Тайна рода (СИ) - Уточкин Вячеслав

— Ты… ты, — завизжал он, — уехал на отправленной за мной машине!

Мне резко поплохело. Я вдруг почувствовал инородную гадость, подмешанную в кровь. Отдал приказ вернуться к исходному составу и стёр злорадную улыбку с лица лысого фразой:

— Нехорошо. Целитель так себя вести не должен.

Погрозил ему рукой с зажатым в ней Ухнебом.

Лысый выпучил глаза и процедил сквозь зубы ругательство.

— Не хами, — вежливо попросил я. Сразу после этой фразы в моей голове произошёл микровзрыв боли.

Перед глазами всё поплыло. Возникла какая-то серая рябь. По рукам прошло лёгкое онемение.

Нанопаучки быстро вернули меня в норму.

Ну, он напросился! Третьего удара я ждать не стал. Отправив Ухнеб и Вамп в инвентарь, шагнул вперёд и пробил классическую «двоечку». Левой в лицо, дабы сбить фокус внимания. Правой сразу следом, жёстко, в челюсть.

Прошли оба удара. Глаза лысого закатились, и он рухнул к моим ногам.

Я не удержался. Вытянул руку и, как заправский рефери на ринге, начал отсчёт:

— Раз. Два. Три…

Джентльмен и Кукольники замерли в ожидании. Секретарь, которого впихнули к нам в кабинет, затаил дыхание.

— Девять. Десять! — Я рубанул ладонью воздух. — Нокаут. Победитель — я.

Тот, что хотел меня придушить, предпочёл молча вернуться на своё место.

Целитель быстро пришёл в себя. Сел. Одним выверенным движением вправил челюсть. С уважением пробежался по мне взглядом.

— Игрок? — кратко спросил он.

Я отрицательно мотнул головой.

— Дракон?

Вместо ответа я достал из инвентаря Сфинкса.

Повисла тишина. По лицам стало понятно — не верят! Не может фигура среднего ранга иметь такие силы.

Секретарь, вежливо поклонившись, вышел. Кукольники мыслями ушли далеко-далеко. Джентльмен начал жевать свой галстук. А целитель буркнул под нос что-то из камасутры.

Поняв, что больше ничего интересного не предвидится, я достал из инвентаря последний свиток портала. Но сломать печать не успел.

Джентльмен выплюнул свой галстук.

— Позвольте представиться, — сказал он, вставая.

Я величественно кивнул.

— Премьер-министр Великобритании. Майкл Саакар.

— Очень приятно, — ответил я, вызывая в памяти двор моего особнячка в Выборге.

Увидев, что я собираюсь сломать печать, премьер зачастил:

— Князь Медведев, прошу уделить нам время для беседы.

Я, тяжело вздохнув, убрал свиток и сел в свободное кресло. Поднял бровь, мол, ну?

— Вы не возражаете, если целитель сделает краткий доклад? — продолжил премьер.

Я пожал плечами. Мол, против целителя ничего не имею. Но если что, то я его…

Целитель встал и подошёл к столу с противоположной от меня стороны.

— Эпидемия перестала распространяться. Инсектоидная аллергия первого типа шестого класса сохранится у заражённых до конца их недолгой, но мучительной жизни, — он сделал короткую паузу. — Карантин по Лондону можно снимать.

В комнате повисла тишина. Только Кукольники хлюпали носами, напоминая всем злодеям: наказание обязательно их догонит. Все смотрели на меня с надеждой и ожиданием.

— Ну нет, вы совсем обнаглели, — возмутился я. — Нападаете, похищаете, грозитесь, а получив ответку, вдруг спрашиваете: «А нас-то за что?»

— Я всё понимаю, — тяжело вздохнув, премьер вытер слезящиеся глаза. — Сейчас вопрос в другом. Можете ли вы помочь? И во сколько нам это обойдётся?

Проснувшийся во мне хомяк тут же выкатил мысленный баннер: «Полцарства и принцессу». Потом подумал и аккуратно принцессу зачеркнул.

Вообще, вылечить десяток человек я мог. Модифицированные наноагенты плюс свойства крови после одноимённой Дороги. Всё это я прокручивал в голове, задавая вопрос:

— Сколько всего больных?

— По предварительным, но не полным данным, — сухо заговорил целитель, — чуть больше двадцати тысяч.

— Откуда столько? — возмутился я такой цифре.

Премьер ответил кратко:

— Туристы за сутки разнесли заразу.

Мой слух уцепился за слово «сутки». По моим внутренним часам суток ещё не прошло.

— Какое сегодня число? — озабоченно спросил я.

— Шестое октября, — спокойно ответил премьер.

Шесть дней выпали из жизни. Меня по полной накрыл вопрос: что происходило в Выборге в моё отсутствие?

Глава 5

Сделка

— Та-ак, мне срочно нужно домой, — я снова достал свиток из инвентаря. — Потом я готов обсудить наши дела.

— Постойте! Вы можете решить их по переговорнику? Или ваше присутствие там обязательно? — задал вопрос премьер.

А почему бы и нет.

Я опять убрал свиток и достал переговорник. Связи не было. О чём я не преминул сообщить премьеру. Тот нажал незаметную кнопку на столе. В дверях почти сразу возник секретарь. При взгляде на меня в глазах у него проскакивало восхищение. Видимо, секретарь был поклонником бокса.

— Срочно переговорник для межконтинентальной связи, — приказал премьер.

Через минуту я держал тяжёлый брусок с длинной антенной. Набрал номер Ордынской.

— Слушаю, — голос спокойный, но сухой.

— Ольга Субудаевна, это Медведев беспокоит.

— Миша, ты где⁈ — Её голос, сорвавшись, устремился к панике. — Почему номер незнакомый? Почему связь межконтинентальная?

— У меня всё в порядке, — попытался я её успокоить. — Был занят. Сейчас звоню из Лондона. Как обстоят дела у вас?

Похоже, мой ответ Ордынскую не успокоил.

— Я сейчас соединюсь с посольством, — напряжение в её голосе достигло пиковых значений. — Скажи, куда подъехать.

— Отставить панику, — скомандовал я. — У меня действительно всё нормально. Что у вас? И будет ли критично, если я задержусь на пару часов?

Я услышал, как Ордынская занялась дыхательной гимнастикой. Вот за это я её уважаю. Мгновенно взяв себя в руки, она чётко рассказала:

— Пару часов не критично. Все, кроме Акакия, на ногах. С бронепоездом вопрос решили. Ждём.

— Принял, — я разорвал связь и пристально оглядел присутствующих.

Премьер и Кукольники поёжились. Целитель выставил руки вперёд и затараторил:

— А я тут вообще ни при чём!

Я достал из инвентаря Бубен и колотушку. Реакция на артефакт была весьма выразительной. Кукольники ещё больше рассопливились. Премьер поморщился, как будто я достал не бубен, а покупку из секс-шопа. Целитель хлопнул себя по лбу.

— Ну конечно, — простонал он, — ты из ордена Шаманов. Это всё объясняет.

Не успел я поинтересоваться, что это за орден такой, как в разговор влез Бубен.

— Михаил, я хочу заключить сделку, — грустно заговорил он.

Я недоверчиво и внимательно взглянул на него. Выглядел Бубен потрёпанным. Он и до этого не был в идеальном состоянии. Но сейчас его внешний вид был близок к помоечному.

— Ну и? — настороженно спросил я.

— Михаил, я веду себя прилично. Во всяком случае, стараюсь, — Бубен вздохнул и с тоской закончил:

— А ты за это не отправляй меня в инвентарь.

Вот тут я понял причину его воспитанного поведения. И решил выжать из ситуации максимальную пользу.

— Да ты что? — проникновенно сказал я. — Как я могу в своих опасных походах рисковать столь ценным артефактом?

— Да что мне будет? — возмущённо зазвенел Бубен. — Я неразрушимый артефакт! В бою прикрою. Причём безо всяких просьб с твоей стороны.

Все в кабинете с интересом слушали наш разговор, не влезая в него. Но премьер уже нетерпеливо ёрзал на месте.

— Ну-у, — протянул я. — Тут такое дело. Ты не вовремя влезаешь в мои разговоры. А в инвентаре есть два моих товарища. Они всегда готовы поддержать диалог.

Одновременно я одарил премьера своей фирменной улыбкой. Он тут же подавился фразой, которой хотел прервать мой воспитательный процесс.

Меж тем Бубен аж затрясло от раздражения.

— Ага, поддержат! Правильнее сказать, Ухнеб подержит, а Вамп морду набьёт.

Я почти сочувственно хмыкнул. И наконец услышал чёткое обещание, к которому вёл весь разговор.

— Клянусь мысленно просить разрешения на свои реплики. Вот честно-пречестно.