Поиграем? (СИ) - Андерсон Кая

— У меня открытое горло на костюме, и твои засосы оно не закроет, — хмыкнула Скардино, чуть закусив губу от приятных ощущений.

— А зачем их закрывать? На них не написано, что они мои, — посмеялся Аррингтон, всё же оторвавшись от девушки, — Тем более они идут тебе.

— Мне по статусу не положено в таком виде появляться, — хмыкнула Аннабель, — Ах или это и есть твой план по устранению конкурента? — театрально удивилась она, прикрыв рот ладонью.

— И в мыслях не было, — качнул головой Рэн, опустившись обратно к Скардино, более чем удовлетворенно укладываясь на ее грудь и прикрывая глаза. Его любимое место в этом городе. Кто бы мог подумать, что именно здесь он найдет свой душевный покой и крайнюю степень наслаждения и удобства. Мягко. Тепло. Приятно. Это из того, что он мог описать. Все остальное происходило на уровне разных реакций где-то внутри и не поддавались описанию. Ему просто было крайне приятно. Всё.

— Я бы не лишил себя удовольствия от наблюдения за твоими гимнастическими навыками.

— У моего скоромного таланта есть преданные фанаты? — хихикнула Аннабель, поглаживая его волосы рукой.

Приятно. Сама она оценивала себя примерно баллов на сто из десяти. Дамиан тоже хвалил ее. Даже родители хвалили ее конкретно на этом поприще. Так что признание способностей от Аррингтона было лестным приобретением в ее копилке. Ей это очень понравилось.

— Скардино, — усмехнулся Рэн, — Ты такая дрянь, что на тебя приятно смотреть даже когда ты просто стоишь. Как ты думаешь, нравится ли мне, когда ты в обтягивающем комбинезоне вертишь шпагаты и прыгаешь сальто?

— Ну, знаешь по тебе особо не видно, что там тебе нравится, — не унималась Скардино, вновь посмеявшись. А что разве неправда? До того как они с Аррингтоном стали спать, они все равно постоянно пересекались по жизни. И тогда Аннабель была просто уверенна, что эмоций у него штуки три. И он их по очереди там перебирает, придерживаясь основного невозмутимого холодного лица 24/7. Там невозможно понять, нравится ему что-то или наоборот. Сейчас она хотя бы по взгляду понять может, а раньше как то не приглядывалась.

— Сейчас мне нравится, — хмыкнул Рэн, чмокнув ее по груди, так и не открыв глаза.

— Кстати, — протянула Скардино, водя ногтями по его лицу, шее и плечам. Она не знала почему, но ему это ужасно нравилось. Не что-то конкретное, а просто чтобы водили по коже или волосам. Всё время. — Ты знал, что моя мать и твой отец спали в молодости? — вспомнила она шокирующий факт вчерашнего дня.

— Серьёзно? — хмыкнул Аррингтон, чуть подняв свое лицо, встретившись взглядом с Аннабель. Не увидев там что-то похожее на вранье, лег обратно.

— Не знал. Отец никогда ничего не рассказывает о своей жизни.

Странно конечно звучит, но так оно и есть. По-другому не скажешь. Фрэнк никогда не рассказывает никаких фактов о своей жизни как все нормальные родители с миллионом историй из детства, школы и первого свидания. Вообще ничего. Иногда было ощущение, что он родился сразу 40 летним и с двумя взрослыми детьми. Ибо все, что знал о нем Рэн, это то, что он в школьное время учился в высшей Академии Астории как и все выходцы благородных семей. Его воспитывал только отец и то, что он имеет ученую степень в области права. Собственно все. Дальше тьма, покрытая еще большей тьмой. В детстве ему еще было интересно узнать хоть что-то, а сейчас как то плевать. Не хочет и не говорит. Его право. Правда, как они пересеклись с мамой, он все еще не знает, ибо она училась в обычной школе и к высшему обществу Астории никакого отношения до очень выгодного брака не имела.

— Что даже романтичную историю знакомства не пересказывают по сто раз?

Рэн услышав эту фразу лишь расслабленно посмеялся. Пересказывают по сто раз и романтичную — это уже не про его родителей. Они говорят только по делу или не говорят вовсе. В принципе, всех устраивает, ибо другого и не видели.

— Даже фото со свадьбы и с выпускного не видел? — удивилась Скардино.

— С выпускного видел, со свадьбы у них ни одной фотографии и нет, — хмыкнул Рэн. — И даже больше тебе скажу, ни у кого нет.

— Странная вы семья, — покачала головой Аннабель.

— Кто бы говорил, — слабо зевнул Аррингтон.

— И что ты об этом думаешь то? — закатила глаза Аннабель. Она ему тут такой факт, а он даже бровью не повел! Он что каждый день такое узнаёт? Она обсудить вообще-то хочет всё и совсем не отказалась бы от всяческих грязных подробностей. Вот бы кто рассказал от начала и до конца. Неужели ему ни капли не интересно? Быть не может.

— А что я должен думать? — усмехнулся Рэн, — Их личное дело.

В дела отца он никогда не лез и сейчас не собирается, тем более в личные. Тем более понять он его мог. Перед сексуальными и слегка истеричными женщинами крайне трудно устоять. Видимо семейное.

— Невозможно просто, — закатила глаза Скардино. — Напарник по сплетням из тебя еще хуже, чем из Дамиана.

— Мне нечего там сказать, — посмеялся Рэн, — Максимум могу понять его вкус на женщин.

— А представляешь если они… ну… до сих пор, — задумчиво протянула Скардино. Фу. Даже представить страшно.

— Точно нет, — качнул головой Аррингтон, — Отец не стал бы изменять жене, даже если это моя мать.

— Ну да, наверно — согласилась Аннабель. — Хотя вдруг они все-таки разок в месяц под покровом ночи занимаются сексом по старой памяти, — театрально протянула она. — Ради адреналина.

— Скардино, — посмотрел на девушку Рэн, чуть привстав. В глаза что-то явно блеснуло. Его забавляло это любопытство.

— Что? — с вызовом спросила она

— Давай мы не будем фантазировать о чьём-то не существующем сексе, — усмехнулся Рэн, расставив руки по обе стороны от ее плеч, — Лучше займёмся своим.

— Какое интересное предложение, — закусила губу Аннабель, притягивая его к себе, накрывая его губы своими. Арингтон довольно улыбнулся сквозь поцелуй, соприкасаясь с её телом. Как же шикарно в последнее время начинался его день.

— Стой, подожди, — резко произнесла Аннабель, отрывисто выдохнув, — Я забыла спросить.

— О чём? — уже откровенно посмеялся Аррингтон, прикоснувшись влажным лбом ко лбу Аннабель. И почему он не удивлен, что она вспомнила об этом именно сейчас?

— Не обогатишь случайно на 50 тысяч? — мило похлопала глазами Скардино.

— Бери, — вздохнул Рэн, опустившись ниже, оставляя на её груди поцелуй, — Опять потащишь в церковь? — изогнул он бровь.

— Да, — протянула Аннабель, погладив его спину. — 50 возьму у тебя, 50 у Дамиана. А на днях сниму свои.

— Долги можешь не возвращать, — усмехнулся Рэн. Так уж и быть. Сегодня он добрый.

— Вторая попытка Джеффри Аррингтона сгорела! — объявил задорный голос ведущего. А весь коридор препятствий озарился красной подсветкой. Лицо наследника Клана не дрогнуло. Он лишь шумно выдохнул скорее от усталости, возвращаясь обратно на стартовую позицию. Вот уже второй раз он срезался на том же самом месте. Он уже подготовил себя к тому, что срежется там и в третий. Это просто невозможно для него. Полоса препятствий подвластна ему — это факт. А вот коридор, разрезанный со всевозможных углов и ракурсов красными лучами нет. Как бы он не нагнулся или не поднял ногу, он все равно задевал какой-то из них. Всё равно. Это испытание проиграно заранее. Он понял это еще в тот момент, когда вытянул такую карту. Не удачно вышло. Но из приличия нужно пройти все три попытки. Хорошо хоть задание позволяло выставить только одного конкурсанта. Шесть неудач подряд от семьи Аррингтон было бы слишком.

Аннабель радостно похлопала в ладоши, наблюдая за этой неудачей. По грациозности и проворности он напоминал ей не больше, не меньше, а подстреленного слоника в индийском зоопарке. И как этот человек взял титул чемпиона по фехтованию и так ловко бегал по дорожке? Вот уж правда, не бывает спортсменов во всех областях одновременно. И даже грация оказывается, не сохраняется с тобой на все занятия одновременно.