– Вот трусы, – кривится Бетрок, он явно неровно дышит к Кариан, – уже хочу знать их имена-фамилии, чтобы помочь полюбить желторотикам величественные стены Мракендарра!
– Давно ли сам был таким же цыпленком? – язвительно спрашивает Эльна. – То, что ты сейчас зелененький, не значит, что такой уж боевой.
– Талфин, – прищуривается с презрением Мирен, – ты попала на боевку, потому что руководство академии никак не могло сообразить, куда еще засунуть девицу с траурной каймой под ногтями. Иди копайся в костях и не лезь, когда настоящие маги разговаривают.
– Ты давно на дуэль не ходил, Мирен? – спокойно спрашиваю, сложив на груди руки, а внутри все кипит.
Этот паренек явно метит на место блондина Эфлона, но при этом ему до Вальдера как червяку до горгульи.
– Остынь, Летхит, – грубовато бросает Бетрок, но я вижу, что он присмирел.
Некоторые просто неисправимы. Академия в целом, и наш начальный факультет, в частности, пережили такую трагедию, но вместо того, чтобы стать серьезнее и осторожнее, мы снова лезем в драку.
– Приветствую будущих мастеров, – здоровается с нами преподаватель. Его взяли в Мракендарр вместо доцента Илхима.
– Я – магистр материальной магии, Ленон Деломар, – представляется молодой рыжеволосый мужчина с густыми усами, похожими на щетку для мытья полов. Зачем ему под носом такое?
Невольно вспоминаю одного из своих бывших одноклассников, у которого начали бурно расти волосы на лице перед выпускным. К окончанию экзаменов он уже зарос по самые брови.
– Зачем ты отращиваешь ЭТО? – спрашивали его остальные.
– Потому что могу, – гордо говорил он и смотрел на девчонок свысока, намекая, что им такая роскошь недоступна, – потому что могу, дамочки!
Кирр Деломар, как мне кажется, разбил под носом рыжий газон примерно с такими же мотивами, потому что в остальном новый магистр выглядел как вчерашний студент.
– Увлекательнейший предмет, изучением которого мы с вами займемся, – вдохновенно продолжил магистр, – Новейшая история магических практик. На первом курсе вы изучали можно сказать, вводные, очень общие данные. У нас с вами будет конкретика. Только работающие методы, доказанные многократно и применяемые в наши дни. Мы будем говорить о становлении современного магического сообщества. Разве это не завораживает?
– Честно говоря, не очень, – насмешливо заявляет Бетрок Мирен. Его наглость растет вместе с ним.
– Мирен, – шипит Леяра Карлон, третья девчонка на боевом, – ты мешаешь слушать магистра Деломара.
– История – мертвый предмет! – не успокаивается Мирен. Он явно решил прощупать границы и, если выйдет, сломать нового преподавателя. Бетрок грезит о лидерстве, а вот с мыслительной деятельностью у него не все хорошо.
Под рыжей щеткой сжимаются челюсти, так что на щеках Ленона Деломара желваки ходят ходуном.
Аудитория замирает, предвкушая противостояние. Кто кого?
Сможет ли молодой преподаватель поставить на место зарвавшегося юнца-второкурсника?
Мне очень хочется, чтобы Ленон Деломар нашелся, ответил так, чтобы гаденыш Мирен покраснел и утянулся под стол, поверженный остроумным замечанием.
Магистр сжимает и разжимает кулаки, словно хочет наброситься на Бетрока. А тот развалился на стуле и смотрит на преподавателя с мерзкой усмешкой.
И тут со стола позади Бетрока срывается увесистый первый том “Новейшей истории” и с бешеным ускорением врезается в бритый затылок парня.
Мирен орет и падает лицом вниз на стол.
В аудитории взрыв хохота.
– Кто… кто это сделал? – срывающимся голосом спрашивает Деломар.
– Это Летхит! – рычит Бетрок, с усилием отрывая лицо от столешницы. Он с бешенством смотрит на меня, кривит окровавленные, разбитые от резкого и сильного удара губы.
– Кроме нее некому! – делает он странный и нелогичный вывод. Это настолько абсурдно, что все наверняка в это поверят.
4.3
– Я наслышан о вас, адептка Летхит.
Пухлые губы под рыжей обувной щеткой выгибаются в обиженную скобочку.
Магистр Деломар оставляет меня после урока, тактично решил побеседовать на перемене, а не при всех.
Бетрока уводят в целительскую. Уходя, он грозит мне кулаком. Что за идиот?
У Ленона Деломара глаза тоже почти рыжие. Светло-коричневые, в оранжевую крапинку.
Молодой магистр испуган, он на первом занятии столкнулся с отвратительным, неприглядным студенческим конфликтом и не знает, что делать.
– Вы известны своим обостренным и не всегда уместным чувством справедливости, которое порой действует во вред общему делу, – продолжает Деломар, – и то, что вы активно участвовали в разоблачении заговора, скорее, побочный эффект, чем ваша заслуга.
Выдав эту резкую, почти обличающую тираду, Ленон Деломар замирает, словно боится моей реакции.
Что ему там обо мне нарассказывали? Я не душегуб какой-то, на преподавателей бросаться, хоть с магией, хоть голыми руками.
– Из этих соображений вы решили поверить Бетроку Мирену? – спокойно спрашиваю, а внутри струна натянулась, вот-вот лопнет.
– Поймите, керни Летхит, – он с шумом втягивает воздух через ноздри, чуть не закашлявшись, – я еще не знаю вас всех лично. Ориентируюсь на объективное мнение руководства и собственные впечатления. И да, вы именно так и выглядите. Как девушка, способная наказать нахала, не считаясь с обстоятельствами. В данном случае это было совершенно лишним.
– Я ничего не делала, – говорю просто, не пытаясь оправдаться, – но у Бетрока ко мне старые счеты. И он по какой-то причине уверен, что является центром моего мира. Мне до его глупостей и дела нет никакого. Я бы не стала тратить на него силы.
Магистр вздыхает с видимым разочарованием.
Наглеца у него на место поставить не вышло, провести беседу по душам с местной бунтаркой тоже. Полный воспитательный провал. А еще и у студента рыльце разбито.
Подчеркнуто уважительно прощаюсь с ним и спешу на следующий урок.
По расписанию у нас занятие только для боевого факультета, совмещенное с третьим курсом. Очень интересно, как по мне.
Предмет называется “Дуэльные практики”. Очень не хочется оказаться в паре с Бетроком, если уж на то пошло.
Преподаватель – пожилой и очень резкий профессор Максан Рамта. Смуглый, с орлиным носом и пронзительными черными глазами. При этом совершенно лысый, с татуировкой на черепе в виде атакующей кобры.
Он внимательно нас оглядывает, задерживая на каждом взгляд.
Потом с неудовлетворением изрекает:
– Слишком много девчонок. Женская магия слишком мягкая. Вам больше подходят бои подушками, нежели жесткие мужские практики.
Парни приосаниваются, горделиво переглядываются. Довольный Бетрок Мирен лыбится и ойкает, хватаясь за пораненную губу.
– Или кто-то хочет доказать обратное?
– Я! – Эльна Талфин поднимает руку явно прежде, чем успела это обдумать.
– Ведьма? – фыркает профессор Рамта. – Что ж, покажите ваши темные штучки. Будете закидывать противника кроличьими лапками или дуть в лицо травяной порошок?
– Это отличный способ отвлечь внимание оппонента, – спокойно произносит Эльна. Но блеск в ее глазах выдает злость.
Мне кажется, наш новый преподаватель специально выводит нас на эмоции. Такова специфика обучения боевой магии.
– Кто составит пару юной адептке… как вас зовут? – профессор пристально смотрит на Эльну, и я вижу веселые искры в черных глазах.
– Эльна Талфин, – четко, ровным голосом отвечает приятельница.
Сразу трое поднимают руки, среди них – Бетрок Мирен и двое третьекурсников.
– Кестор Альви, – командует профессор.
Со своего места поднимается высокий, крепкого телосложения парень с короткими темными волосами. Его улыбка кажется свирепой.
– Да прольется магия! – сипло говорит Альви, направляясь к “дуэльному пятачку”, предназначенному для далеко не безопасных практик.
Эльна уже ждет своего противника, сложив на груди руки.
И кажется, я испытываю куда больше опасений за исход поединка, чем она сама.
