Цивилизация слова - Коллектив авторов

Посижу, пострадаю над будущим

В ожидании судилища страшного.

Вот предстану пред Господом голая,

Без вранья и штрихов лицемерия,

И Он спросит меня – каково это,

В человеческом, поиск доверия?

Что ответить? Бывало по-разному,

Когда сердце попало в страдания:

И греховное трогать уныние,

И в тоске избегать покаяния.

Приходилось кидать обвинения

В зеркала, мою боль отражавшие,

И прощением падать во времени

Через страха кострища пылавшие.

И ломая теории разные,

Растворять тишиной неизбежное,

Выдыхая печаль и сомнения,

Окунаться в просторы безбрежные.

И внезапными искрами радости

Очищаясь до самого донышка,

Обретая любовь и согласие,

Дотянуться до самого солнышка.

Положите подушку под голову,

Принесите бутылочку красного…

Буду праздновать жизни касание

Через горечь страдания напрасно.

Не спешите увидеть рассвет,

Воспалённый бессонницей ночи.

Не загадан готовый ответ,

И приход его явно отсрочен.

Если держит тревога в плену,

Неустанно вибрируют мысли,

Невозможно постичь тишину

И прочувствовать новые смыслы.

Осторожно вдохните закат,

Выдыхая усталость и тяжесть.

Вряд ли кто-то во всём виноват,

Будьте честными самую малость

Отпустите щемящую боль,

Искушая себя новой ролью,

Благодарно примите покой,

И ответ обернётся любовью.

Анна Грекова

(псевдоним Анна Илюшина)

Родилась в 1994 году в г. Челябинске. Окончила школу с золотой медалью, красно-дипломированным специалистом по лингвистике вышла из Института иностранных языков. Затем работала учителем в элитной гимназии Подмосковья. Замужем. Есть двое детей. И это всё, несмотря на инвалидность. Свои переживания, достижения, мечты и комплексы Анна описала в книге «Актриса на всю голову». Каждая новая книга или сборник стихотворений – это большая победа для Анны в плане личностного роста. Писать любит с детства, будь это короткие рассказы, стихи, поздравления или повести. У Анны есть также сборник стихотворений «Ношу стихийный характер…». Писательство стало настоящей отдушиной для девушки, теперь она хочет развиваться именно в этой области.

Пять дней тишины

Десять лет вместе. Это уже не просто рубеж, это целая эпоха, прожитая на одном дыхании и вымощенная беспечными встречами молодых людей, фантастической свадьбой, детским смехом, бессонными ночами, ипотекой, прогулками с собакой и миллионами мелочей, которые сплелись в плотное, тёплое одеяло под названием «быт». Оно согревало их в стужу жизненных неурядиц, укутывало от тревог. И вот сейчас это одеяло стало слишком жарким по сезону. Оно стало мешать дышать, и каждый в этой паре жаждал сбросить его хоть на мгновение, чтобы почувствовать свежий ветер одиночества на своей коже.

Надя смотрела на Диму, который судорожно пытался работать после отбоя детей. Свет от монитора выхватывал из полумрака его сосредоточенное лицо, отбрасывал на глаза синеватые тени. Что-то падало на пол, что-то на экране заставляло мужа сдвигать брови к переносице. Но он делал. А она уже не в силах была даже книгу почитать или посмотреть сериал. Хоть бы доползти до кровати.

– Ты работаешь как сумасшедший.

– Хотел бы я быть сумасшедшим. Лежишь себе в палате, никто не трогает. Утром спишь, сколько хочешь. Один.

Слово за слово и вышло, что и Надя мечтала бы хоть помыться в тишине, без хныканья под дверью или внезапных визитов «помыть ручки». Нет, она безусловно любила своих мальчиков, но разве она тоже не человек?

Боясь, что они с женой поссорятся из-за ерунды, Дима свернул тему отдыха от семьи. Но мысль эта, брошенная как неосторожная спичка в сухую солому, тлела где-то глубоко внутри, разгораясь в тишине.

Спустя пару дней этот вопрос снова встал между ними, как непрошенный гость. Надя с Димой решили отдохнуть отдельно от семьи. Это случилось спонтанно, за завтраком – среди хлопьев, рассыпанных по столу, словно конфетти после весёлого праздника, детского крика и под вой Багги, требовавшего свою порцию еды.

Надя, вздохнув, обозначила, что ей нужен отдых. От всего. И всех. Дима подтвердил, что неделя тишины была бы раем. Это звучало так притягательно, как предложение полететь на Марс.

Рай они организовали довольно просто и быстро. Дима одолжил у своего друга ключи от охотничьего домика. У Коляна прям холостяцкая пещера, лучше не придумать. А Наде некуда было идти. Поэтому решили, что Дима детей по пути в домик завезёт к своим родителям, внуки же не чужие, а мама и жена дома насладится одиночеством.

Тем более, что всего пять дней. Наде показалось, что неделя – это слишком. Дима тоже согласился, что для начала хватит и пяти.

Собаку Надя решила сама в первый день свободы отвезти на передержку. Прощаясь с виляющим хвостом Багги, она поймала себя на мысли, что чувствует себя предательницей, бросающей самого верного друга на произвол судьбы.

Первый день действительно был райским.

Надя, сплавив собаку и проводив мужа и детей, какое-то время просто сидела на кухне и слушала тишину. Казалось, она теперь может различить сирену полиции и «скорой помощи» через закрытую форточку, слышит голоса соседей сверху и шорох листвы за окном. Даже собственное сердцебиение отдавалось в ушах чётким стуком.

Потом она выпила горячий кофе, не разогревая его по три раза, как обычно.

Приняла ванну в абсолютной тишине, не слыша ничего, кроме собственного дыхания. Она посмотрела целую серию турецкого сериала, удивляясь, что это может быть интереснее, чем когда пытаешься вникнуть в сюжет за пятнадцать минут до сна.

Дима тоже первые минуты одиночества просто слушал тишину… Она была живой, наполненной шелестом листьев и карканьем вороны где-то у озера. Потом громко включил музыку на колонке, снял носки и швырнул их на пол в разных направлениях. А почему дома можно только детям всё разбрасывать, а он – пример?

На ужин заварил купленный заранее доширак, который не получалось есть дома под осуждающим взглядом жены. Дима был немного расстроен, что пришлось полдня потратить на то, чтобы отвезти детей к родителям, зайти в магазин, ещё и доехать до домика друга.

Но теперь ничего не мешало Диме поиграть в стрелялки или поработать. Но последнее он оставил на потом – тем более, что сегодня все заказчики словно сговорились и решили оставить поставщика оборудования в покое.

Надя решила, что завтра точно перемоет всю квартиру, каждый уголок, но сегодня уйдёт в сериальный запой. Если так говорят. В перерыве между сериями позвонила свекрови, но, услышав ледяной тон женщины и детский смех на его фоне, сразу пожалела об этом. Они с тётей играют, всё хорошо. Если бы было плохо, она сама бы позвонила маме-кукушке.

Пока совесть не начала свои нотации, Надя быстро включила турецкую драму. Когда она очнулась, была ночь. Холодная и тихая. А ноутбук давно сел. Комната казалась мрачной, а одиночество из желанного гостя превратилось в навязчивого спутника.

Дима решил мочить зомби до последнего. Он усмехнулся, когда в перерыве между катками увидел время. Два часа ночи. И никто даже не психует рядом, что экран сжигает мелатонин. Вот только напрягает, что в животе что-то неприятно булькает и покалывает. Так это просто с непривычки. Завтра тоже на обед лапша быстрого приготовления, так организм и привыкнет. Может, со специями перебор…