Брат и сестра - Назарова Ольга

Правда, Макс действительно быстро приходил в себя – стоило ему только подняться, попинать немного невинную ёлку на газоне, выпустить пар, как он сообразил, что прокололся:

– Вот проклятье! Сейчас ещё эта начнёт или реветь или скандалить. Бабы, чтоб им!

Он отправился в дом – извиняться.

– Аниточка, родная, прости ты меня, дурака. Сам не знаю, что на меня нашло! Просто я на встречу тороплюсь, а выезды все перекрыты. Сунулся к соседским рабочим, а там псих какой-то! Вот я и понервничал. Нет, это, конечно, не оправдание для меня. Ну, прости. Анхен… ну, что ты так расстроилась?

Нет, он и дальше собирался что-то говорить, но опять взревевшая сирена не дала ему такой возможности.

– Да что ж за… – взвыл Макс, который с полной обречённостью начал осознавать, что выехать на машине он не может.

Выйти, обойдя дерево и прошагав пять километров к такси, тоже не может – как такси-то вызвать, если связи нет? А самое главное, если он сегодня не встретится с Элей, то плакали его денежки! Очень приличная сумма просто растворится в небытие!

– Такие, как Элисон, не прощают, если с ними договорились о свидании, а в результате прокатили! – думал Макс.

– Макс, может, ты поешь? – блеяла рядом овца.

Макс мотнул головой, понимая, что ещё немного и он сорвётся на неё окончательно, да так, что выскажет всё! Требовалось выйти на воздух и освежиться.

– Возможно, есть шанс, что сигнал начнёт ловиться на трассе? – пытался просчитать Максим, вышагивая вдоль газонов. – Да, так и сделаю! Правда, пока я туда дойду, пока такси приедет… времени мало!

Он заторопился к дому, по пути поцеловал Аню, объяснив:

– Мне сейчас не до завтрака – опаздываю на встречу. Пойду пешком через лес до трассы.

И ринулся переодеваться.

В прекрасном костюме, при аксессуарах, Макс выглядел отлично, очень представительно и достойно. Но… ровно до того момента, пока, торопясь к калитке, он не оказался под упругими водяными струями газонного полива…

– Бэрримор, что там воет на болотах? – искусно подражая Шерлоку Холмсу, уточнил Матвей.

– Альфонс, сэр!

– А почему он так воет?

– Не иначе песца увидел, сэр… Пушистого такого и упитанного!

– Что? Только одного? Непорядок, Бэрримор! – осуждающе покачал головой Матвей.

***

Александр Свечников мирно ехал на бабушкину дачу.

– Раз обещал – надо делать. Хотя, если честно, не знаю, зачем это бабуле надо. У неё хорошая соседка, помогает со всем. Да, за деньги помогает, но она же и не обязана соседский участок обихаживать за просто так.

Получалось удобно всем – и бабушке, которая жаловалась на спину, а теперь могла заниматься только тем, что ей под силу, и соседке – она рано вышла на пенсию, была полна сил и энергии, а помогая пожилой женщине, зарабатывала приятную прибавку к пенсии.

Собственно, именно соседка Александра и встретила на бабушкином огороде.

– А! Сашенька, доброе утро! Я думала, Аня приедет…

– Нет, Аня сейчас в поездке. Доброе утро!

– Тогда я тебе ягоды отдам – твоя бабушка всё волновалась, что клубника поспеет и пропадёт. Варенья-то мы с ней наварили, а она всё зреет и зреет.

Александр только вздохнул про себя. Ну, вот как объяснить, что ему дешевле было просто купить эти ягоды, да и всё.

– Понимаю, – улыбнулась соседка. – Но твоей бабушке так хочется вас ягодами угостить. Хоть чем-то! А хочешь, я тебе молока принесу? Там у нас коров держат, вкусное молоко! И сметана есть. Домашняя, очень хорошая. Давай клубнику со сметанкой, а? Сашенька, ты посиди тут, сейчас всё будет.

Летний, тёплый, лёгкий как пух от одуванчика день вдруг взял и притормозил Свечникова на полном скаку.

– И правда… я никуда не опаздываю, могу себе позволить просто посидеть на веранде и ягоды со сметаной поесть? Могу! – Свечников огляделся, удобно устроился в плетёном кресле и прикрыл глаза.

– Ёршик, Щучка, ну ты ж посмотри! Стоило про молоко заговорить, про сметану, как вся моя рыбная котостая тут… хотя, погодите, а где Барабулька? Буленька, кис-кис! – послышался голос соседки, но даже глаза открывать не хотелось.

Надсадное и настырное гудение ворвалось в полудремотное состояние Свечникова, и он раздражённо поморщился… знал бы он, что это гудение, а точнее то, что за ним последует, в ближайшее время значительно изменит его жизнь.

Глава 8.

Тот, который платит

Соседка рассмеялась – расслабившийся Александр внезапно подхватился и настороженно уставился в направлении, откуда раздавались звуки.

– Вот оно, городское житьё! Я когда работала и в Москве жила, тоже подрывалась на любой громкий звук.

– Такое ощущение, словно клаксон прямо у уха включился… – недовольно поморщился Александр.

– Ну да. Это же автолавка приехала. Они специально так гудят, чтобы все услышали.

– Они добились своего! – вздохнул Александр.

– А они вообще ребята целеустремлённые! И покупателей у них полно. А! Вон Барабулька-то моя. Зовёт… – соседка кивнула на крепенькую, ладную, короткошёрстную кошечку со смышлёной мордочкой и яркой трёхцветной окраской.

Кошечка появилась у калитки и затопталась, явно приглашая хозяйку идти за ней.

– Саш, пойдём со мной! Что покажу… – у соседки стал такой хитро-таинственный вид, что Александр, собравшийся категорически отказаться, внезапно вспомнил, как она его прикрывала в детстве, когда он ввалился в местное болотце и заявился домой с половиной этого водного объекта на одежде.

Сколько лет он об этом и не вспоминал, а тут… расслабился, наверное, подпустил к себе слишком близко и этот безмятежный летний день, и тёплый ветер, и одуванчики, и клубнику, вот память и выдала сюрприз.

– А пойдёмте, тёть Лена, – улыбнулся он.

Елена Павловна, только что общавшаяся с солидным, серьёзным, собранным, преуспевающим типом, внезапно увидела подо всем этим того самого Сашку, который умолял родителей разрешить ему взять крошечного котёнка, Сашку, спасавшего дождевых червей из луж и неизменно отпускавшего всю мелкую рыбёшку, если она попадалась ему на крючок.

– А может, так оно и лучше! – подумала она. – Может, ему и надо больше! Битый он, Сашка-то… в груди прямо прореха, душа, видать, болит. Вот он и закрывается, словно доспехами! Эх, поймать бы ту заразу, которая его так… да разве ж можно ради забавы человека мучить?

Она решительно потёрла тыльной стороной ладони глаза – кто их знает, чего это их вдруг защипало, а потом поманила Александра за собой.

– Пошли-пошли, не пожалеешь! Там у нас такое…

Александр ничего «такого» не ожидал точно! Ну, автолавка, ну, небольшая очередь около неё.

– Барабулька, а что ж ты меня звала? – удивилась Елена Павловна, а потом улыбнулась. – Ой, извини, вижу! Вот он. Смотри, Саш!

Она кивнула на мужика, который стоял в очереди вторым. Не заметить его вообще-то было сложно – шорты непереносимо-тропической расцветки, яркая майка с жутковатой мордой на спине, в руках дорогой смартфон, в который мужик смотрел не отрываясь.

– И что? – удивился Александр. – Ну, человек на отдыхе…

– Да не на человека смотри, чего его-то разглядывать, ещё глаза заболят, а ниже! Ниже смотри!

– Ну, собака… – пожал плечами Александр. – С хозяином.

– Да нету у него хозяев! Выкинули его! – погрустнела Лена. – Они в соседней деревне дом купили. Приобрели породистого щенка, а он с браком – на груди пятно появилось. Короче, выбросили. А он… да ты смотри, смотри!

Александр, не очень понимая, что именно он должен увидеть, уставился на пса, обратив внимание на то, что и все остальные люди тоже смотрят на собаку. Даже «тропический тип», забрав свои покупки, не ушёл, а встал в сторонке, держа наизготовку свой смартфон.

И тут коричневый, лабрадористого сложения пёс подошёл поближе к прилавку, встал на задние лапы и потянулся к блюдечку, на которое кладут деньги.

Елена Павловна потянула Александра в сторону, так, чтобы он мог видеть происходящее сбоку, и тот наконец-то понял, что происходит – пёс держал в зубах какой-то листик, который и положил в блюдце.