– Да вот не могу понять, кто ж на меня так обозлился, – признался я, принял кружку и с удовольствием отпил сладкий напиток.
– Почему ты решил, что все это тебе делалось? – уточнил Семен. – Может, это дядьке твоему послание?
– Нет, точно мне. В кляузе было написано: сибирский знахарь‑духогляд.
– Хм, тогда мне тоже не понятно. Ты ведь всем помогаешь и никому не отказываешь.
– Вообще‑то было пару отказов, но лишь по абсурдным причинам, – признался я.
Мы молча допили компот и зашли домой. Вечера уже были теплые, близилось лето. Начали появляться насекомые, и по утрам без устали щебетали птицы. Природа просыпалась после зимней спячки, и мое будущее уже не казалось мрачным и неопределенным. Я пока не знал, как все сложится, но делал первые робкие попытки планировать. Сергей сказал, что в середине лета начнутся экзамены в учебные заведения. К тому времени я надеялся заполнить пробелы в знаниях.
На следующее утро я проснулся от шепота над самым ухом:
– Просыпайся, пора идти.
Приоткрыв глаз, увидел Семена.
– Куда? – сонно спросил я.
– За мачехой моей следить. Ты же сам сказал, что вместе пойдем, – возмущенно прошептал он.
– А‑а, ну да. Вспомнил. Пошли следить.
Я нехотя поднялся. Казалось, вот только лег, а уже вставать пора. Удивительно, как хорошо спится в молодом теле.
Прежде чем выйти из дома, я подобрал Семену кое‑что из своих вещей и сверху ему на голову нахлобучил старую фуражку Ерофея.
– Это еще зачем? – недовольно протянул он, намереваясь снять шапку, но я его остановил.
– Ты же не хочешь, чтобы мачеха тебя сразу узнала? Надо хорошенько скрываться.
– Но ведь эту шапку моль поела, – он брезгливо показал на дырки.
– Какая тебе разница? Ты хочешь узнать, куда ходит твоя мачеха, или нет? – строго спросил я.
– Ну ладно, только ради дела. Надеюсь, никого из друзей не встречу, а то засмеют.
Мы вышли за ворота и двинулись в сторону дома Семена. Время было раннее, поэтому встречались только пекари и хозяйки с коровами.
Остановившись неподалеку от дома, парень показал хорошее место, откуда просматривалась вся округа – небольшая возвышенность со старым заброшенным домом и развалившимся забором. Правда, там крапивы было выше пояса, но тут уж выбирать не приходится.
Сначала мы увидели, как из дома вышел Кузьма и вывел со двора лошадь с телегой. Когда он скрылся за поворотом, дверь дома снова открылась, и на этот раз показалась мачеха Семена, которую, как оказалось, звали Феклой.
– Ну вот, снова собралась куда‑то, – недовольным голосом проговорил он.
Фекла вышла со двора и бодрой походкой двинулась к широкой мощенной булыжником дороге. Мы с Семеном подождали, когда она отдалится на достаточное расстояние, и пустились следом. Мы решили идти не вместе, а по разные стороны дороги на тот случай, если она кого‑нибудь из нас засечет –, то второй сможет продолжить слежку.
Женщина явно куда‑то торопилась, но изредка останавливалась и оглядывалась. В эти моменты я делал каменное лицо и смотрел куда‑то вбок. Я не сильно боялся быть узнанным, потому что мы виделись лишь раз и я держался на значительном расстоянии от нее. Маскировка тоже помогла Семену остаться незамеченным, хотя он каждый раз напрягался и сильнее сдвигал старую фуражку на глаза.
Мы прошли довольно длинный путь и добрались почти до самого въезда в город, где Фекла свернула в один из довольно бедных постоялых дворов.
– Ну что, идем за ней? – ко мне подошел Семен.
– Один пойду, а ты здесь подожди, – предупредил я и прошел в открытые ворота.
Всё‑таки хорошо, что мы вдвоём пошли. Кузьма снова бы Семёну не поверил, а вот я ‑ другое дело. Мне незачем врать.
На первом этаже находился небольшой трактир, где были заняты лишь два стола. За одним сидела пожилая пара, а за вторым – трое мужчин. Феклы нигде не было.
– Что будешь? – ко мне подошла обрюзгшая женщина в грязном переднике.
От нее пахло горелым маслом и потом.
– Чаю, – ответил я.
– А поесть? Голубцы накрутила, яйца пожарила.
– Только чай, – повторил я.
Женщина с раздражением выдохнула и двинулась к кухне, бормоча под нос:
– Какого рожна по трактирам ходить, если есть не собираешься? Мог бы и дома чаю попить, – за ней с силой захлопнулась дверь.
Я занял стол в углу и принялся ждать. Кухарка чай так и не принесла. То ли забыла, то ли намеренно не стала тратить на меня время, ведь чашка чая стоила всего пару копеек.
Просидел я не меньше часа, а Фекла так и не объявилась. А может, она нас увидела и сбежала через вторую дверь? Или сидит в одной из комнат и ждет, когда мы уйдем?
Взглянув на часы, висящие на стене, я понял, что ждать больше не могу. Мы договорились встретиться с Сергеем и Полиной в «Губернской библиотеке».
Я вышел на улицу, где увидел Семена, слоняющегося неподалеку.
– Ну что? Она там? – бросился он мне навстречу.
– В трактире ее не было. Больше ждать не могу. Надо возвращаться. Если хочешь, оставайся и карауль мачеху дальше.
– Останусь, – решительно кивнул он. – Уж я выведу ее на чистую воду и докажу отцу, что из нас двоих только она – лгунья.
Я велел держаться подальше и не привлекать внимание, если она появится, и двинулся в сторону дома. Город уже проснулся, поэтому дороги заполонили люди, лошади и различные экипажи. Вскоре ко мне подъехал наш сосед‑охотник на телеге с впряженной старой лошаденкой.
– Тпру‑у‑у! – выкрикнул он и понатянул на себя вожжи. – Садись, знахарь, подвезу.
– О, спасибо! – обрадовался я, ведь идти оставалось не меньше двух километров.
Взобравшись на телегу, опустился на доску рядом с охотником.
– Волчью шкуру я скорняку продал задешево, но могу поделиться, – предложил он.
– Не надо, оставьте себе.
– Уже узнали, кто над вами так подшутил? – он с любопытством посмотрел на меня.
– Пока нет, – мотнул я головой, и при воспоминании о неизвестном недоброжелателе сразу испортилось настроение.
– Волк в капкан попался, там его и добили.
– Откуда знаете?
Сосед с насмешкой посмотрел на меня.
– Как же не знать, если с малолетства охочусь? Да и видно было сразу. Левая задняя лапа сломана, и раны остались от зубцов капкана. А добили чем‑то тяжелым по голове. То ли камнем, то ли кувалдой. Одного удара хватило.
– Ясно, – кивнул я, хотя мне стало не по себе от таких подробностей.
Неужели кто‑то целенаправленно пошел добывать волка капканом, чтобы потом подбросить под нашу дверь? Зачем? Что он хотел этим сказать? Загадка.
Сосед довез меня до дома. Я поблагодарил его и прошел в калитку. На крыльце сидела Алевтина и играла с щенком клубком шерсти.
– Как ты себя чувствуешь? – участливо спросил я.
– Хорошо, – еле слышно ответила она, даже не взглянув на меня.
– Есть хочешь?
– Хочу.
– Я сейчас приготовлю, и будем кушать.
Я зашел в дом и увидел недовольного Ерофея, который разжигал огонь в печи.
– Где шляетесь? Проснулся – ни одного, ни второго нет. Печь не топлена, – проворчал он, чиркая спичкой.
– Заняты были, – ответил я, перебирая мешки с крупами.
– Заняты, – передразнил он. – Все какие‑то дела за моей спиной проворачиваете.
– Никаких дел. Просто у Семена проблемы дома, вот и пытаемся решить, – пояснил я.
– Ага, проблемы… а домашние дела сами сделаются, пока вы там с чем‑то разбираетесь? Ещё и от девки в доме толку никакого. Могла бы помочь, пока вас нет, а то просто сидит, сложив белы рученьки.
Я не стал отвечать. Не хочу ничего объяснять этому человеку, все равно не поймет. Он делит людей на полезных и бесполезных, на богатых и бедных. Иногда мне кажется, что он никогда никого не любил и уже не полюбит. Слишком сухое и жесткое у него сердце.
Наскоро приготовив завтрак, покормил Алевтину и щенка, сам съел на ходу булку с молоком и поехал к библиотеке. Полина с Сергеем уже сидели в читальном зале.
– Мы тебя заждались, – недовольно сказал Сергей. – Я для тебя подобрал список литературы, обязательной к прочтению. Могут попасться вопросы по этим произведениям на экзамене.
