Я усмехнулся.
— Прости, если обижаю тебя. Просто пытаюсь узнать тебя чуть лучше. Зачем кому-то с зеленого факультета таскаться с серой кошкой? Ещё и такой проблемной.
— Ты напоминаешь мне девочку из моего прошлого, – честно признался я, чтобы развеять сомнения новой подруги.
— Такая же рыжая и неуклюжая? – тихо хихикнула она.
— Нет. Я о другом. – Я поставил локоть на стол, подпер ладонью подбородок и задумчиво протянул, глядя на Фанни: – Она тоже светлая, наивная душа, которой не повезло родиться немного не такой. Из-за чего её, бывало, обижали. А она всё терпела и не смела даже рассказать старшим, чтобы не сойти за стукачку. В этом есть какая-то тихая сила, но… задиры такое едва ли осознают. Вот я и понял, что таких добрых девчушек стоит хоть кому-то защищать.
— Так ты рыцарь? – по-детски добродушно спросила Фанни.
— Читала запрещенные сказки?
Она тут же потупила взгляд и бегло осмотрелась.
— Только не говори никому, – опасливо зашептала фея.
— Ничего. Здесь за такое уже не выпорют. Нет, я не рыцарь. Был им когда-то или просто стремился стать. Но мальчишеские мечты и сказки в прошлом.
— И как ты оцениваешь себя сейчас? – с любопытством протянула Фанни.
— В смысле?
— Ну… если бы маленький ты, который ещё любил сказки, посмотрел на тебя со стороны?
Я задумался, хотя разговор казался странным и глупым. Но была в Фанни какая-то милая непосредственность, которая делала такие обсуждения приятными, а не раздражающими.
— Вряд ли в сказках можно найти портрет типичного героя, который хорошо бы меня описывал. Я вырос и перешел в касту более сложных произведений.
— Да-а-а. Ты уже тянешь на главного персонажа любовного романа. Глубокий и задумчивый юноша, который прячется за грубой оболочкой и отталкивает всех вокруг, чтобы не показать истинное «я».
Фея сопровождала свою оценку жестами, шевеля пальчиками в воздухе, словно насылает на меня магическую пыльцу.
— Таким ты меня видишь?
— Согласись, в этом что-то есть! Тебе нужно победить принца, который на самом деле тот ещё самодур, и показать принцессе, что это ты достоин её руки!
Меня кольнула формулировка, потому что при слове «принцесса» я, естественно, подумал о Миранде.
— Скорее я окажусь ворчливым дворецким, которого в итоге забудут в доме, когда семья решит переехать.
— Груб снаружи, богат внутри и очень скромен! – продолжила Фанни с игривым пафосом рассказчика. У неё сегодня было отличное настроение.
— Ну всё, хватит.
— Прости, прости. – Фея прокашлялась и потянулась вновь к своей тарелке. Немного мы посидели молча, пока она всё-таки не сыграла на последнем аккорде разговора:
— А та девочка. Которая напоминает меня. Это твоя возлюбленная?
Я вздрогнул. Вопрос оказался неожиданным и липким. Странное чувство, ведь ответ на это ещё недавно был таким однозначным.
Я помедлил и сам не понял, почему молчу. Словно я совершил преступление и сейчас адепты задали решающий вопрос, чтобы вывести меня на чистую воду. В голове вдруг пронеслись слова Руперта из злосчастной каморки.
— Сестра, – слетело вдруг с губ, будто бы без моего ведома.
Прозвучало нервно, но категорично. Разум не давал разрешения говорить подобную ересь. Я моментально возненавидел себя, поменялся в лице и тут же встал из-за стола, к огромному удивлению феи.
— Акси? – в женском голосе промелькнула нотка испуга от столь резкой перемены.
— Прости, Фанни, мне нужно идти, – только и бросил напоследок и уже через пару секунд был в коридорах.
Аксель, мать твою, что это было?
Какая сестра?
С каких пор Дакота, которой ты пообещал быть вместе до конца, стала всего лишь сестрой?
Едва остался один, тут же с силой вмазал себе по лицу. Пытался прийти в чувство, будто после обморочного состояния, когда говоришь всякую чушь.
Вот ведь проклятье.
Всё.
Надо заканчивать водиться с Мирандой.
Можно сколько угодно обманывать себя, но тело очень по-разному реагирует на ту же Фанни и на эту аристократскую принцессу. Ещё с того злополучного вечера, когда я вытащил её на руках из бара.
Словно назло, ровно в этот момент в нос ударил сладковато-яблочный запах. Он огрел меня осознанием, что избавиться от иррационального бреда в моей башке не так-то просто.
— Да сука, – выругался я себе под нос, думая, что это наваждение, но со спины и впрямь послышался её голос:
— Ого. Я тоже рада тебя видеть.
Обернулся. Ко мне в коридоре успела подойти Миранда, которая явно собиралась поздороваться. Ну да, логично. Я невольно шёл к кабинету алхимии.
— Я не про тебя, – фыркнул, смотря на принцессу сверху вниз.
— И на том спасибо, – она посмеялась и слегка подтолкнула меня. Прикосновение ладоней обожгло кожу даже сквозь одежду. – Чего встал, как адепт перед Королевой? Поторапливайся. Нам нужно ещё взять у тебя кровь для презентации проекта.
Когда я успел с ней сблизиться настолько, чтобы она вот так панибратски ко мне обращалась?
В голове сразу же всплыли все последние вечера, которые мы умудрились проводить наедине. Подумать только, эта женщина просочилась ко мне змеей так ловко, что в последний раз я делился с ней ужином, хотя терпеть не могу, когда берут мою еду. А я даже не заметил.
Или не хотел замечать?
Ведь пока не думаешь, не чувствуешь ответственности. Словно ничего не происходит.
Хотя, возможно, всё на хрен рухнуло ещё в момент, когда я таскал её на руках в порванном платье…
— Иду я! Не трогай! – гаркнул раздраженно, и Миранда тут же отшагнула.
— Ясно. Кто-то в плохом настроении, – протянула она, переключаясь с режима веселости в амплуа ядовитой язвы. И даже оно было ей к лицу. – Главное, не рычи на профессора, чтобы нам оценку не снизили.
Миранда спокойно пошла вперед, а я попытался понять: с каких пор моя грубость её не обижает?
Хотя в процессе работы над проектом мы успели так поссориться, что она запустила в меня крупной колбой – и та разлетелась вдребезги. А потом минут через пятнадцать мы работали дальше, даже не убрав стекло, будто ничего не было.
Ох, зараза. Я и не заметил, в какой заднице.
Надо с этим заканчивать…
Глава 16. Да что с тобой сегодня?
Миранда
Уж не знаю, почему Аксель сегодня был столь раздражительный, но… я немного свыклась с его грубым характером за две недели. Он вечно мог где-то нарычать, но быстро понимал это, остывал и извинялся. Я думала, тут будет так же. Но что-то в этот день не заладилось.
— Закатай рукав, – попросила я, достав шприц. Кровь Акси была главным ингредиентом зелья, которое мы собирались представить профессору. Сейчас в аудитории никого не было, так что стоило разобраться с этим поскорее.
— Возьми из кисти.
— Я не профессиональная медсестра, Акси. Там вены тонкие. Ещё ткну не туда.
— Правда думаешь, что меня это хоть немного волнует? – он опять говорил чересчур грубо.
— Да что с тобой сегодня?!
Всё ведь было нормально! Мне даже казалось, что мы худо-бедно сдружились.
— Ничего. Просто ты же знаешь, что прокол иголкой не в том месте мне вреда не нанесет. Он заживет за секунду.
— Зачем ты споришь о такой ерунде? Тебе, может, и плевать, а мне неприятно в кого-то колоть иголкой и хочется сделать это с первого раза.
— Ох, посмотрите, какая нежная...
— Да боже мой! – Я не выдержала и просто дернула рукав Акселя вверх. Из-за его привычки ходить не по форме пуговицы были расстегнуты. Ткань задралась, за ней что-то отклеилось. Бинт?..
И тут я остолбенела.
— Это… кость? – только и успела спросить я, нервно сглатывая.
Под рубашкой у Акселя была рана, которая активно зарастала, поэтому не кровоточила. Даже мой неаккуратный жест ей не навредил. Но из-под слоя мышц кое-где отчетливо торчала треснувшая кость. Словно на манекене кто-то обнажил анатомически кусок плоти, а потом забыл натянуть на руку перчатку из кожи обратно.
