В объятиях пламени (СИ) - Айт Элис

— Но это уже третий день подряд, господин! — робко возразил мальчонка.

Эска молча поразилась логике мастера. Ребенок и так тощий, кости торчат. Если его еще больше морить голодом, о каких музыкальных успехах можно говорить? Да он еле этот барабан держит, какой уж тут ритм!

— Значит, на четвертый наконец заиграешь нормально! — огрызнулся учитель и внезапно отвесил мальчишке оплеуху. — Родители за тебя опять не внесли деньги. Думаешь, в гильдии тебя только из-за жалости будут держать?

— Но мастер… — попытался заспорить маленький барабанщик.

Следующая оплеуха свалила его на колени. Мальчишка застонал, схватившись за краснеющую сторону лица.

— Не вой тут мне! — отрезал наставник. — А то прикажу старшим мальчикам переломать тебе руки. Все подтвердят, что ты сам покалечился. Вернешься домой вообще ни к чему не годный. Может, родители тогда хорошенько подумают о том, как бы заплатить за твое обучение заранее, а не тянуть постоянно!

Терпение Эски лопнуло. Она и до побега, пока ее дар не проявился, не жила на широкую ногу и прекрасно знала, каково это — гадать, будет чем заплатить в следующем месяце за обучение или нет.

Жестокость мастера и вовсе не вписывалась ни в какие рамки. Это же надо — заставить других учеников переломать руки ребенку только потому, что за него вовремя не внесли плату! Ясно, что «непопадание в такт» тут ни при чем. Мастер всего лишь срывает злость на мальчике. Наверное, сам проигрался в кости или потратил все деньги на шлюх, а теперь кто виноват? Ученик, конечно!

Кончики пальцев опять закололо, но на сей раз девушка решила не сдерживаться. Рассудок подсказывал, что, пусть она поджарит мастера хоть дотла, ребенку это не поможет, деньги на обучение из воздуха не возьмутся, и в гильдии на барабанщика продолжат смотреть косо. Но, по крайней мере, ему перестанут угрожать битьем! А может, если наставник несколько дней проваляется в постели с ожогами в интересном месте, то мальчика все это время будут кормить, как положено. А там уже и плата поступит.

В общем, дело стоит риска.

Она позволила энергии выйти через пальцы, сформировала из нее огонек размером со свечной и медленно направила к мастеру, который как раз наклонился к ребенку, продолжая ему угрожать. Рубашка задралась. Два прямоугольника штанин, сходящиеся вместе широким швом, представляли собой отличную мишень…

— Ай! — заорал наставник, когда его зад в прямом смысле полыхнул огнем. — Какого демона?!

Эска хихикнула, довольная произведенным эффектом, и развернулась. Пора было проскользнуть между повозками обратно, затеряться в толпе и не возвращаться на площадь несколько дней, пока шумиха, вызванная подгоранием грубого мастера, не поумерится.

Но девушка сразу же, не успев сделать и шага, уткнулась в мужскую грудь. На предплечье будто железными оковами сомкнулись чужие пальцы. Эска оцепенело подняла голову, и первым, что она увидела, были мрачно смотрящие на нее глаза странного желтого цвета, как у кошки. Затем — низко натянутый капюшон и лицо с жесткими чертами.

— Запретной магией, значит, обладаем, — утвердительно произнес незнакомец, и в его взгляде читался приговор.

«Каратель», — пронеслось в голове Эски, и сердце ее упало.

Поймали. Все кончено. Ее сожгут. А раз так…

Какая разница, умереть сейчас или завтра?

И девушка выпустила всю накопленную колдовскую энергию.

Глава 4

Позже Арген задумывался: в тот день проблемы искали его или он сам отчаянно на них нарывался?

Беседа с Пеллеком не клеилась. Сержант любил поболтать, Арген, наоборот, нет, и его молчание раздражало собеседника. Не успели они дойти до бани, как между ними уже повисла гнетущая тишина.

— Сократим через Торговую площадь? — предложил Пеллек.

Оттуда звучала музыка. Она могла заполнить досадную пустоту в их разговоре, и Арген кивнул — все что угодно, лишь бы не вымучивать поводы для бессмысленной болтовни.

Там-то он и почувствовал, что что-то не так.

Вступая в орден, каратели получали дар к магии, а вместе с ним — способность ощущать колдовскую энергию. Братьев натаскивали, как охотничьих псов, чтобы они улавливали ее издалека и могли по энергетическому следу выследить мага или артефакт.

И прямо сейчас где-то совсем рядом либо применяли артефакт, либо колдовал маг.

Судя по тому, что Пеллек резко остановился и повел носом, будто принюхиваясь, он тоже это заметил. Мужчины переглянулись и, не сговариваясь, двинулись в одном направлении — к нагромождению телег и повозок.

Высокому и плечистому сержанту было тяжелее пробраться через толпу танцующих на площади людей, и Арген его опередил. Он ринулся в лабиринт между фургонами и успел увидеть, как над склоненным гильдейским мастером, похоже, собирающимся отлупить мальчишку-ученика, вздымается огненный сполох.

Риски каратель оценил мгновенно. Мужчине вряд ли грозило что-то серьезнее пары-другой ожогов на мягком месте. Пламя вспыхнуло достаточно далеко от повозок, и те загореться не могли, к тому же оно сразу погасло. Никто не смог бы доказать, что магия вообще применялась.

Если бы не присутствие девчонки, так увлекшейся процессом, что она уткнулась прямо в Аргена.

Колдовская энергия кипела внутри нее, не давая ошибиться. Это она создала огонь. Интересно, зачем? Этот человек ее чем-то обидел? Она хотела отомстить? Явно же не убить пыталась, самое большее — насолить.

Каратель схватил ее за руку скорее машинально, чтобы не отпрянула. Сильным противником девчонка быть не могла. Худенькая, еще ниже Аргена — боец из нее никакой. Это и по глазам видно. Серые, такие растерянные — два озерца, расплескавшиеся на светлом лице со вздернутым носиком.

За годы охоты Арген повидал разных магов: мужчин и женщин, детей и стариков. Поэтому он удивился не тому, что девушка лет двадцати на вид оказалась колдуньей, а тому, что она решила колдовать в подобном месте, на одной из городских площадей, да еще сотворила такую мелкую пакость.

По-детски как-то, что ли. Обычно маги если и демонстрировали свою силу прилюдно, то уж разменивались на что-нибудь серьезное — покушение на короля или кардинала, разрушение собора или кражу ценных предметов.

Короче говоря, никак не прожжение штанов пожилому гильдейцу.

Арген смотрел на нее больше с любопытством, но годами выработанные привычки победить было сложно, и губы уже произносили:

— Запретной магией, значит, обладаем.

Девчонка застыла, в глазах волной прокатилась паника. А затем…

Энергия вспыхнула в ней с такой силой, что Арген как будто на миг ослеп и инстинктивно шагнул назад, выпустив преступницу.

Поразительно. Захдарцев не зря в народе называли магопоклонниками. Они холили и лелеяли своих магов, любых, не только целителей, строителей и садовников, выявляли их с детства, отделяли тех, чьи способности получалось отнести к боевым, и тренировали, превращая ко взрослому возрасту в идеальные орудия убийства. Пару раз Арген сталкивался с боевыми магами захдарцев и чувствовал их страшную энергию, которой, случалось, уступали даже каратели, тоже натренированные на убийство колдунов.

Но эта девушка была сильнее. Ее мощь сверкала алмазом — пока неограненным, но Арген не сомневался, что, попади она, к примеру, в руки тех же захдарцев, то они превратили бы ее в массовую убийцу за какую-то пару месяцев. Уже сейчас она могла бы запросто спалить несколько человек разом. Аргену со всем его опытом пришлось примыкать к наемникам Вигера, чтобы добиться того же самого.

Только потенциал — это еще не гарантия успеха.

Будь на месте девчонки кто-то другой, он бы умер в мгновение ока. Каратель мог остановить ее сердце собственными чарами или метким броском всадить нож ей в глаз. Арген никогда не промахивался — на то была воля Божья.

Однако сейчас он не чувствовал, что это необходимо, а чутье его еще никогда не обманывало.

Поэтому Арген не стал атаковать и продолжал стоять на месте, глядя на девчонку.