Ученик гоблина. Книга IV (СИ) - Лис Марко

— Как думаете… Менос мог и за меня заплатить?

Старик замер. Он медленно отложил в сторону мешочки с целебными травами и пристально посмотрел на ученика.

— Трудно сказать наверняка, но, думаю, если бы ты не начал в привычной манере ныть и спихивать на него вину за свою промашку, то вполне возможно.

— Спасибо, — поблагодарил Арах и скривился.

Выходит ему не показалось и во взгляде Меноса действительно промелькнуло разочарование.

Значит, его отношение к гоблину изменилось не столько вынуждено, потому что вместе было проще вырваться из проклятых гномьих подземелий, а большей частью потому что человек решил наконец забыть былые обиды.

Арах задумался. Снова. Ну почему Менос не наорал на него, не обозвал, а глянул так… Гоблин поёжился, осознав, что вдруг оказался будто пустым местом в глазах парня. Это было куда неприятнее и даже в некоторой степени больнее чем наказание учителя.

Но почему всё так обернулось?

Арах впервые столкнулся с чем-то подобным, ведь никогда прежде и помыслить не мог, что однажды окажется на распутье, где придётся выбирать между привычной, безопасной враждой и зыбким, непонятным миром.

Собственно он тут же поделился своими мыслями с учителем. Кого ещё ему было спрашивать? Сам он окончательно запутался и не понимал, какое решение теперь верное.

Старик выслушал ученика на удивление терпеливо. Он не перебивал, не ворчал и даже ни разу не вставил никакой язвительной реплики, чего Арах опасался больше всего. Более того, на сморщенном лице шамана неожиданно проступила улыбка. Вот только получилась она какая-то горькая.

— Думаете, я всё испортил и уже слишком поздно? — догадался Арах.

— Если и окажется слишком поздно, то вовсе не потому, что ты всё испортил, — покачал головой шаман, возвращаясь к мешочкам с травами. — Похоже, ты слишком увлёкся собственными размышлениями, раз не придал значения тому, о чём я тебя только что расспрашивал. Скажу как есть, Арах. У тебя будет шанс наладить отношения с Меносом. Но только в том случае, если он переживёт эту ночь.

— О чём вы, наставник?

— Теневой Монарх, нэк. Он почти вырвался. Вообще повезло, что Менос сумел его как-то подавить и сдержать. Уж поверь, дело вовсе не в ведре ледяной воды, которое он вылил себе на голову.

— То есть я тогда…

— Вы оба едва не шагнули за грань. Он бы утратил контроль над собой, а ты послужил бы кормом для нового хозяина его тела.

Молодой гоблин судорожно сглотнул. Горло мгновенно пересохло, и он поспешно оттянул воротник рубахи, словно ему вдруг перестало хватать воздуха.

Новость о том, что он снова оказался лицом к лицу с тем жутким, первородным монстром, по-настоящему его огорошила. Ноги на миг стали ватными.

Его едва не сожрали. Менос чуть не превратился в чудовище. А сам он даже не понимал, насколько близко находился к смерти.

Следом за запоздало нахлынувшим страхом пришла жгучая злость. Вот только Арах снова замер в растерянности, не понимая, на кого именно стоит злиться.

На человека? Ну конечно, ведь эта Тварь живёт внутри него, а значит, и вся вина лежит только на нём! Или же… или на самого себя, из-за того, что…

«А почему я должен… почему хочу злиться на самого себя?» — задался вопросом молодой гоблин.

Неужели потому что…

— … я хочу ему помочь? — едва слышно, словно боясь собственного голоса, произнёс Арах.

Эти слова дались ему с трудом, они казались чужеродными и неправильными для гоблина, но всё-таки они сорвались с его губ.

— Ты у меня спрашиваешь? — коротко хохотнул учитель, обнажив желтоватые клыки.

Но этот смешок вышел совсем фальшивым. Глаза старого шамана оставались абсолютно серьёзными. Он смотрел на ученика так, как никогда раньше.

— Так или иначе, как я и сказал, Меносу предстоит пережить эту ночь, нэк. А сделать это будет очень и очень непросто.

— Но почему именно сейчас? — Арах растерянно нахмурился, пытаясь увязать новые факты воедино. — Вы говорили, что этот момент настанет ещё не скоро.

— Арах, ты ведь читал про катализаторы, знаешь, что это такое? — дождавшись от ученика утвердительного кивка, ЗугГал продолжил. — Вот и события последних дней наложили на Меноса свой отпечаток. А та бойня, которую вы устроили в подвале, и вовсе запустила обратный отсчёт. Часы и раньше тикали, но теперь счёт идёт на дни, если не на часы. Тьма внутри него пробудилась окончательно и уже не успокоится.

— Какие у него шансы? — тихо спросил молодой гоблин.

Старик тяжело вздохнул. Его сгорбленные плечи, казалось, опустились ещё ниже.

— Шансы, говоришь? Я бы не ставил на хороший исход, — глухо произнёс шаман и, опережая новые расспросы, поспешно пояснил. — Времени прошло слишком мало. Не готов ещё Менос к такому противостоянию. А помочь ему… если я вмешаюсь напрямую, парню это на пользу не пойдёт. Теневого Монарха я, наверняка, одолею, вот только… и от Чертогов разума мало что уцелеет. Понимаешь? Это ведь не реальный мир, там действуют совсем иные законы, нэк.

— Чем сильнее воздействие, тем сильнее и противодействие? Вы об этом, мастер?

— Да. Моя сцилла слишком мощная для чужого разума. Одно только моё присутствие уже окажет негативное влияние. Чем сильнее я буду бить, тем более сокрушительными ударами сможет отвечать Монарх, используя ментальную энергию самого Меноса. В этой схватке мы просто выжжем парню мозги.

— Тогда… тогда давайте в Чертоги пойду я! — неожиданно для самого себя выпалил Арах.

Слова вырвались прежде, чем он успел испугаться. Чтобы подкрепить свою внезапную решимость, молодой гоблин инстинктивно вытянулся перед шаманом по стойке смирно, плотно прижав руки к бокам, будто верный рубака перед грозным десятником.

— Ты? — брови старика поползли вверх.

Некоторое время он сидел неподвижно и, не моргая, смотрел на ученика, словно впервые его видел. После чего шумно закашлялся, прочищая горло, и вновь переспросил, будто не поверил собственным ушам:

— Ты хочешь пойти в Чертоги разума?

Арах мгновение помедлил. В груди противно ёкнуло, напоминая о первородном ужасе, который внушал Теневой Монарх, но отступать было поздно. Гоблин упрямо кивнул:

— Да.

— Меня не может не радовать, что ты наконец-то повзрослел и сумел преодолеть свой страх, — старик смерил его долгим, оценивающим взглядом. — Но как ты себе это представляешь, нэк? Это будет полномасштабный и крайне жестокий бой. Устранить появившуюся в барьере брешь и повторно запечатать сущность Монарха уже не получится.

— Я помогу Меносу выстоять.

— Лекарь в Чертогах ему, конечно, очень не помешает, — шаман скептически покачал головой. — Но боюсь, что всё куда сложнее, мой юный ученик. Сколько бы ты его ни латал, Меносу попросту не хватит собственной мощи, чтобы убить Монарха. Рано или поздно Тварь одержит победу.

— Я помогу ему не только лечением, нэк, — нагло ухмыльнулся Арах, чувствуя, как к нему возвращается привычная уверенность.

— Арах, у меня больше нет рун, чтобы усилить тебя для этого боя, — строго оборвал его ЗугГал. — А даже если бы и были, то получив их просто так…

— Мне не нужно усиление, — молодой гоблин с гордостью выпятил грудь. — Я тренировался с той руной, что вы мне подарили.

— Ты про руну исцеления? — искренне удивился шаман.

И гоблин без утайки, ничего не приукрашивая, рассказал о своих изнурительных тренировках. Он говорил о часах, проведённых в попытках подчинить себе капризную магию, о духовном истощении и о том, как раз за разом заставлял руну откликаться, проверяя её пределы и границы.

Уже закончив свой рассказ, Арах тихонько про себя хмыкнул.

Только сейчас, проговаривая всё это вслух перед учителем, он по-настоящему понял одну важную вещь. Всем этим ростом он был обязан Меносу. Пусть поначалу им двигала лишь банальная зависть, но со временем всё изменилось. Он просто отчаянно хотел нагнать этого парня. Хотел сравниться с ним в силе, чтобы больше никогда не чувствовать себя жалкой обузой.