Системный Боец (СИ) - Харченко Сергей

Что мне снилось, я прекрасно помнил. Редко когда запоминал сны, а те, что откладывались в голове, были сущим бредом. Но сейчас я помнил каждую деталь.

Я очутился в обычной комнате. Будто это был мой мир, из которого я перенёсся в средневековый. В комнате находились трое в деловых костюмах, но лица их расплывались, я не мог понять, кто это. И пялились эти трое на множество мониторов, которые раскинулись на полстены.

На экранах я увидел людей. Кто-то спал, кто-то шёл по улочке, похожей на торговую, в Ревендале. Кого-то избивала в переулке толпа мужиков. А кто-то кувыркался в постели с грудастой девушкой.

На одном из экранов я заметил знакомое лицо. Парень находился в камере. Именно там, где и я сейчас. Он спал на двух досках. А потом я понял, где я видел его. В отражении зеркала, там, в таверне. Это же Ворон!

Пришёл я в себя довольно быстро, отвлекаясь от мыслей о недавнем сне. Дверь камеры скрипнула на петлях, и на землю упала глиняная миска с едой, разливая часть на каменный пол.

— Жрать подано! — рявкнул толстый мужик в фартуке. Затем вернулся к большой тележке и повёз её дальше.

Я приблизился к чашке, из которой выглядывала деревянная ложка. Каша, причём с какими-то тёмными комками и шерстью.

Да пошли они! Не буду это есть!

Я уже второй день сижу за решёткой, но вчера хоть была похлёбка. Почти такая же, что я попробовал в «Трёх топорах» за медяки. А на ужин перловка, хоть и без масла.

Ну а сейчас — просто издевательство.

— Это несъедобно, — услышал я от Эрика, который также отказался есть эту хрень. — Будто с землёй смешали и с собачьей шерстью.

— Поддерживаю, — улыбнулся я.

С Эриком мы продолжали всё это время свои беседы. Так я узнал, что пока млечники не научились прятаться, их сжигали деревнями. Вместе с остальными жителями, неодарёнными. Это рассказывали его родители. А потом всё успокоилось.

Если раньше были даже охотники на млечников, чем-то напоминающие нашу инквизицию, то сейчас просто сажали в тюрьму, ограждали от общества. Но я не думаю, что Эрик будет просто так сидеть за решёткой. Данмар неспроста закрыл его.

Будто в ответ на мои мысли, камеру Эрика открыли.

— Пожрал? На выход, — мрачно пробурчал ему бородатый стражник.

— Меня выпустят? — в надежде взглянул на него парень, выходя в коридор.

— Ага, ещё и золотом наградят, — хохотнул бугай и толкнул в спину Эрика. — Пошёл!

Я проводил взглядом растерянного парня, а через полчаса его притащили избитого и закинули в камеру. Несколько минут Эрик не подавал признаков жизни. А затем поднялся на четвереньки, вытер кровь с разбитого лица.

Прилично его отходили. Синяк на синяке. У меня машинально сжались кулаки. Как же я хотел сейчас опробовать их на физиономии одного седобородого засранца.

— Хотят, чтобы я раскрыл место, где секта, — Эрик попытался улыбнуться разбитыми губами и скривился от боли. — А я не знаю. Мы ведь постоянно переезжаем. Но… они не поверили мне.

— Я тебя вытащу отсюда, — сообщил я ему.

— Чудной ты, — хмыкнул Эрик. — Сам сначала выберись…

— Выберусь, уже сегодня вечером, после поединка, — пообещал я.

Пока не знаю, как я вытащу этого парня, но внутреннее чутьё меня никогда не подводило. Кажется, что мы с этим парнем встретились неспроста. Да и нормальный он, более цивилизованный, чем тот же Данмар или Скаур. Мне с ним легко общаться.

Мы можем быть друг другу полезны. Почему-то эта мысль засела у меня в голове, и никак не отпускала.

— Ты меня не вытащишь, Ворон. У тебя не получится, — вздохнул Эрик. — Если только отец не выкупит меня. Или глава нашего поселения не поговорит с хозяином тюрьмы.

— А они такое могут сделать? Они ведь рискуют, — заметил я.

— Такое уже было. Соседку так вытаскивали, — пробормотал парень и затих, чмыхая разбитым носом.

Всё оставшееся время я провёл в тишине. Эрик уснул. Лишь изредка что-то бормотал во сне. А потом мне нанесла визит знакомая крыса. Высунула мордочку, затем принюхалась. И, осмелев, просеменила до засохшей горки каши, которую я выложил у стены. Той самой, с шерстью, которую я не стал есть.

Крыса с удовольствием поела, а затем, насытившись, вернулась в норку.

Вечером принесли баланду, похуже той похлёбки накануне. Но мне нужны были силы. Ведь уже скоро поединок, и я должен быть в хорошей форме. Поэтому кое-как, но выхлебал эту безвкусную ерунду, которая имела лишь отдалённый привкус мясного бульона.

Рана под повязкой начала стрелять болью. Будто иголки в неё втыкали. Возможно, так действует живица, я не знал. Но разматывать тряпицу я не решался. Всё же антисанитарные условия были ещё те. Мало ли какую инфекцию занесу.

/ВНИМАНИЕ!

Общая продолжительность жизни: 100 часов 11 минут/

Что ж, запас солидный. Ну, хоть не буду думать о чёртовом таймере. Это позволит мне лучше сконцентрироваться на бое.

— Ворон, на выход! — прорычал стражник и ударил рукоятью топора по клетке.

Я повёл плечами, вышел, разминаясь по пути.

— Удачи, Ворон! — услышал я голос Эрика за спиной.

— И тебе! Держись и помни мои слова! — бросил я ему, обернувшись. И вновь начал разминаться по пути к выходу с этажа.

— Что ты дёргаешься, как мартышка? — пробурчал стражник. — Иди вперёд. И без фокусов.

Я вышел на лестницу, поднялся, и меня встретили ещё двое стражников.

— Всё, свободен. Теперь мы сами, — обратился к нему один из верных псов Данмара.

Меня повели по улице, по знакомому маршруту. А затем я увидел яму и кучу народа. Толпа бушевала, требовала крови и зрелищ.

Впереди на помосте, прямо по центру, находился массивный стул с высокой резной спинкой. На нём важно восседал седой морщинистый дед, а его окружила толпа вооружённых мечами воинов. Конунг Хрольф, не иначе.

Рядом с дедком сидел Данмар. И стул он выбрал себе поскромнее, подчёркивая свой статус. Распорядитель улыбнулся мне, встречаясь со мной взглядом, причём зловеще, будто предвкушая, как меня скоро будут ломать.

Меня спустили в яму, где уже ждал противник. Светловолосый крепыш с короткой стрижкой был в свободной одежде, ситцевые штаны и такого же материала рубашка. На ногах что-то вроде сандалий.

Он увидел меня, оглядел оценивающим взглядом и ухмыльнулся. Ну да, по комплекции я уступал ему. И мышц у него было больше.

Мою руку так прострелило болью, что я поневоле сморщился.

— Что, уже переживаешь? — улыбнулся мне воин, разминая шею. — Не нужно, я постараюсь быстро закончить бой.

— Сразу упадёшь, или помочь? — подзадорил я его.

— Юморист, значит, — улыбнулся воин. — Посмотрим, как будешь после боя шутить.

— Лучше прежнего, — парировал я. — Обычное дело после победы.

На подъёмной площадке показался бородатый мужик в кольчуге, похожий своей комплекцией на бочку.

— Ворон, боец Данмара, против Олафа, бойца конунга Хрольфа! — заревел он раненым зверем.

В это время я увидел в руке одного из бойцов конунга небольшой рог. Боец затрубил в него, и толпа сразу же затихла. Всё внимание было сосредоточено на нас.

Повёл я рукой, и вновь стрельнуло болью так, что я заскрипел зубами. Я отогнул край повязки.

Место укуса было воспалено, а от него отходила паутина тёмных нитей. Это заражение? Неужели мазь не помогла?

/ВНИМАНИЕ!

Яд изменённого зверя попал в кровь.

Система интоксикации активирована.

…

Прогресс — 30%

…

Прогресс — 65%

…

Прогресс — 100%.

Яд нейтрализован. Рана обеззаражена/.

Я моментально почувствовал облегчение. Размотал повязку, но раны не увидел. На её месте лишь несколько белых точек, шрамы от укуса. Вот это да! Рука вновь стала подвижной.

Но в то же время возникла лёгкая непонятная слабость. Она запульсировала на фоне, намекая, что всё не просто так.

/ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!

На восстановление потрачено — 100 часов жизни.

Общая продолжительность жизни — 3 минуты 23 секунды!