Ворона на взводе (СИ) - Вран Карина

Однако это работает с именитыми личностями. За кем попало не всякий помощник пойдет, променяв скромный, но стабильный доход на неясные перспективы.

Так осталась на старом месте ассистент Фан. Та, с которой я буквально в первый день «приобщения» к киноиндустрии (не считая студенческого проекта, где всё понарошку) знакомилась.

Фан — незамужняя девушка. Может, она побоялась слухов. Тем более, что свое восхищением Яном Хоу ассистент Фан(тик) не особо и скрывала.

После того, как сменились многие лица, Фан ещё год проработала в Лотосе. Пока опять не «подкрутили гаечки». «Дело о фарфоровой кукле» в настоящее время — единственный сериал, который продолжают выкупать для повторных показов. Вторая часть не особо удалась, но её прокручивали еще с полгода после премьеры.

А все последующие проекты даже не вышли на окупаемость.

Почему? Этой вороне, честно говоря, до лампочки. Люди сами себе вырыли канаву, чтобы дружно в ней теперь плескаться. Осознают, что где-то свернули не туда? Отлично, пробьют себе ступеньки в «бортиках» канавы, вскарабкаются и снова засияют.

Нет — нет.

Фан(тик) в какой-то момент попала под горячую продюсерскую руку. Буквально: она сказала, что режиссер Ян не опустился бы до съемок на фоне хромакея «от и до», даже под угрозой расстрела японцами (снимали что-то военное по периоду японской оккупации).

Продюсер Пэй это услышал. И прилюдно влепил пощечину сотруднице. И, чтобы мало не казалось, приказал понизить Фан в должности.

Та швырнула на пол бэйджик. Кажется, прошлась по нему ногами. В тот же день подала заявление об уходе.

И теперь Фан немножко безработная. А Ян Хоу считает себя в некотором роде ответственным за случившееся.

Я как-то скептично восприняла последнее откровение. Всё-таки никто не тянул фанатичку Фан за язык — при всех. Нет, я всё понимаю. У человека явно наболело. Она уже видела, как делают по-хорошему. Приучилась, можно сказать, к этому хорошему. А тут на её глазах клепают тяп-ляп на зеленом фоне…

Сгорела. Бывает.

Эта ворона тоже полыхнула недавно. Мне ли судить?

Поэтому вслух я ничего не каркнула. И рожицу удержала вежливо-любопытную. Но ещё до того, как режиссер Ян озвучил маленькую просьбу, я поняла, в чем она будет состоять.

Как и мамочка, судя по её всепонимающему выражению лица. Многие статуи Будды позавидовали бы.

Само собой, Ян просил о временном пристройстве Фан в Бай Хэ. Контракт на год, а там он и Бу выйдут из-под соглашений о не конкуренции. А там «будет видно».

После того, как он задействовал свои связи для «обеления» Жуй Синя, отказать ему было бы неправильно. Тем более, что Фан человечек-то небесполезный «в хозяйстве».

Именно Фан занималась организационными процессами. Договаривалась о локациях для съемок (до этапа подписания) и аренде павильонов. Изготовление специфического реквизита — не сама занималась, но контролировала своевременность поставок. Это и множество других мелочей — вплоть до номеров в отелях и проката микроавтобусов — обычно входило в задачи Фан(тика).

Звучало перспективно. Вкусно даже.

И недорого, как рис по акции. Заработок ассистента Фан в Лотосе хоть и был выше, чем у той же Чу Суцзу, но всего вдвое. А мы так и так собирались увеличить зарплаты своим девочкам.

Человек с навыками крепкого хозяйственника нам пригодится. И хорошо бы не на год, а на постоянную основу.

— А у вас с дядей Бу уже есть планы? — я захлопала ресничками в режиме «прелестная наивность».

— Признаться, нет, — ответил Ян. — Бу Сунлинь распробовал жизнь свободного художника. А мне ещё год предстоит обучать студентов.

Тут он вроде и улыбнулся, но как-то кисло, словно в пряную рыбу добавили многовато уксуса.

Я засияла улыбочкой ещё ярче. И пихнула под столом мамочку.

— Знаете, у нас такая маленькая скромная студия, — потупила взор Мэйхуа. — Но если вы и господин Бу захотите где-то осесть, при этом сохранить полную творческую свободу, подумайте про Бай Хэ. К вашим помощникам это так же относится.

— Это… неожиданно, — откликнулся Ян Хоу. — Обещаю передать ваше предложение Сунлиню. Да, мы с ним хорошенько побеседуем.

Это не звучало как «мы подумаем», которое на самом деле «нет». Тут важны нюансы и интонации. Дяде Бу «срок мотать» на коротких роликах недолго осталось. У него же на год было то гадское соглашение. То есть, решать в первую очередь оператору Бу.

С этого мы перепрыгнули на десерт. И обсуждение ещё одного ролика для Вод Куньлунь.

Мироздание мне точно подыгрывает!

Чем иначе объяснить то, что дядя Ян (владыка… то бишь, владелец Вод) надумал запустить именно премиальную питьевую воду — и именно в стеклянных бутылках? Именно теперь, когда «Я помогу тебе взлететь» отсняли и готовят к выходу?

Из каких-то сверхполезных высокогорных источников та водица. Исключительных и малочисленных — и поэтому массовое производство затруднительно. (Оставим за скобками вариант, когда в красивую стеклянную тару заливается та же вода, что и в пластик).

Эта ворона ведь только обдумывала, как лучше подкинуть идею этому господину. А он — сам, всё сам.

Хотя… Про важность упаковки для продаж в Поднебесной я уже не раз говорила. Обычная вода — хит продаж. Минеральная тоже продается отлично. Соки (побочку) хорошо приняли. Поднять планку (и ценник), выбрав категорию «премиум» — разумный следующий шаг.

Из минусов: придется этот ролик снимать на ненавидимом Яном Хоу зеленом фоне. Ибо везти Мэй-Мэй в пустыню — в начале учебного года — идея такая себе.

В этот раз господин Ян (старший) пришел к режиссеру с готовым сценарием. Говорит, что он ему… приснился.

Шутку про «просто сны» я не озвучила. Тут был важнее вопрос. Хромакей? Из-за садика?

Эй, а как же мнение вороны? Пустыня на фоне Саншайн — это же отличное место!

— Пустыня Тяньмо ведь расположена близко к столице? — вырвалось у меня знание с уроков естествознания. — Я согласна.

Хотя окончательный план съемок не утвердили, разъехались мы все весьма довольные итогами переговоров. Ну, кроме мамочки. Ей отчего-то было страшно вообразить драгоценную дочку в пустыне.

Ничего, время есть. Переубедим.

Мы же выдвинулись — наконец-то — в сторону дома. Мама чуть ли не с порога двинулась на кухню. На ужин мы ждем Цзиня.

В сезон Чушу положено есть утку. Сегодня нам обещана нежнейшая утка в хрустящей кожице. И не только: ещё ожидаются пипися[1].

Нет, вы не ослышались. Многие слова и выражения для русского уха звучат хихикательно. Иногда даже дико. Но на самом деле это такое хищное ракообразное, весьма любимое моими соотечественниками в качестве еды. Так, мамочка поджарит пипися со специями, имбирем и чесночком. А можно и запечь, и в суп пустить — много вариантов для употребления пипися.

Цзинь явился раньше, чем батя. Мамуля была ещё вся в делах.

И с порога выпалил про канал и экстренную надобность.

Мы обе подзависли. Но Мэйхуа ждали дела на кухне, и она оставила меня «виснуть» в обществе гостя. Так я узнала про график «007» и предварительную готовность «Сокровищницы».

— Первый канал Баоку должен быть твоим, маленькая драгоценная племянница, — с воодушевлением вещал дядюшка, то и дело порываясь огладить меня по волосам.

Как котенка. От избытка чувств, наверное.

— Цзинь! — заглянула к нам Мэйхуа. — Ты так затискаешь А-Ли. Как не стыдно?

Тон был шутливый, если что.

— Она удивительный ребенок, — состроил «виноватое» (но не искреннее) лицо родственничек. — Разве можно удержаться?

— Если тебе так нравится тискать моего ребенка, — мамочка всплеснула руками. — Заведи себе одного.

— Или кошку, — пискнула эта ворона вдобавок.

— Я слишком занят на работе, чтобы заводить детей, — повинился Цзинь. — И для отношений тоже.

— Стоп, — замерла Мэйхуа. — А как же помолвка?