Матабар VII (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой"

— Постой, — Ардан схватил за плечо Бажена, уже собиравшегося переступить незримый порог.

— Ты чего? — спросил Иорский.

Не отвечая на вопрос, Арди открыл гримуар на странице с печатью « Поиск Демона» и с тяжелым сердцем ударил посохом о землю.

Под ногами вспыхнула красно-черная печать и… ничего не произошло. Почему же тогда Ардан не сильно обрадовался?

В результате отстранения от службы он не только потерял весьма приличную часть своих финансов, но и, что куда обиднее, доступа к военным накопителям.

В навершии его посоха покоился кристалл, выданный ему во время путешествия к озеру Ангельской Слезы, а в кольцах — единственные оставшиеся накопители. Один Красной звезды и один Зеленой. Именно поэтому Арди вопреки военной доктрине в данный момент сперва потратил лучи собственных звезд, а не заимствованные.

— И как? — без всякой насмешки, а скорее даже с некоторым напряжением в чуть дрогнувшем голосе спросил Бажен.

— Ничего.

— Ну и слава Свету, — облегченно выдохнул Иорский.

Ардан поднял взгляд на последний, третий этаж богато украшенного фасада. Он бы очень хотел ответить Бажену чем-то равноценно оптимистичным и подбадривающим, но не мог.

Арди с каждым шагом, приближавшим его к вершине холма, все сильнее морщился из-за удушливого запаха серы. А сейчас, стоя на невидимой границе, он чувствовал, как покалывало пальцы. Мурашки стройными рядами вышагивали вдоль позвоночника, а десны резали тянущиеся наружу клыки.

Возможно, ему стоит переписать печать « Поиска Демона», потому как, что бы ни происходило в этом одиноко стоящем доме, они сюда приехали явно не зря.

Глава 82

Арди опустился на корточки и провел ладонью над комьями перемешанного с земляной жижей, почти рыжего снега. Тот еще цеплялся ледяными иглами за вязкую грязь, полную влаги и дыхания засыпающей почвы. Ждал, что придет ночь и его Белая Хозяйка вдохнет в мелкие кристаллики новую жизнь.

Юноша прислушался к их тихому шепоту, полному наивных надежд и мольбы, отправленной с гонцами-ветрами к Граду на Холме. Ардан потянулся следом за бегущими по незримым тропам вестниками и подслушал то, о чем шептал авангард зимы — пушистый, блестящий, тающий снег.

В его рассказе Ард увидел тяжелые шины грузовичка, вспарывающего ночную наледь; услышал причитания женщины лет двадцати шести — ветер срывал белье, которое та развешивала на нитках; почувствовал… почувствовал, как нечто темное, голодное и холодное, но не как зима, а как что-то мертвое, добровольно отказавшееся от жизни, хватает его за запястье.

Разорвав связь с осколком даже не Имени, а чего-то совсем миниатюрного, Ардан отшатнулся в сторону и посмотрел на побледневшего Иорского.

* * *

Бажен уже собрался повторить свой вопрос, как его знакомый, обычно немногословный и совсем не умеющий расслабляться и веселиться ковбой, опустился к земле. Он прикоснулся широкой ладонью, увенчанной не совсем человеческими ногтями, к замерзшим комьям грязи, припорошенным снегом.

Иорский не то чтобы являлся превосходным студентом. Совсем нет. Он с детства любил юриспруденцию за её возможность решить словами то, что большинство неспособно решить в принципе, но не более того. К Звездной Магии Бажен не питал особого пиетета, а в Большом оказался просто потому, что, если не вдаваться в подробности развеселой жизни, такова оказалась воля Света.

Но кое-что он помнил с лекций. Достаточно, чтобы сдавать экзамены (пусть и не на стипендию) и опознать искусство Первородных — пусть Бажен и забыл, как то называлось.

Янтарные, почти звериные глаза его знакомого внезапно затянула плотная синяя дымка. Как если бы кто-то вспорол Каргаамский шелк и, поджигая распушившиеся нити, провел ими над глазницами Арда. Синий дым прикасался к бровям и спускался до щек. А вместе с ним слегка вздрогнула земля под их ногами.

Бажен мог поклясться, что на мгновение увидел, как твердь перестала быть… твердой. Как вокруг ладони Эгобара разошлись волны, будто бы тот коснулся не земли, а встревожил озерную гладь. И тут же над пальцами его ладони заплясали миниатюрные снежинки. Они отделялись от комьев грязи и танцевали широким хороводом, опутывая пальцы и запястья Арда.

Бажен потянулся было к гримуару, а затем напомнил себе, что, кроме заклинания Базового Щита и Искры, на его страницах больше ничего и не хранится. Да и вряд ли те ему как-то смогут помочь. И еще ему казалось, что он слышит мелодию. Звон ледяных колокольчиков.

Отчего-то захотелось сильнее закутаться в пальто, а тело пробила мелкая дрожь. Бажен и прежде мерз, но сейчас возникло такое впечатление, что он оказался раздетым посреди разгара Нового Месяца где-нибудь на самом берегу застывшего под ледяной коркой залива.

* * *

— Прости, — искренне извинился Арди и отряхнул руку от снега.

— Ч-т-то это было? — стуча зубами и выдыхая густые облака пара, спросил Бажен.

Его внезапно посиневшие губы постепенно принимали здоровый розовый оттенок. Бледная кожа лица наливалась кровью, а замерзшие ресницы, брови и легкая щетина взмокли от растаявшего инея.

Ардан открыл было рот, но тут же его закрыл. Как ему объяснить Иорскому, что за прошедшие полтора года Ардан не только научился лучше слышать окружающий мир, но и его связь с Именем Льдов и Снегов и всех его ипостасей многократно укрепилась?

Еще в прошлом году он не то что не смог бы расслышать шепот снежинок, налипших на замерзшую грязь, — да даже возвышайся вокруг них метровые сугробы, Ардан бы остался абсолютно глух к их рассказам.

Но не теперь.

Особенно когда совсем скоро в свои права вступит Зимняя Королева. Над землей протянется темный шлейф её мрачного платья, и все, кто умел кутаться в его тени, станут сильнее.

Арди умел.

Атта’нха учила его этому с самого детства.

— Зима, — только и ответил Ардан.

Он все еще смотрел на свою ладонь. Кожу покалывали осколки шепота снежинок.

— Как будто это что-то должно мне объяснить, — возмутился Бажен и, по-собачьи встрепенувшись, указал на дом. — Ну так что, ковбой? Нам есть смысл туда подниматься или вызываем оперативников наших дорогих работодателей и пытаемся вытащить мой автомобиль из колеи?

Арди хотел бы ответить «да». На оба вопроса. Но голос мудрой волчицы звучал в его памяти:

«…однажды тебе, как и всем тем, кто обучен Слышать и Говорить, придется исполнить свои обязанности…»

Может, Ардан и не был в полной мере ни человеком, ни матабар, но он все еще Говорящий. Ученик Ведьмы Льдов и Снегов. У него имелись обязанности и помимо того, чем наделяли его документы Черного Дома.

— Мне почему-то очень не нравится твой взгляд, ковбой, — просвистел Бажен.

— Оперативники здесь никак не помогут, — ответил Ардан. — А автомобиль мы до наступления темноты вытащить не успеем.

— Ты не можешь написать какую-нибудь печать, которая его вытащит? — прищурился Бажен. — Ты же у нас вроде будущий светоч Звездной инженерии.

— Наверное, могу, — пожал плечами Ардан. — Но до темноты точно не успею. Тем более что у тебя, — Арди посмотрел на скромное количество лучей на погонах Бажена, — не хватит сил.

— А ты?

Арди только развел руками и молча кивнул в сторону дома.

— Вечные Ангелы, — понуро покачал головой Бажен. — Получается, у меня выбор без выбора… ладно, предположим. Учитывая все, что ты тут наговорил, ты знаешь, куда мы лезем, правильно?

Губы Ардана вытянулись в извиняющейся улыбке:

— Предполагаю, но пока не уверен.

— И, о великий горный колдун, — закатил глаза Иорский, — просвети уже.

Ардан постоял несколько мгновений, после чего посмотрел на лес. Солнце уже ласкало верхушки елей последними лучами засыпающего дня. Не пройдет и получаса, как поле и холм накроет саван черного бархата. И лучше бы им к этому времени оказаться под крышей.