(древняя) Душевная хозяйка Темного лога (СИ) - Соловьева Елена

Мне вспомнился Дрим.

То, как радостно он скакал вокруг еды и с какой жадностью поглощал ее. Но паучок слишком мал, чтобы принести огромное блюдо из рощи в дом. Если только…

— Или что? — напомнил о себе Максимус. — Ты придумала себе разумное оправдание?

Вообще-то да. Вот только его вряд ли можно назвать разумным.

Впрочем, смотря с какой стороны смотреть.

Смогла же я перенестись из обычного мира в мир магии. Значит, верить в существование последней просто обязана. А если учесть тот факт, что переместилась я после укуса Дрима… Словом, все мои неприятности так или иначе связаны с этим пауком. Самым разумным в этой ситуации было бы выдать Максимусу настоящего преступника, и пусть он сам с ним разбирается. По-своему, по-паучьи. Но вот незадача: в этом случае велика вероятность моего полного разоблачения. Узнав, что я пришелица из иного мира, глава ковена не просто вышвырнет меня из Темного лога, а сотрет мой след с лица этого мира.

Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Признавать причастность Дрима — означало раскрыть свою тайну, но и молчать было опасно: Максимус явно не собирался отступать.

— Вижу, ты что-то знаешь, — произнес он, делая шаг вперед. Его глаза, похожие на темные омуты, внимательно следили за моим лицом. — В твоих интересах рассказать правду.

— Может быть, происходящее как-то связано с магией? — предположила я, не высказывая всей правды. — Вчера во время уборки я увидела, что светильники на лестнице горят странным голубым светом. Но потом он исчез. Вдруг, именно в этот момент в доме появилась еда?

Уже второй раз я оказываюсь в неловкой ситуации, из которой сложно найти выход. Практически невозможно. И что бы я ни говорила, как бы ни оправдывалась, все звучало совершенно неправдоподобно. Настолько, что я сама себе не верила.

Но Максимус отнесся к моему заявлению серьезней некуда.

— Голубые огни? — уточнил он с некоторым воодушевлением.

— Именно, — подтвердила я. — Мне подумалось, что именно ты зажег их. Но теперь понимаю, причина в другом. Ты не оставлял угощений. Не зажигал светильников и не переносил меня с улицы на диван в гостиной.

— Как раз последнее сделал я, — признался Максимус с некоторым, как мне показалось смущением. — Какие бы ужасные слухи ни ходили про нас, арахносов, мы не настолько жестоки, как о нас рассказывают. Я не мог оставить тебя, бессознательную, на улице.

Его слова застали меня врасплох. В глубине души я ожидала услышать что угодно, но только не признание доброты. На мгновение я почувствовала себя глупо, осознав, что все мои предубеждения могли быть ошибочными.

— Спасибо, — произнесла я тихо, стараясь скрыть свое удивление. — Но что касается остального… Я, правда, не знаю, что происходит в этом доме.

— Прежде, когда Богиня была с нами, ее магия распространялась далеко за пределы нашего обиталища, — задумчиво проговорил Максимус, и его необычные фиалковые глаза приобрели невероятно яркий оттенок. — Была она и в Темном логе. Но с уходом богини ушла и магия. Иногда она еще проявляется на наших землях. Стихийно. Вспышками.

— То есть магия все же могла переместить подношения в дом? — поинтересовалась я.

Странное объяснение, но хоть что-то.

— Вероятность мала, но она существует, — признался Максимус. — Могу я осмотреть светильники?

— Разумеется, — согласилась я и проводила его к лестнице.

Максимус долго обследовал каждый светильник, внимательно изучая конструкцию и расположение. Его сильные гибкие пальцы скользили по старинным кованым узорам, словно пытаясь уловить остаточные вибрации древней магии. Но вскоре разочарованно качнул головой.

— Если магия и была, она ушла, — признался он. — В какой момент светильники погасли?

— Когда я притронулась к ним, — призналась, отчего-то смущенно.

— Протяни руки вперед, — попросил Максимус.

Так, что отказать просто невозможно.

Как загипнотизированная, я смотрела в его необычные глаза. А потом почувствовала прикосновение. Он взял мои руки в свои, и в этот момент словно электрический разряд пробежал по моим венам. Его пальцы были прохладными, но в том месте, где они касались моей кожи, возникало странное чарующее тепло.

Глава 14

Волшебство продолжалось всего несколько секунд, но за это время у меня успела пробежать перед глазами вся жизнь. И прошлая, и настоящая. Но вот Максимус выпустил мои руки из своих. Сделал это нарочито медленно, как будто с сожалением.

— Я не чувствую в тебе магии, — признался он. — Наверное, это и к лучшему.

— Мне тоже так кажется, — призналась я, пытаясь унять внезапно участившееся сердцебиение. — С магией мне не справиться. Я привыкла полагаться на опыт, знания. На то, что можно объяснить рационально.

Максимус внимательно посмотрел на меня, его глаза словно пытались прочесть мои мысли. Кажется, я сболтнула лишнего. Или нет? Ведь если в их мире не у всех есть магия, значит, есть и те, которые не признают ее вовсе.

— Возможно, дело не в тебе, а в самом доме, — задумчиво произнес Максимус. — В Темном логе. В земле, где прежде ступала нога Богини.

Я невольно огляделась вокруг, словно ожидая, что стены заговорят со мной.

— Но почему тогда светильники погасли именно тогда, когда я к ним прикоснулась? — спросила, чувствуя, как в груди зарождается тревога.

— Иногда катализатором может стать любой человек, — ответил Максимус. — Особенно если он оказывается в нужное время в нужном месте. Но еще проще объяснить все случайным совпадением. Магия появляется внезапно, и так же внезапно исчезает. Тебе лучше не вмешиваться в это.

Его слова повисли в воздухе, создавая вокруг нас невидимый кокон напряжения. Я заметила, как его взгляд скользит по моему лицу, словно пытаясь разгадать какую-то загадку.

— Мне кажется, или ты что-то пытаешься от меня скрыть? — внезапно произнесла я, сама удивившись своей проницательности.

Максимус на мгновение замер, а затем мягко улыбнулся:

— Возможно. Но не все тайное стоит делать явным. Ты, хоть и выросла в Темном логе, знаешь о нем слишком мало. К тому же пугаешься пауков. Не говори, что это не так. Мое истинное обличие привело тебя в ужас. Настолько, что ты свалилась в обморок.

Он сделал шаг назад, создавая между нами дистанцию, которая, казалось, только усилила возникшее между нами притяжение.

— Прости, — прошептала я, отводя взгляд. Сложно спорить с фактами и отрицать очевидное. Да и ни к чему. — И спасибо за то, что…

Я не завершила фразу. Но Максимус догадался сам.

— За то, что пришел к тебе человеком, — проговорил он с горькой усмешкой. — Не за что. Иногда полезно практиковать обращение. Ведь это единственный дар Богини, которым мы еще можем управлять. Так что это мне стоит поблагодарить тебя за то, что объявилась в Темном логе и, несмотря на свой страх, побеседовала со мной.

Его слова эхом отозвались в моей голове, а я все еще чувствовала тепло его рук на своих ладонях.

В воздухе повисла тяжелая пауза, наполненная невысказанными словами и невыраженными чувствами. Я подняла глаза, встречаясь с его проницательным взглядом, в котором читалась смесь понимания и печали.

— Ты не обязана принимать мою сущность, — продолжил он, словно прочитав мои мысли. — Многие не могут. Но знай: ни я, ни другие арахносы не причиняем вреда тем, кто не угрожает нам и нашему существованию. Ты можешь оставаться в Темном логе столько, сколько пожелаешь. Но… — Сделав небольшую паузу, он кивнул, мысленно приняв решение, а после продолжил: — Но я бы настоятельно посоветовал тебе не настраивать арахносов против себя, даже нечаянно. Если ты взяла чужое, пусть по случайному стечению обстоятельств, эту потерю стоит возместить.

— Принести богине другой дар, взамен утраченного? — предположила я. Дождалась утвердительного кивка и, сжав кулаки, выдохнула: — Очень постараюсь. Хотя пока слабо представляю, что могу предложить взамен. Я… У меня…