Памир. Дилогия (СИ) - Шаман Иван

– При одновременном нападении с востока и запада, при поддержке предателей внутри армии, они могли быстро перекрыть течение реки и взять нас в клещи, – обозначив направления, сказал Жиль Рене. – У одной из групп, самой упорной, сдавшейся лишь после того, как была уничтожена вся техника, были найдены гигантские бомбы со сложным химическим устройством: стеклянная спираль с жидкостью внутри другого вещества. Один удар детонатора, и всё в десятках метров вокруг просто испарилось бы.

– Не сомневайтесь. Они собирались уничтожить Китеж, – обманчиво спокойно сказал Моисей, словно волна отлива, перед обрушивающимся цунами. – Они знали, где мы будем. Но главное – знали заранее, за месяцы до того, как мы переместили город.

– Заговор? – неожиданно высоким голосом спросил грандмастер огня и, прокашлявшись, продолжил: – Как они могли знать, если мы сами были не в курсе ещё полгода назад?

– Ну, положим, мы знали раньше, когда согласовывали свои планы с царской канцелярией, – уточнил Жиль Рене. – Но у нас было несколько вариантов, так что наверняка могли знать лишь немногие. Чиновники высшего звена в государственном аппарате, присутствующие здесь и узкое окружение графа Вяземского.

– Пока у нас нет твёрдых доказательств, и мы должны рассматривать все варианты, – кивнул магистр. – Канцелярию перетряхнут. Если нужно – будут пытать всех, через кого проходили документы. Со сподвижниками графа тоже поговорят, вполне возможно, что его срок на этом посту закончится сильно заранее. Остаются лишь присутствующие.

После его слов несколько голов инстинктивно повернулись к выходу, который исчез, словно его и не было, теперь на месте двери была ровная каменная стена.

– Но, зачем нам совершать такую глупость? – задала риторический вопрос Ясвана. – Это наш дом, наш храм и наша школа. Здесь всё, чем мы живём. К тому же разве эта бомба не уничтожила бы и предателя вместе с городом?

– Это сложный вопрос. Он мог не знать о бомбе или рассчитывать, что в этот момент он будет далеко, например, на восточной стене делать вид, что сопротивляется вторжению, пока войска османов обходят нас с севера, – ответил Жиль Рене. – К счастью, мы абсолютно уверены в нашем единственном грандмастере камня, ведь он в самом деле почти часть этого города, и для него разрушение Китежа стало бы самоубийством. Поэтому мы собрались здесь. В полностью замкнутом камне…

Я с такой детской прямолинейности чуть не рассмеялся. Да если один из них предатель. Значит, он минимум полгода жил под давлением, работал на врага и врал всем окружающим. Сдаться при такой мелочи, как каменный мешок? Ерунда полная.

– Вы свихнулись? Один из нас предатель? Да ещё и… вы намекаете на одного из нас? – махнул на магов пламени их наставник. – Ведь это нас бы поставили в первую линию обороны, тушить вражеские заклятья огня! В самое пекло!

– Что‑то тут становится душно, – пробормотала Ясвана, взмахом ладони создав ветерок себе в лицо. – Вы же понимаете, что камень давит на нас сильнее, чем на остальных? Убивает всякое движение, перекрывает доступ к кислороду, да ещё и в такой нервной ситуации. Тут нервы могут сдать совсем не у виноватых.

– Прекрасно понимаем. Но даже будучи едины со своими стихиями, вы в первую очередь люди, – успокаивающе проговорил Моисей. – Здесь есть все удобства, еда, вода, воздух. Всего в достатке. Вам придётся побыть здесь. Всем, включая Рене. Пока я ловлю Рустама. Кто‑кто, а он точно должен быть в курсе всех планов врага, в том числе знать, кто предатель. Не беспокойтесь, много времени это не займёт. Устраивайтесь поудобнее. Вы тоже, молодой человек, раз уж пришли.

– Но я‑то точно ни при чём.

– Вы помогли раскрыть этот заговор. Так что в этом есть часть и вашей заслуги. К тому же посидите, составите компанию своему будущему наставнику, – спокойно сказал магистр и увлёк меня за собой.

– Вы же понимаете, что глупо пытаться расколоть их вот так? – шёпотом поинтересовался я, когда мы отошли в сторону. – Это просто не сможет сработать.

– Для обычных людей это довольно просто, – кивнул Моисей Иоаннович. – Но для магов такой силы, отрыв от своей стихии надолго вызывает физические мучения. Поверьте, молодой человек, им уже сейчас очень нехорошо. Часов через восемь, когда я вернусь, если они не попробуют убить друг друга или выбраться, будут готовы рассказать что угодно, лишь бы покинуть эти гостеприимные стены.

– Но зачем тут маги воды, если вы их не подозреваете? Им же уничтожение Китежа совершенно невыгодно.

– Увы, это не так. Мне приходится подозревать даже самого доверенного заместителя, – посмотрел на остальных магистр. – Возможно, я просто слишком долго занимаю эту должность. Даже хорошее вино можно испортить передержав.

На это мне ответить было нечего, да и не требовалось. Маги же быстро разошлись по углам, как бы странно это ни звучало для полусферы, старательно держась на максимально возможном расстоянии друг от друга. Могли бы, вообще разбежались по сторонам, как стрелки компаса.

– Вы справитесь с единым с пламенем на суше? – уточнил я, вспоминая, что магистр, даже находясь в притоке Волги и Дона, не сумел далеко закинуть свою магию.

– Человек тоже состоит из воды. А грандмастер, особенно загнанный и уставший, это всё равно человек, – напомнил Моисей Иоаннович. – Не теряйте времени даром, молодой человек, иногда каждая секунда на счету. Илья!

– Да, магистр, – кивнул глава башни камня, и в стене появилась незаметная со стороны дверца. Миг, и вновь осталась лишь гладкая поверхность. – Выучил? Показывай.

– Да. Удалось кое‑что, – ответил я и последовательно создал над ладонью облако из песчинок, сконцентрировавшихся из пыли. Затем они спрессовались в единый камушек‑осколок, а под конец я хотел создать шипы из стены, но поток энергии вдруг сбился, рассеявшись без следа.

– Не порть мои структуры, – мрачно сказал Илья. – Это всё?

– Нет, как раз о структурах хотел поговорить, – покачал я головой и достал из кармана припасённую гальку, найденную на дне реки возле Гаврасово. Несколько секунд мял её у себя в пальцах, проникая сознанием в камень, а затем вычистил его от примесей. – Вот.

– Убери. Немедля! – оглянувшись на остальных, угрожающим шёпотом сказал грандмастер. – И чтобы я больше такого не видел. И никто не видел.

– Но… – я запнулся нахмурившись. – Я могу такое же сделать вообще без магии.

– Что? – теперь даже его проняло, Илья подвинулся и закрыл нас от остальных широкой спиной. – Как?

– Химия. Не самая простая, но и совсем не сложная. Рубины, сапфиры, изумруды… С первыми проще всего, за пару часов можно вырастить камень в двадцать карат. Нужен только алюминий, достаточно мощная горелка и…

– Стоп! – прервал меня грандмастер. – Это опасно. Крайне. И доступно немногим.

– То есть менять структуру камней и создавать драгоценности – незаконно?

– Магия принадлежит государству. Обычно, – ответил Илья, всерьёз задумавшись. – Но ты не на службе. Особый случай. И ступень не первая. Завеса, шипы, каменная кожа… можешь сдать экзамен на мастера.

– Зачем, если вы и так это видите.

– Есть процедура. Комиссия. Сдача, результат – степень владения. И причитающееся к ней – титул и права.

– А с ними и обязанности. Спасибо, но мне их и так хватает выше крыши. Со вторжением бы разобраться до конца.

– Уже. Раз магистр сказал, значит, всё. Можешь не думать. Экзамен сдашь. Это всё… – махнул он на группки магов. – Скоро кончится. И приедут следователи из Москвы. Лучше сдать экзамен до этого.

Глава 11

Когда грандмастер сказал про комиссию, я сначала не понял, к чему это. Но затем сопоставил факты и то, что среди императорской канцелярии могут находиться предатели, ищущие козла отпущения. Тут даже не принципиально получить статус мастера, важно не оказаться крайним.

А этого как раз можно избежать, добившись официального учёного звания и выйдя из юрисдикции обычных судов. Не панацея, конечно, но вопросов сразу станет меньше. А главное, для меня лично, что я не получу официального титула, принадлежащего к этой империи и миру. Даже номинально встроиться в текущую иерархию – уже проигрыш. Это означало бы признать, что я стою под кем‑то. Или хотя бы на равных с одним их местных правителей, а это не так.