Спрячь меня в шкафу! (СИ) - Яковец Элла

– Так, – молчавшая до этого момента Марта нетерпеливо постучала по столу. – Может быть, вы оставите радость по поводу счастливого воссоединения родственников на потом, а сейчас займетесь делами поважнее?

Я вовремя захлопнула рот, чтобы не сказать Марте, что я думаю о ее мнении насчет важности. И широко улыбнулась всем первокурам скопом.

– Добро пожаловать в библиотеку, мальчики и девочки! – сладким голосом пропела я. – Давайте я покажу вам, как здесь все устроено…

Я сидела на самой дальней парте и отчаянно скучала. Вообще-то ритуалистика мне нравилась. Но только ее практическая часть. Но к практикам по ритуалам нас допускали хорошо если раз в месяц. Мол, без должной теоретической базы ритуалистика может быть опасной как для самого практикующего, так и для страны в целом. На самом деле, это чушь собачья. По-настоящему опасными могут быть только очень сложные ритуалы, до которых нам еще как до Сильфея на ушах. Мы сейчас на том уровне, когда максимум себе ослиные уши можно случайно отрастить. Ну, или, в худшем случае, вызвать ненароком из тонкого мира какого-нибудь инкуба или суккуба. Но последнее максимум чем может грозить, так это парочкой нежелательных беременностей, да и то только среди тех студентов, у которых хватило ума приехать в колледж без Амулета Невинности. Ха, слышала я такие рассуждения! “Я не собираюсь заниматься сексом до свадьбы! Зачем мне Амулет Невинности?!” А потом, такая, с третьего курса полным ходом в загородное поместье к родителям. Нянчить неожиданную “ляльку” и размазывать слезы по щекам. Мол, “он обещал, что женится…”

– Мисс Льюис, у вас такое лицо, будто вам скучно, – раздался с кафедры требовательный голос миссис Малкаски, аспирантки весьма преклонных лет. Она читала нам теорию, когда профессору Стэйблу было некогда, лень или у него было свидание. – Может быть, вы поведаете, каким рассказом я могла бы привлечь ваше драгоценное внимание?

– Мне интересно, миссис Малкаски, – неубедительно соврала я.

– Да-да, и вы всегда зеваете, когда интересно, – ехидно фыркнула Малкаски.

– Миссис Малкаски, а как вы думаете, почему у нас в Индеворе запрещено выглядывать из-за угла? – спросила я.

– Хм, а какое отношение это имеет к ритуалистике? – прищурилась миссис Малкаски.

– Прямое, – уверенно заявила я. – Согласно эксперименту Мэнхэна, примитивные суеверия являются ритуальным источником магической энергии. Если знать… гм… точку слива. А практически все максимы Индевора сейчас – это как раз подобные суеверия, потому что мы понятия не имеем, откуда они появились и почему.

– Хм, резонно, – миссис Малкаски покивала уже вполне одобрительно. Остальные студенты тоже загомонили. Но кажется совсем даже не потому, что им тоже был интересен мой вопрос. Просто пока Малкаски отвлеклась на спор со мной, все преспокойно занялись своими делами.

– Что ж, это интересная точка зрения, – сказала Малкаски, выползая из-за своей кафедры. – Но конкретно правило про угол вовсе не является нелепым суеверием, а имеет весьма практический смысл.

– И какой же? – спросила я.

– Дело вот в чем, мисс Льюис, – Малкаски остановилась перед моей партой. – Колледж Индевор печально известен своими рискованными экспериментами. Многие аудитории и даже коридоры экранированы, но "зона действия" мощного ритуала может простираться и за их пределы. Угол в такой магической "геометрии" является точкой концентрации остаточной энергии. Резкое появление из-за угла (с движением, нарушающим поток энергии) может вызвать катастрофический "обратный выброс". Это сравнимо с внезапным открытием шлюза под давлением. Неподготовленный студент может быть ослеплён вспышкой чужой магии, получить случайное проклятие, предназначенное для другого, или, что самое унизительное, "перезаписать" собой компонент ритуала (например, на неделю превратившись в кристалл фокусировки). Так что это правило — суровая техника безопасности!

Последняя фраза совпала с замигавшим над дверью сигналом завершения лекции. И студенты сорвались со своих мест и стремительно помчались к выходу. Образовав в дверях, разумеется, многорукую и многоногую кучу.

– Иди уже, – махнула рукой миссис Малкаски. – А то обед с тарелки убежит.

Вообще-то аппетита у меня особого не было. К концу моего дежурства, в библиотеку заявились мои закадычные подружки, нагруженные ворохом сладостей. Аше пришла посылка из дома. Так что я была совершенно не голодна, и даже наоборот.

Но столовая – это столовая. Место встречи, сплетен, новостей и прочего интересного, упускать которое совершенно нельзя. Отстать от новостей – это такое…

Так что я тоже помчалась вперед, хоть и не очень искренне. Одна из последних.

Свернула за угол, дисциплинированно не выглянув за него сначала. И меня за талию немедленно обхватили чьи-то сильные руки. И рванули в глубокую нишу окна.

– Как ты медленно ходишь, Льюис, – раздался рядом с ухом жаркий шепот. – Я тебя уже десять минут дожидаюсь.

Глава 14

Горячие ладони скользнули под юбку и сжали ягодицы. Блейз, а это разумеется был именно он, приподнял меня и посадил перед собой на подоконник. И в первый раз мы оказались с ним лицом к лицу и в весьма освещенном месте. Его самодовольное лицо, огненно-рыжие волосы и ледяные голубые глаза…

Он еще только меня коснулся, а предательское тело уже как будто мечтало о моменте, когда он войдет в меня. Колени разъехались, обнимая старосту акул за бедра, трусики моментально промокли.

“Какая удобная высота подоконника”, – мелькнула в голове мысль.

И сразу же вслед за этим мне стало чудовищно стыдно за это все.

Кошмар, что со мной вообще происходит?! Будто я хожу и только и мечтаю о том, чтобы Блейз зажал меня в углу и трахнул.

Это же просто… Просто…

Я крепко зажмурилась и почувствовала как все лицо заливает краска. Даже ушам стало жарко.

А уверенные руки Блейза временем даром не теряли.

Он чуть отстранился, чтобы свести мои колени вместе, и одним движением сдернул с меня трусики.

“Обоже, я ведь теперь, даже не задумываясь, надеваю чулки…” – мысленно простонала я.

– Мне так нравится твоя фальшивая стыдливость, – самодовольно проговорил он, уверенно и по хозяйски скользнув рукой между бедрами. Его пальцы глубоко вошли внутрь меня. – Ты же хочешь, чтобы я тебя трахнул, верно?

Я прикусила губу, отвернула лицо, чувствуя, что краснею еще сильнее. Но бедра категорически не желали проявлять стыдливость и какую-то там сознательность. И бесстыдно двинулись навстречу руке. Чтобы пальцы погрузились еще глубже.

Я тихонько простонала. Не то от удовольствия, не то от стыда.

– Можешь не отвечать, я все вижу по твоему лицу, – навалившись на меня всем телом прошептал мне в ухо Блейз. И легонько прикусил мочку зубами.

И вот этот звук раздался. Тихое “вжжжжж!”

И Блейз одним уверенным толчком вошел в меня. Теперь уже не пальцами.

Я издала полувсхлип-полустон.

Как же мне было хорошо!

И как же мне было стыдно…

Я поняла, что все еще зажмуриваюсь и сижу, отвернув лицо.

Ну теперь-то уже зачем?

Я заставила себя открыть глаза и посмотреть на Блейза. Столкнулась взглядом с его обжигающими льдисто-голубыми глазами. Не позволила себе снова зажмуриться, хотя ужасно хотелось.

Не видеть.

Только чувствовать его глубоко внутри себя.

И двигаться навстречу, чтобы стало еще глубже!

Что со мной происходит? Я как будто раскалываюсь на две части – похотливое тело, которое приветливо распахивается, стоит в видимой близости появиться Блейзу Хантеру. И мозг, который…

– Ах… – простонала-выдохнула я, когда Блейз расстегнул пуговки на моей рубашке, распахнул ее и задрал лифчик. Предательские соски тоже хотели Хантера и стояли торчком так, будто участвовали в конкурсе на самые твердые соски.

– Тебе нравится, что нас в любой момент могут спалить, ведь так? – проговорил Блейз, самодовольно улыбаясь. И не прекращая двигаться внутри меня.