Беглянка (СИ) - Негодяева Любовь

- Давай.

Ложимся рядом и погружаемся в историю любви юной княжны.

В этот раз текст воспринимается легко и не вызывает головной боли. Но наша идиллия прерывается истошными воплями и стенаниями. Альма впадает в беспамятство и начинает бредить, время от времени выкрикивая неразборчивые фразы.

- Ммм… Вы не имеете права нас задерживать, - плаксиво уверяет невидимого собеседника и достает из корсажа какую-то бумагу. – Взгляните на охранную грамоту.

Брат мгновенно ориентируется в происходящем. Многозначительно подмигивает, ползет к женщине и вытягивает из скрюченных пальцев желтоватый пергамент. Разворачивает и озвучивает написанное:

- Подателя сего пропустить вместе с обозом без досмотра. Подпись и печать Стефана Тиронского. Вы можете проезжать, уважаемая распорядительница гарема, но письмо мы оставим у себя.

- Почему? – пищит жалобно.

- Таков порядок, - заявляет юный шельмец. – Документ нужен для отчетности.

- Как вам будет угодно, - моментально успокаивается и погружается в сон.

- Не стыдно? – вопрошаю с плохо скрываемой улыбкой.

- Ни капли. Вдруг нас будут искать или вылавливать на границе.

Укладываемся и продолжаем знакомиться с откровениями Аннетты.

- Не судите строго, - умирающая вновь начинает извиваться и невнятно мямлить. – Наследники престола должны рождаться от королевы! Беременные девки были всего лишь наложницами. Отпустите грехи! Я приготовила откупные. Вот, возьмите. В мешочке сто золотых. По десять монет за каждый уничтоженный плод.

- Дешево же ты оценила нерожденных драконят королевских кровей, - выдыхаю сквозь стиснутые зубы.

- Неужели мало? – бормочет растерянно и вытаскивает из кармана второй кошель, добавляя неуверенно. – Есть еще серебро и медяки.

Глаза Мигеля вспыхивают ненавистью. Он поднимается на ноги и шаткой походкой приближается к детоубийце.

- Ужасно хочется запихнуть эти деньги тебе в глотку, - шипит озлобленно. – Но мы не в том положении, чтобы отказываться от подарков судьбы.

Возвращается, расстилает кусок материи и высыпает добычу. По центру кладет охранную грамоту. Заворачивает края, сооружая подобие кушака, и наматывает на талию.

- Спрячь дневник, Аня. Она совсем плоха и не дотянет до утра.

- Хорошо, - исполняю просьбу, пристраивая тетрадь на животе, и крепко обнимаю расстроенного братишку. – Спасибо, что заботишься о нас.

- Мой племянник не должен голодать и испытывать нужду, - нежно чмокает в щеку. – Спи, сестренка.

Глава 11

Подскакиваем на заре от пронизывающего ледяного ветра, едва не остановившего наши сердца. Окружающее пространство вибрирует и звенит, слегка оглушая и дезориентируя.

- Что это? – вскрикиваю испуганно и потираю грудь.

- Альма умерла, - Мигель в ужасе трясет головой. – Старая бестия оказалась чародейкой. После кончины дар высвободился.

Встает на четвереньки, подползает к распорядительнице и стягивает с руки широкий браслет.

- Зачем? – нервно поеживаюсь. – Заметят же.

- Тсс, потом расскажу, - возвращается и закутывается в одеяло. – Закрой глаза и притворись спящей. Маги проснулись и сейчас примчатся.

- А обычные люди что-нибудь почувствовали?

- Нет. Поэтому никто не должен узнать о наших способностях.

- Угу, - шепчу понятливо. Закрываю глаза и стараюсь выровнять дыхание.

Вскоре в шатер вбегает Гектор и двое его подручных. По длинным косам сразу опознаю аристократов. Мужчины перекладывают управляющую на носилки, устланные пахучими белыми цветами и в полной тишине выносят на улицу.

- Подготовились, - с уважением тянет братишка. – Надо срочно одеваться и идти к реке. Жди тут, я сниму с веревки постиранные вещи.

Выскальзывает наружу и через несколько минут возвращается с добычей.

Спешно облачаемся и крадемся к берегу с пледами в руках. Один расстилаем под растущими у воды пышными кустами, вторым накрываемся и с интересом наблюдаем за происходящим. Воины возносят молитву, поджигают факелами высокий деревянный помост и отступают.

- Считается, что все одаренные, почувствовавшие жуткий холод, должны присутствовать на похоронах, - просвещает мальчик. – Высвобожденная энергия растворяется в эфире, но часть остается у магов и закрепляется дымом от погребального костра.

- Ты в это веришь?

- Да, - кивает подросток. – Наставник говорил, что каждая смерть делает нас сильнее.

- Возможно, он имел в виду нечто другое, - с сомнением качаю головой. – Но в моем мире нет магии, поэтому сложно судить о том, чего совершенно не понимаю.

- Тсс, - показывает пальцем на обернувшегося начальника охраны.

Понятливо киваю, устраиваюсь поудобнее и прижимаю к себе худенькое тельце.

- Давай еще немного подремлем, - предлагаю шепотом. – Ночь выдалась беспокойная.

Однако сон оказывается недолгим. Пробуждаемся от громогласных криков, топота ног и отвратительного запаха гари, витающего в воздухе. Слуги носятся с ведрами и тушат… желтый шатер.

Гектор сидит на поваленном бревне, меланхолично наблюдает за происходящим и добродушно косится на нашу парочку.

- Что происходит? – спрашиваю хрипло.

- Очередные происки Беатрис, - выдыхает с ненавистью. – Простите, недоглядел. Мерзавка уверена, что вы внутри.

- Вот тварь, - трет глаза Мигель.

- Хуже. По ее наущению казнили двоих моих предшественников и друга детства, - цедит сквозь зубы. – Все офицеры научены горьким опытом и опасаются вступать в открытый конфликт. Именно поэтому вынудил вас прилюдно взять с меня клятву. Побудьте пока здесь.

Поднимается и уходит к своему отряду.

- Вот бы про нас забыли, - мечтательно тянет мальчик.

- Можем попробовать уплыть, - посматриваю на воду.

- Течение слабое. Поймают. Лучше добраться с обозом до перевала и там присоединиться к купцам.

- Думаешь, парень догадался, по какой причине мы оказались на улице?

- Наверняка. Но доказательствами не располагает.

- Почему ты скрываешь дар?

- Не хочу становиться марионеткой в руках отца. Расскажу подробнее, когда выберемся из передряги.

- Будь осторожнее, - расчесываю пальцами его буйную шевелюру. – Предлагаю умыться, справить насущные потребности и дождаться перекуса. Кажется, Ксандера отправили за кашей для нас.

После завтрака охранники подхватывают края пледа и с ехидными улыбками на устах демонстративно возвращают потеряшек в лагерь. В войне с поджигательницей мужчины принимают нашу сторону.

Расширенные в неверии глаза фаворитки рассказывают окружающим о многом. Но надо отдать ей должное, несостоявшаяся убийца быстро справляется с волнением и кидается в атаку. У дамочки поистине железные нервы.

- Прохлаждаетесь на свежем воздухе, любуясь рассветом? - театрально вскидывает руки и приближается со стремительностью хищницы. – Чем ущербная нищенка собирается сегодня оплачивать проезд?

- С дефективной нечего взять, - присоединяется к балагану вездесущая Марьяна. – Только серьги остались.

- Дорогая, в них нет ни изыска, ни изюминки, - цокает языком доморощенная королева. Наклоняется и споро избавляет мои уши от отцовского подарка. – Дешевые побрякушки. Такие надевают только для похода на рынок.

- Смотрю, ты хорошо разбираешься в этом вопросе, - заявляю елейным голоском. – Верно говорят: можно вывезти купчиху с базара, но вывести базар из купчихи – никогда.

- Дрянь! – бросается с кулаками на лежащую оппонентку, но оказывается в крепких руках Гектора. Дрыгает ногами, грязно ругается и даже не замечает презрительных ухмылок работников, смакующих иномирную поговорку. – Ты не заслуживаешь путешествия в экипаже. Поедешь в кибитке.

- Не перегибай палку, - рычит начальник охраны.

- Отпусти! Думаешь, не вижу, как вьешься вокруг нее? Обязательно поведаю Стефану о твоем предательстве. Только посмей хоть раз приблизиться к отверженной и на собственной шкуре испытаешь всю силу монаршего гнева.