ты хочешь тоже плевать, — оскалился Йорген. — Пятьсот лет твари нападают на людей. И где он? Почему он не останавливает эту бойню? Уже пять сотен лет, мать твою…

— Не богохульствуй, — прошипел Хейм.

— Йорген, у каждого своя правда, и вера, — вмешался Скаур. — Кто-то поклоняется Локкару, а такие, как ты пойлу и шлюхам.

— И меня это устраивает, — ухмыльнулся Йорген.

— Тише! — рявкнул Магнус.

Вдалеке взревели несколько глоток. Неестественно и довольно долго.

— Изменённые скорбят по своим собратьям, — подметил старик Орри.

— Тогда и мы помянем добрым словом Тибура, — Магнус достал из баула бурдюк, глотнул и сморщился, занюхивая рукавом. Затем передал Скауру. — Он был твоим другом, Скаур. Выпей за то, чтобы его душа не заплутала в Междумирье.

— Вечного покоя его душе, — глотнул Скаур и передал бурдюк Торвальду.

Он выглядел бледным и кое-как сидел на бревне.

— О покойнике либо хорошо, либо ничего, — добавил Торвальд. — Так что промолчим. Покоя душе Тибура.

— Покоя душе Тибура, — произнёс я и глотнул. Крепкая медовуха обожгла рот, я шумно выдохнул. А затем тепло разлилось по организму. Такой же крепкий как самогон, но пьётся гораздо мягче.

Я достал вяленое мясо, отщипнул зубами кусок и принялся жевать, словно жвачку. Волокна постепенно становились мягкими, проявлялся вкус мяса. В целом довольно съедобно. Правда, соли слегка переборщили.

— А кто построил приграничные камни? И почему твари не смогли через них перебраться? — спросил я у Магнуса.

— А этого никто не знает, — пожал он плечами. — Они появились давно. И в летописях не значатся.

— Мой дед говорил, что их построили титаны, — прожёвывая вяленое мясо сказал косой Гримур.

Я вдруг напрягся, услышав знакомое слово. Титаны. Моя способность называется «Мощь титана». Есть ли в этом какая-то взаимосвязь? Понятно, что это выдумка тех, кто придумал Систему. Но вкладывали они смысл в это слово или просто придумали то, что в голову пришло в моменте? Ещё бы на это получить ответ. Но понятно, что это будет нескоро.

— Ну да, титаны. Ещё один сказочник, — засмеялся Йорген. — Один в Локкара верит, второй в титанов.

— Я не сказал, что верю в титанов, — процедил Гримур, бросив хмурый взгляд в сторону лысого охотника. — Я сказал, что мне говорил мой дед.

— Йорген, — пристально взглянул на него Магнус. — Ты опять начинаешь?

— Да я просто, разговор поддержать, — скривился лысый, а затем махнул рукой. — Ладно, ну вас всех к йормунгарам.

Он поднялся, похлопал по плечу сгорбившегося на бревне Торвальда:

— Как ты, друг?

И тот сразу же упал на бок. Тут же к нему подскочил Магнус, Скаур, и я тоже не остался в стороне. Мы подняли охотника.

— Всё нырмально, — еле-еле улыбнулся он.

— Выдвигаемся, хватит сидеть, — приказал Магнус. — Торвальду нужна срочная помощь Аскеля. Видно больше яда попало в кровь, живица не смогла справиться с ним.

— Яда? — удивлённо спросил я.

— Так то мы не с зайчиками сражались, — скривился Йорген. — Глянь на свои раны. Может и у тебя там тоже что происходит?

— Может заткнёшься, Йорген? — процедил в его сторону Скаур и повернулся ко мне. — Ворон, даже не смей открывать повязки. Не тошнит, чёрных кругов перед глазами не мелькает?

— Нет такого, — сообщил я, вставая и хватая свой рюкзак.

— Тогда всё нормально. Жить будешь, — одобрительно кивнул Скаур. Впервые я увидел, как бородач улыбнулся.

Мы собрались быстро, и отправились к Ревендалю. Не прошло и часа, как вышли на окраины города и оказались у входа в Ревендаль.

Стемнело окончательно. Лишь пара масляных небольших фонарей в руках Магнуса и Гримура освещали массивные ворота.

Вот наконец-то створки дрогнули, распахнулись. И я увидел перед собой с десяток стражников, а впереди тот, с кем я не особо желал встречи.

— Ну что, допрыгался, Ворон? — процедил Данмар, прожигая меня взглядом. — Я ведь тебя предупреждал. Поэтому не обижайся.

Глава 12

— Данмар, Ворон нам помог, — встал на мою защиту глава отряда. — Оставь парня в покое.

— Не лезь, Магнус, — процедил распорядитель боёв. — Он знает, почему я так поступаю.

— Но я вернулся, Данмар. И больше не собираюсь покидать город до поединка, — встретился с горящим от злобы взглядом распорядителя.

— Ты не сдержал своего слова, — прошипел он. — И нарушил правила. Поэтому и будешь сидеть под замком.

— Данмар, подожди, какие правила он нарушил? — усмехнулся Магнус. — То, что он ушёл из города? Так его друг был в опасности.

На этих словах я поймал на себе ироничный взгляд Скаура. Мясник понял, почему меня взяли в отряд.

— Я бы тоже вышел из Ревендаля, — продолжал Магнус. — И что за правила такие? С чего ты их вдруг устанавливаешь? Он не твой раб. Парень свободен, как и все мы.

— Но правила эти есть. И ты меня не переубедишь. Занимайся своими делами, охотник, и не лезь в мои, — скривился Данмар и махнул стражникам.