Небесный всадник 2 (СИ) - Кири Кирико

— Я знаю, что ты сделала это специально, не надо быть мыслителем, чтобы догадаться. Он тебе не нравится, ты попыталась его унизить, а потом трусливо всё исправить. Но унизив его, ты унизила нас всех, Эллианора.

Серафина задумчиво разглядывала плеть в руке.

— Я думала, что мы прошли то время, кода применялись телесные наказания, что все стали благоразумнее, умнее, воспитаннее и сдержаннее, но видимо поспешила с выводами. Кажется, некоторые упорно не хотят ничего понимать и принимать. Это не вина Самсона, это твоя вина, что ты здесь, Эллианора. Твой поступок — предательство всех нас. Ты ради собственного эго поступилась всеми нами. И тем не менее я дам тебе два выбора: либо ты убираешься из шпиля и отрекаешься от небесной всадницы, либо…

Второй вариант был очевиден.

Эллианору трясло. Дрожащими руками она сняла с себя одежду, после чего на ватных ногах подошла к стене и облокотилась на неё руками. Как-то Мелисса рассказывала ей, что такое наказание часто практиковали на новеньких, чтобы выбить из них всю дурь, и им очень повезло, что от этого отказались, но…

— Двадцать ударов. Каждый звук — новый удар, — произнесла Серафина. — Ты будешь считать.

А потом резкий свист и…

Спину не просто обожгло. Боль была такой, что Эллианору парализовало. Ей едва удалось подавить вскрик. Несколько секунд её трясло, прежде чем горло выдавило:

— Один…

Вереди было ещё девятнадцать.

Сегодня мне удивительно хорошо спалось. Наверное, сказалась новость, что я могу сходить и посмотреть на своё поместье, которое там для меня приготовили. Подозреваю, что без наблюдения меня всё равно не оставят, но тут и так понятно, что я под колпаком. Что не выбери, всё равно будут следить.

Ну и плевать…

Завтрак был, как и всегда, отличным. Служанки превосходно набили руку на том, чтобы готовить глазунью, а после того, как обнаружилось здесь ещё и солонина, которая прямо отлично шла вместо бекона… м-м-м… сука, какое блаженство… А самое главное, что и Аэль полностью оценила мои вкусовые предпочтения, и не с меньшим энтузиазмом поедала глазунью, не делая меня изгоем в этом вопросе.

А ещё сегодняшним утром я заметил Эллианору. В смысле, я её и до этого видел, но сегодня она выглядела иначе, и это заметили все. Вся бледная, сгорбившаяся, взгляд в никуда. Она ела, но казалось, делала это на каком-то автомате, как и отзывалась, когда её звали.

Кажется, кому-то вчера очень сильно влетело. И кажется, об этом уже все знают, так как старались особо с ней не общаться. То ли давали возможность прийти в себя, то ли придерживались позиции, что наказание должно оставаться таким до конца.

Жалко мне её? А ей было меня жалко, когда она натравила тех дегенератов на меня? Ну вот и ответ. Так что хрен с ней.

Закончив завтрак, меня почти сразу перехватила Серафина.

— Сейчас ты отправишься в своё поместье. Пока официально не будет объявлено, кто ты, там тоже старайся не распространяться. Император выделил надёжных бойцов, который будут знать, что ты персона важная, но не более.

— Личная гвардия императора? — сразу вспомнил я тех космодесов.

— Нет, конечно, но тоже отличные и надёжные воины. Их задача — защищать тебя. Естественно, так как ты барон, они с виду будут выглядеть соответственно, но знай, что это одни из лучших солдат.

— А я сам потом смогу набрать своих воинов?

— Потом — да, но пока — только с ними.

— И они полностью мне подчиняются?

— В пределах разумного, естественно, — уточнила Серафина. — Тебя доставят до земель поместья на вивернах, а дальше уже в экипаже…

— А дракон?

— Без дракона. Мы пока хотим сохранить тебя в тайне, насколько это возможно. Да и приводить дракона к поместью плохая идея, когда он видит всех, кроме всадника, исключительно, как пищу.

— А вы тоже так добираетесь? — поинтересовался я.

— Естественно. Переодеваемся, выходим и теряемся в толпе, после чего экипаж или виверны.

— И никто никогда к вам не приставал? Вы как-никак небесные всадницы, у вас поклонников…

— Все слышали наши имена, но в лицо знают немногие. Сними с нас доспехи, одень в обычную одежду аристократов, и только знакомые лично узнают нас, а для остальных мы будем просто графинями, баронессам, виконтессами и так далее. Конечно, те, кто повыше статусом, естественно знают наши лица, не редко было, когда они к нам даже подходили с предложением руки, сердца и остатка жизни, но…

Отворот-поворот давали, короче.

— Часто подходят?

— Нередко, если встречают. Почти всегда, — не стала она отрицать. — Но ты сам знаешь, чем нам грозит это. И ты тоже воздержись от бездумных связей.

— Вы же мне сами предлагали бордель, — напомнил я.

— Я про всякие клятвы, обещания жениться и так далее. Спасть можешь с кем хочешь, но тоже помни, что ребёнок аристократки — это свадьба.

— А ребёнок простолюдинки?

— Бывает, — пожала она плечами.

Вот так просто. То есть, если крестьянка, то вообще плевать, а если аристократка, то ты что, это же твой ребёнок. Тьфу блин, лицемерие…

— Просто старайся не связываться с благородными. Не дай бог так обручишь себя с кем-то, а от них только этого ждать и приходится. Найдётся тебе жена получше, чем всякие пигалицы, что сейчас будут вокруг тебя виться, будь уверен. А служанки и простолюдинки — сколько угодно…

— А такой вопрос. Если я сам лишусь девственности, я свои силы не потеряю?

— Если уж мы не теряем, то вряд ли с тобой что-то случится, — ответила Серафина, хотя зерно сомнений я явно в ней посеял. — Тем не менее ты прав, будь аккуратен.

На этом мы распрощались. Меня проводили к самому низу башни, где выпустили наружу, проинструктировав сейчас идти не вперёд, а по улочкам между домами, где будет легче влиться в общий поток. А дальше с дворцовой площади за ворота стен и сразу направо, пока не выйду на большие площади верхнего уровня, где расположена виверня. Там всё было устроено, и меня уже должны будут ждать.

Собственно, я всё так и сделал. Вышел, свернул в узкие подворотни и влился в поток благородных у площади, после чего в первый раз своими двоими покинул границы дворца императора.

И меня встретил классический готический средневековые город в лучших традициях этого стиля, когда даже в солнечную погоду он выглядел мрачненько, пусть это никого и не смущало. Высокие дома, верхние этажи которых будто нависали на узкими кривыми улицами, переходы между зданиями, мосты, небольшие площади. Из-за того, что город был на холме, на втором этажа уже мог располагаться пару, а переход с первого этажа соединяться с последним этажом здания выше.

Но это ниже, на верхнем уровне всё же было заметно просторнее. Тут и дома были пониже, и сами пошире, и места побольше. Парки, аллеи, что-то типа ресторанов с отелями на средневековый манер — всё, чтобы было чуть-чуть просторнее и город не давил своей массой.

Мой путь лежал сразу направо вдоль стены, под которой раньше был ров. Теперь этот ров стал каналом, по которому люди плавали на лодках. Несмотря на век, они уже открыли для себя такое шлюзы, поэтому могли вполне спуститься на лодках к стенам среднего уровня, а при желании и ниже. Пройдя вдоль него…

А, вон и виверня. Отдельное здание на уступе с площадками, как для вертолётов. На моих глазах одна из виверн только что взлетела, везя на своём горбу сразу трёх человек, пусть небольшие мешки по бокам.

Как я уже и говорил, они были младшей версией дракона, и управлять ими могли так же и мужчины. По факту, тот же дракон, только меньше, а значит и сбить его гораздо легче. Тут размер однозначно решал. Признаться честно, мне и самому было интересно попробовать на ней прокатиться.

Глава 49

— Господин, могу ли я вам помочь?

Едва я оказался внутри, как ко мне прямо у дверей подскочил какой-то мальчишка-слуга, услужливо улыбнувшись.

— Я… — я едва не выдал своё коронное «э-э-э», но удержался. Что, зря что ли меня учили нормально общаться. — Я барон Самсон фон Хертвёрд. Для меня должны были приготовить виверну до баронства Хертвёрд.