А глупые люди рядом с талантливым мечником четырнадцатого уровня создают непредсказуемые ситуации.
Хотя, если честно, в её случае всё было не так уж сложно. Она явно считала Ло Жэня чем‑то вроде героя. Возможно, не принцем на белом коне, потому что в этом мире приличный принц, скорее всего, прилетел бы на мече, но смысл тот же. Чистый, прямой, благородный, сильный, упрямый, готовый защищать слабых и рубить еретиков.
И рядом с таким человеком, по её мнению, не должны ошиваться сомнительные личности вроде меня.
Я её понимал.
На её месте я бы тоже не хотел, чтобы Ло Жэнь дружил с Мин Хао.
Мин Хао плохо влияет на людей.
Особенно на тех, у кого есть деньги, совесть или слабые места.
– Брат Мин, – сказал Ло Жэнь, – Ты готов к Миру Меча?
Я посмотрел на него.
– Нет.
Он замолчал.
Ли Жувань тоже.
Очень люблю честные ответы. Они часто ломают чужие ожидания эффективнее лжи.
– Но выбирать не приходится, – добавил я. – У меня не хватает артефактов, поэтому я надеюсь найти парочку, чтобы стать сильнее.
Ло Жэнь кивнул. Слишком серьёзно воспринял мои слова.
– Если возникнет опасность, мы можем держаться рядом.
Линь Жувань сразу повернула к нему голову.
О, вот теперь стало совсем интересно.
– Брат Ло, – сказала она мягко, но в этой мягкости уже звякнула сталь. – Мир Меча разделяет учеников при входе. Даже если часть пути мы сможем пройти вместе, каждый должен заботиться о себе сам.
В ее словах так и чувствовалось возмущение от мысли, что я буду с ее «Героем» ошиваться.
– Это верно, – согласился Ло Жэнь.
Я вздохнул с таким видом, будто только что услышал приговор.
– Жаль. А я уже собирался попросить вас обоих позаботиться обо мне. Я человек слабый, болезненный, с плохой судьбой и множеством врагов. Просто находка для благородного сердца.
Ли Жувань посмотрела на меня так, будто пыталась понять, издеваюсь я или действительно настолько наглый.
Ответ был: да.
Ло Жэнь же воспринял слова слишком серьёзно.
– Если окажемся рядом, я помогу.
Я закрыл глаза.
Вот поэтому с героями трудно.
Им бросаешь шутку – они поднимают её как клятву.
– Брат Ло, – осторожно сказал я. – Это была не просьба подписать небесный договор о защите моей скромной жизни.
– Но ты прав, – ответил он. – В Мире Меча у тебя много врагов.
– У него много врагов не только в Мире Меча, – заметила Ли Жувань.
Я приложил руку к груди.
– Юная госпожа Ли, вы раните меня своей проницательностью.
– Не называй меня юной госпожой.
– Как пожелаете, старшая сестра Цинь.
Её бровь едва заметно дрогнула.
Ло Жэнь, кажется, наконец понял, что я её дразню. Но вместо того чтобы остановить, почему‑то посмотрел на нас с лёгким удивлением. Возможно, для него это был редкий опыт: два человека разговаривают не для того, чтобы прямо сейчас выяснить истину мечом.
– Лучше просто Ли Жувань, – сказала она.
– Вы старше меня по культивации. Да и как я могу так называть человека, который будет героически спасать меня из неприятностей.
– Я не буду тебя спасать.
– Вот видите, брат Ло? – я повернулся к нему. – Ваши союзники уже честнее, чем большинство старейшин. Это внушает доверие.
– Мин Хао, – Ло Жэнь покачал головой. – Ты совсем не изменился.
– Изменился. Я стал беднее.
Ли Жувань усмехнулась прежде, чем успела спрятать реакцию.
Характер у неё был вредный.
Но не злой.
Вредный, гордый, ревнивый, с привычкой защищать своё представление о правильном мире. В таком мире Ло Жэнь стоит впереди с мечом, слабые люди благодарно смотрят ему в спину, враги честно признают поражение, а сомнительные личности вроде меня исчезают из кадра.
Очень красивая картина.
Жаль, мир обычно выглядит так, будто его рисовал пьяный мясник.
– Я слышала о тебе много странного, – сказала она наконец.
– Надеюсь, хорошего.
– Нет.
– Тогда, скорее всего, правду.
Ло Жэнь нахмурился.
– Жувань.
Она посмотрела на него, и её выражение сразу смягчилось.
– Я не обвиняю его. Просто говорю, что слухи неприятные.
– Слухи всегда неприятные, – сказал я. – Приятные слухи обычно называют рекламой. И чаще всего их распускает сам человек. – в этот момент я вспомнил, с кем говорю. – Или кто‑то очень влюбленный и преданный. – с улыбкой добавил я.
Она снова посмотрела на меня.
– Ты действительно убил тех двух сестёр?
Вопрос вышел тихим.
Но вокруг будто стало чуть холоднее.
Я не сразу ответил.
Цзян Юэ и Цзян Лин.
– Это не та история, которую стоит обсуждать на палубе перед сотней любопытных учеников, – сказал я.
Ли Жувань хотела что‑то ответить, но Ло Жэнь вдруг кивнул.
– Я верю тебе.
Я посмотрел на него.
Вот просто взял и сказал.
Без требования объяснений. Без красивой паузы. Без «я надеюсь, что ты не такой человек». Просто: верю.
В груди стало неприятно тесно.
Ненавижу такие моменты.
Они мешают быть циничным гадом.
– Очень опасная привычка, брат Ло, – сказал я. – Вера в людей.
– Возможно.
– Не «возможно», а точно. – добавил я.
Уж в этой теме я эксперт. В прошлой жизни проходил полный курс.
В этот момент под ногами корабля прошла глубокая дрожь.
Формации вдоль бортов вспыхнули. Серебряные линии наполнились светом, диски под днищем начали вращаться быстрее, и над платформой поднялся низкий гул. Слуги поспешили уйти. Ученики на палубе оживились, кто‑то схватился за поручни, кто‑то наоборот постарался выглядеть так, будто всю жизнь только и делал, что путешествовал на огромных летающих кораблях.
Старейшина Сянь поднял руку.
Его голос прокатился по палубе сухо и властно:
– Все ученики, участвующие в походе в Мир Меча, должны занять отведённые комнаты или места на палубе. Во время полёта запрещены драки, вызовы, испытания техник, несанкционированные формации и любые действия, способные повредить корабль. Нарушители будут наказаны до входа в Мир Меча.
Очень разумно.
Сначала наказать, потом отправить в смертельное испытание. Чтобы человек шёл туда уже с правильным настроением.
Юй Жун рядом радостно добавила:
– А кто будет слишком скучным, того тоже накажем!
На палубе стало заметно тише.
Даже старейшина Сянь на мгновение закрыл глаза.
Я почувствовал почти братское понимание.
Корабль начал подниматься.
Платформа уходила вниз. Ветер ударил в лицо. Бело‑голубые здания секты, павильоны, мосты, лестницы, облачные дорожки и пики медленно раскрывались под нами. С высоты Облачный Меч выглядел куда более величественным, чем изнутри. Снизу ты видишь интриги, долги, старейшин, врагов и учеников, которые слишком любят чужие проблемы. Сверху – только горы, облака и сияющие линии формаций.
Расстояние удивительно улучшает вид.
Я вспомнил, что собирался весь путь культивировать.
У меня несколько дней до открытия Мира Меча.
Всего несколько дней.
Может, этого не хватит. Скорее всего, не хватит. Но если я потрачу их на разговоры, знакомства, попытки найти союзников, оценку красивых учениц и вежливое избегание Юй Жун, то точно не прорвусь.
Мне нужен четырнадцатый уровень.
Всё остальное – потом.
Я сложил руки перед Ло Жэнем и Ли Жувань.
– Брат Ло. Сестра Ли. Было приятно убедиться, что у меня на этом корабле есть хотя бы два человека, которые, возможно, не попытаются убить меня первыми.
Ли Жувань сухо сказала:
– Какое доверие.
– Я щедр на духовные чувства.
Она фыркнула.
Ло Жэнь слегка улыбнулся.
– Ты куда?
– В свою комнату. Культивировать.
– Уже?
– Брат Ло, до Мира Меча осталось несколько дней. Для меня – это последний шанс достигнуть четырнадцатого уровня.
Я не объяснял причины, почему я должен это сделать. Но ему и не требовалось. Ведь он был из тех, кто знал, какой у меня Корень Духа.
