Трон (СИ) - Войлошникова Ольга

Мысли вихрем закружились в моей голове. На секунду даже как будто в глазах потемнело. Значит, Нитон — не король. Но он почему-то был там. Он… Он как-то повлиял, чтобы эти двое явились сюда с важными бумагами?.. И отправил для меня бессловесное послание в виде этой сумки…

Я снова заглянула внутрь. Вдоль баночек со специями был вложен нож (размером с охотничий, я бы сказала) в кожаных ножнах. На дне блестели ещё монеты.

Если это и было послание, то я не могла его разобрать.

Отчего-то сделалось тревожно. Острое, паническое чувство накатило на меня. Бежать отсюда надо. Бежать подальше и спрятаться где-то, где меня не найдут. В особенности те, кто хотел меня сжечь.

Я захлопнула сумку и прямо посмотрела на посланников:

— Теперь, когда я полноправная хозяйка этого имения, — оба синхронно кивнули, — я могу его продать?

— Продать⁈ — хором удивились они.

— А что, владение не предусматривает возможность продажи?

— Напротив, — писарь засмеялся каким-то особенным канцелярским смехом, — ты вольна распоряжаться имуществом по своему разумению. Но зачем же продавать? Усадьба прекрасна. И если мальчик не соврал нам, рассказав, что здесь действуют некоторые постоянные защитные чары…

Вот же Руди! Надо прочесть ему лекцию о вреде болтовни. Впрочем, сейчас это возможно даже пойдёт мне на пользу.

— Не соврал. В кладовой постоянно работает эффект ледника и улучшенного хранения, а вся усадьба защищена от грызунов и хищников. — Мне вдруг пришла в голову мысль, показавшаяся толковой: — Я нуждаюсь в посреднике. В ком-то, кто мог бы помочь продать мне эту усадьбу как можно быстрее и по сходной цене. — Писарь хотел сказать что-то и даже открыл рот, но я подняла ладонь: — Я понимаю, что когда продаёшь быстро, цена может оказаться ниже, но мне не хотелось бы слишком продешевить. Если вы… ты поможешь мне найти покупателей и всё оформить по закону, то я заплачу тебе двадцатую часть от цены продажи.

Писарь пожевал губами…

— Десятую.

— Восемнадцатую, и это моё последнее слово. Если нет, я не поленюсь доехать до города и поискать поверенного там. Столица не так уж далеко. За меньшую цену ко мне очередь из посредников стоять будет.

Писарь кивнул с некоторым даже уважением:

— Хорошо, сударыня. Мой деверь служит в Земельном Приказе. Он непременно поможет тебе в этом деле.

Ясно, почему долю побольше хотел. Придётся делиться с родственником. Впрочем, это уже не моё дело.

— А что мы скажем по этому поводу королю? — неуверенно спросил молодой.

— Зачем беспокоить больного человека лишними подробностями? — тускло ответила я. — Скажете, что всё исполнили в точности. Документы заполнили, вручили. Посылку передали. Ведь так?

— Так-так! — писарь кивнул с гораздо большей уверенностью, чем молодой. — Все поручения были выполнены досконально.

— Не смею вас более задерживать, господа.

Они ушли, а я выбралась из складок тяжёлого шёлка, нашла в хаосе на столе свою кружку и вылила в неё остатки вчерашнего вина из бутылки.

Руки дрожали.

06. ПОСЛЕДНИЕ ПРИГОТОВЛЕНИЯ

Нитон

— Ну? — Фракс нетерпеливо посмотрел на меня. — Теперь можно?

— Вполне, — усмехнулся я, вышагивая по королевской опочивальне (от стола к окну, от двери к кровати и дальше кругами — надоело уже сидеть до опупения). — Только как ты собираешься мне что-то дарить, ты ж с кровати не встаёшь?

Не одному ему меня подкалывать! А за эти четыре часа подколок о симпатичных вдовушках, ради которых можно рискнуть судьбами государства, я наслушался до сыта.

Почему о вдовушках? Ну не стал же я рассказывать Фраксу настоящую историю Эмми. Мало ли, где просочится.

— Ты что — думаешь, если я сам идти не смогу, то сопровождать тебя тоже сил не будет? — король снова булькающе засмеялся. — Не дождёсся! Мои архимаги… кха-кха-а-а-а… — он завозился, садясь повыше, — придумали такую штуку… Эй!!! Кто там за дверью⁈ Густава позвать мне! — неожиданно громким и твёрдым голосом крикнул Фракс.

— Гусёнок всё ещё с тобой? — удивился я.

— Да куда он денется! Ты только принародно его Гусёнком не обложи. Он, поди, тридцать лет этого прозвища не слышал. Да и то, кроме тебя да меня его уже и тогда никто так не звал. Уважаемый мэтр Густав, архимаг всех стихий, ректор нашего университета. Большая шишка, скажу тебе! — он хотел ещё что-то сказать, но опять закашлялся, исплевав кровью очередной платок и выкинув его в специальную корзину, полную уже чуть не до верха.

Да в рот мне ноги! Нет бы мне раньше явиться! Может быть, я бы что-нибудь и…

Двери распахнулись, обрывая мой невесёлые мысли, и я тут же шагнул за балдахин. В покои вбежал шустрый седобородый старичок. Только глаза были знакомого небесно-голубого цвета.

— Вызывали, мой король?

Он ещё не видел меня, стоящего позади изголовья.

— Густав, мне нужно сопроводить одного господина своей проекцией в Главный арсенал.

— Слушаюсь! — маг поклонился.

А когда он выпрямился, я уже вышагнул из-за укрытия и с усмешкой рассматривал его.

— Всеблагие небеса! Нитон!!! — заорал Гусёнок и окутался многослойной защитой. Впрочем, через пару секунд он снял её, слегка смущаясь. — Это правда, ты? Ты? Дай я хоть пощупаю, может, иллюзия какая? Бывает ещё, знаешь ли, оптический обман зрения!

Мы обнялись. Старый соратник пытливо вглядывался в меня, я кожей ощущал его ментальные щупы, которые ползали по мне, пытаясь проникнуть сквозь защиту.

— Гусёнок, прекрати, щекотно.

— Извини, это я по привычке.

Он отступил и ещё раз оглядел меня, забавно вытягивая шею. Так он снова стал похож на прежнего Гусёнка, и я невольно рассмеялся. А Гусь слегка надулся:

— Щекотно ему! Обидно, всеблагие небеса! Я всё-таки архимаг!

— Так и он не простой рыцарь! — хрипло заржал Фракс.

— «Простой рыцарь» — это, пожалуй, преувеличение века, — согласился Гусёнок. — Впрочем, давайте вернёмся к нашей цели. Мой король! Желаешь ли ты сопровождать уважаемого Нитона?

— Да! Желаю!

— Будет исполнено! — Густав взмахнул руками, и в воздухе рядом с королём возникла линза. В ней, в слегка в искажённом виде, виднелась голова Фракса.

— Идём! — кивнул настоящий король, и голова в отражении синхронно кивнула тоже, повторив слова почти так же громко, лишь с крошечным запозданием.

— Неплохая вещь! — оценил я, и Гус с удовлетворением кивнул.

— Дерьма не держим! — хмыкнул Фракс. — Надеюсь, ты не забыл, где главный арсенал?

— Если вы тут за последние тридцать лет ничего не перестроили… — я вышел в коридор, и линза поплыла рядом. Фракс деловито поглядывал по сторонам:

— Перестроили, конечно, но основа крепости всё та же. То, что наворотили Вечные, нам, людям, ещё не скоро удастся превзойти. Если вообще удастся.

Линза плыла в воздухе рядом со мной, и голос моего друга доносился глуховато, но вполне различимо. Словно мы прогуливались по плитам старого замка, как прежде. Делились сплетнями и новостями, благо их накопилось с моего последнего посещения столицы изрядно.

— Слушай, я что-то не спросил, а официальной королевой у тебя всё также Шеела?

— Оф-ф-ф! — фыркнул Фракс. — Шеела оказалась такой мразью, пробу ставить негде.

— Почему я не удивлён? Тебе же всегда нравились дамочки с характером. Или что-то изменилось?

— Ты характер с потаскушеством не путай! — откликнулся он. — Поймал их на переписке с Оксаром. Помнишь, был такой капитан гвардейцев? Ах, муси-пуси! Такая романтика, такая неземная любовь, что ты! И, как оказалось, была эта неземная любовь да-алеко не первой. Такие рога мне навесила, призовому оленю впору.

— Казнил?

— Не-е, дал ему в морду раз, развёлся и оженил изменников. Будет им карой жизнь друг с другом!

— Суров, суров! — рассмеялся я. — А детей её проверили? А то может…

— Не-е, дети мои. Гус сразу же проверил. Все пятеро. Даже удивительно.

— Действительно, удивительно.