Едукарь - Коллектив авторов

Примерно в это же время моя знакомая из Подмосковья работала в столовой поваром и по секрету рассказала мне, как они откупаются от народного контроля. Директор столовой разрешает поварам недокладывать продукты по установленным ГОСТом нормам в блюда на раздаче покупателям. В результате получается значительная экономия продуктов, которые затем распределяются по старшинству: директору, замам, поварам, раздатчикам — никто не в обиде. А когда приходит народный контроль, им в карманы кладут соответствующие купюры, и все шито-крыто.

Другой пример из жизни обувной фабрики. Там почему-то обувь даже с незначительным изъяном шла под нож, ее нельзя было продать подешевле своим же рабочим, а если кому-то жаль было пускать под нож такую обувь и он ее фактически воровал, то тут дело шло вплоть до увольнения.

А как же сейчас бракованные вещи попадают в магазины, на прилавок и к нам, покупателям?

НОВОГОДНИЙ ПОДАРОК

«О, где ты, моя светлая юность?» — воскликнула бы сентиментальная дама преклонных лет. Я так не скажу. Она там же, где и «Куда уходит детство».

Накануне Нового, 1962 г. я, как всегда, отправилась в продовольственный магазин около десяти часов вечера. На основе опыта я знала, что в это время накануне Нового года магазины пусты, а хороших продуктов полно. Продавцы вежливы и нарежут тебе колбасы и сыра тонкими ломтиками сколько тебе надо.

Уже возвращаясь с продуктами домой, я переходила улицу наземным переходом — других тогда не было, так как транспорта было мало, и остановилась посреди улицы, дожидаясь зеленого светофора. Как вдруг возле меня остановился мотоцикл с коляской, в котором сидели милиционеры, один из которых придерживал в коляске связанную елку. Кажется, тогда не было искусственных елей или они были дороги, да мы их не любили — это совсем не то, что живые. Я переживала, что на этот Новый году меня нет елки, а тут — вот она. Уж не попросить ли? Повезло же милиции: за час до Нового года, но с елкой. Неожиданно милиционеры меня спрашивают: «Хочешь елку?» — «Конечно же, да! А сколько стоит?», — «Да нисколько». И они отдали мне эту елку и уехали. Я счастлива, но елка большая, и ее нести неудобно. Здесь подвернулся молодой человек, который помог донести елку до квартиры. Дома меня уже заждались, ведь пора накрывать на стол. А тут неожиданная радость — я с таким подарком. Развязали елку, а их там оказалось две. Одну поставили в большую комнату, где все собирались за праздничным столом, а вторую, на радость моей маленькой племяннице Оленьке, в их комнату. Елку поставили в воду, украсили мишурой, и сразу запахло хвоей, создавая праздничное настроение. Вот это подарок так подарок! Настоящий новогодний, как в сказке: по моему хотению, по моему велению. Счастливого и вам всем Нового года!

УЧЕБА В МОСКОВСКОМ ГОСУДАРСТВЕННОМ ЭКОНОМИЧЕСКОМ ИНСТИТУТЕ

В МГЭИ я поступила, сдав экзамены на четыре и пять, в сентябре 1960 года. И нас сразу же направили на сельхозработы — уборку картофеля в подмосковном совхозе.

Потом начались лекции по общеобразовательным дисциплинам, на которых присутствовали все факультеты: общеэкономический, электроники (изучающие курс электронного программирования на огромной ЭВМ, которая занимала целый зал); экономики промышленности, готовивший экономистов для предприятий промышленности; народно-хозяйственного планирования — для плановых органов; госснаба — снабженцев для предприятий промышленности и сельского хозяйства и наш факультет экономики сельского хозяйства. Это был, как оказалось, последний набор на этот факультет. У нас были две группы. В каждой был свой комсорг и профорг, которые занимались сбором взносов со стипендий и знакомили нас с жизнью комсомольской и профсоюзной организаций института, а меня избрали в редколлегию факультетской стенгазеты. Моей задачей было найти художников, пишущую братию и самой иногда писать заметки и печатать их на машинке. Порой, когда меня сильно волновали какие-либо события нашей студенческой жизни, я писала фельетоны в институтскую многотиражку. Я, кажется, была единственной москвичкой, поступившей на сельхоз. Как я уже объясняла, это было связано с тем, что по приказу Н.С. Хрущева в институты принимали только по профилю работы до поступления в институт, а я ведь работала до института в Министерстве сельского хозяйства РСФСР.

Начитавшись книг о дружной студенческой жизни, кажется, одна из книг так и называлась «Студенты» (автора, к сожалению, не помню), я мечтала о дружном коллективе студентов — идеалистка! Может быть, те, кто жил в общежитии, и были дружны, но меня избегали. Мне же хотелось, чтобы мы все вместе обсуждали бы какие-нибудь важные проблемы и решали их. Я даже пригласила к себе на день рождения весь курс. Но пришли далеко не все. Брат с женой ушел на прогулку, а за столом сидели студенты и мой папа — гвардии полковник Майоров Николай Иванович при орденах. Увидев его, моя племянница малышка Оля сказала: «Дедушка, как бы я хотела быть на твоем месте». Мама, как всегда, хлопотала на кухне, а я только помогала ей подавать на стол угощения: винегрет, селедку, сыр, колбасу, рыбные консервы, пирожки, фрукты и чай. Кажется, было и какое-то вино, может быть, и кагор, не помню.

На нашем курсе помимо советской молодежи из разных союзных и автономных республик, краев и областей учились и иностранцы из соцстран и капстран. Так, из Вьетнама было два студента и из Ирака — два. Но из вьетнамцев мне больше всего запомнился один. Зоан Суан Шак, который сказал, что мы можем звать его просто Сашей, но мы все звали его полным именем. Из Ирака помню только Мухаммеда, который проучился у нас всего год или два и, по слухам, продолжил учебу в США, наверное, в силу политической обстановки.

Шак взял на колени Олечку и спел ей тихонечко какую-то вьетнамскую песенку, видно, он сильно скучал по своей семье и детям.

На Новый год в актовом зале института были елка, хороший концерт и танцы. На такие вечера приглашались известные люди. Так, у нас была встреча с известным всем еще со времен войны диктором радио Левитаном. Он рассказал о своей работе, а в заключение поздравил всех своим необыкновенным торжественным голосом с Новым годом. Побывал у нас и актер, сыгравший в картине «Цирк» черного ребенка.

К сожалению, он впоследствии уехал в США, хоть и стал там знаменитым поэтом.

Танцевать и петь я не умела, стеснялась и, потому, всегда «стояла в сторонке, платочек в руках теребя».

Самым знаменательным событием для всей нашей необъятной страны под кратким названием СССР и конечно для нас был первый в мире полет человека в космос. И первым космонавтом в мире стал наш простой советский человек Юрий Гагарин. Навсегда запомнился этот яркий солнечный день 12 апреля 1961 года. Все сорвались с занятий и радостно слушали по громкоговорителю сообщение ТАСС о полете нашего человека в космос. Тут же девчонки заспорили, знала ли о его полете заранее жена. И решили, что это большой секрет и ей об этом не сообщили.

14 апреля наш институт и, наверное, все предприятия и учреждения направились на Красную площадь приветствовать первого человека Земли, побывавшего в космосе. У всех было приподнятое радостное настроение. Природа словно тоже радовалась, был ясный теплый день. Все пели, смеялись и гордились, что мы первые и обогнали самую мощную капиталистическую страну мира США.

Теперь уже не вспомнить, как далеко мы шли от трибун Мавзолея и видели ли отчетливо Ю.А. Гагарина. Это уже не так важно. Важно было, что мы там вместе с ним. Потом уже чаще вспоминается репортаж, где Гагарин шагает по красной ковровой дорожке, а шелковый шнурок его ботинка развязался и болтается в такт шагам.

Не менее важным для нашей студентки с промфака Розы Самсоновой было то, что она попала на обложку апрельского номера журнала «Огонек», так как громче всех орала «Ура!» и подпрыгивала вверх с букетом цветов. Так ее и засняли.