Хранитель Пути Зверя. Том 2 (СИ) - Маревский Игорь

— Это всё из-за нанесённых ему ран?

Мужчина покачал головой.

— Его сердце бьётся странно. Физически он довольно крепок и здоров, но, думаю, здесь речь идёт о духовной болезни. Я не практик и знаю об этом только из того, что сумел прочитать. Тебе придётся найти того, кто разбирается в терапии ядер и меридианов, а для этого лучшего всего подойдёт секта.

— Меня, обычного крестьянина, и на порог не пустят, тем более не дадут лечить старика, — проговорил я и уселся на пол рядом с кроватью дедушки.

Медленный вдох и выдох. Пока лекарь и его подмастерье недоумевающе смотрели на меня, я решил попробовать самостоятельно. Моё новообретённое знакомство с духовной энергией позволило на мгновение нащупать слабую ауру дедушки, но не более того. Лекарь в чём-то оказался прав. На подсознательном уровне чистых ощущений его абстрактная аура для меня показалась пульсирующим сгустком. Удар… Удар… Ещё один… И так по кругу.

Мои умения были всё ещё слишком слабы, но даже так мне удалось понять, что главная проблема кроется в духовной части, а не в физической. Получается, что мои подозрения оказались верны, и мой дедушка действительно на каком-то уровне был, как и я, практиком. Учитывая его возраст и состояние, взобраться высоко по лестнице силы ему так и не удалось, но и совершить собственный прорыв он всё же сумел и пробудил нижнее ядро.

— Только не говори мне, что ты… — задумчиво протянул лекарь.

— Я забираю его в горы, — уверенно выпалил я, поднимаясь на ноги.

— Забираешь его в горы? Ты совсем сошёл с ума? Если хочешь его убить, есть способы и проще, чем тащить раненого измождённого старика чёрт пойми куда.

— Вы сами сказали, что ему требуется человек, знающий секреты ядер и меридианов.

Лекарь задумался.

— Ну… В теории, я могу укрепить его тело достаточно для длительного перехода, но всё равно это риск, и мне понадобится время. В любом случае, вы оба никуда не пойдёте до самого утра, и если действительно хочешь ему помочь, то хватай свои травы и слушай меня внимательно. Я научу тебя, как сделать парочку полезный отваров.

Глава 6

Двери распахнулись, и в зале совета внезапно повисла тишина. Императрица, дочь неба и хранительница бога-дракона ИнЛона вошла в сопровождении её верных служанок. Все, как одна, носили белые, фарфоровые маски безликих. Стройные, выбранные лично госпожой из сотен тысяч желающих, они отличались от остальных невероятно бледной кожей и длинными нефритовыми ногтями.

Сама же императрица появилась в традиционном парадном церемониальном наряде Ди И. Одеяние цвета тёмного граната, шёлк которого ложился на неё строгими вертикалями, подчёркивая идеальную фигуру своей носительницы. Ткань не колыхалась, вторя её движениям, а двигалась вместе с её телом, будто подчиняясь одному дыханию.

По поверхности одежды золотом и нефритом вспыхивали огни ИнЛона. Они не выглядели как обычные узоры и орнаменты, а казались живыми стражами, оплетающими священную оболочку своей госпожи. Каждый её шаг заставлял нити мерцать, вспыхивать и тут же сгорать за мгновение, будто фигуры одновременно оживали и погибали в одночасье.

Широкие рукава ниспадали тяжело и плавно. Когда она медленно подняла руку, чтобы дать знак безликим остановиться, ткань развернулась, как облачный вал, закрывая половину света от масляных ламп зала. За ней по лакированному полу тянулся длинный шлейф наряда, шелест которого был тихим, и на тот момент это был единственный звук, если не считать шагов сопровождавших её людей.

На груди у императрицы сиял круглый медальон с драконом — символом не только Поднебесной Империи, но и родства с небесным богом-хранителем. Само же лицо женщины, не тронутое ни намёком на возрастные морщины, учитывая её возраст, оставалось спокойным, но под этим спокойствием откровенно чувствовалась сталь. Она не торопилась занять место на троне и демонстративно позволила совету ощутить всю тяжесть присутствия божественной сущности. Лишь когда министры опустили взгляды, оголив тем самым свои дородные шеи, императрица сделала ещё один короткий шаг вперёд и заняла место во главе стола.

— Ваши слуги склоняются перед Почтительной, Священной, Милостивой и Ясной, Строгой и Небом утверждённой Императрицей, Ваше Величество! — произнёс один из седовласых министров, глубоко поклонившись.

Сама же владычица, носившая имя Мин Сюан, даже не обратила внимания на говорящего и молча положила ладони на колени. Это был знак всем присутствующим, что церемониальная часть приветствия окончена, и им позволено приступать к делу. Министры один за другим выждали короткую паузу в поклоне, а затем опустились на колени на выстеленный шелками мягкий пол, выложив перед собой свитки с повестками на день.

Тот самый человек, который приветствовал её раньше, прочистил горло, понимая, что говорить ему придётся чуть ли не криком, и начал первым:

— Ваше Величество, совет министров явился по вашему указанию и подготовил…

Вдруг он внезапно замолчал, когда Императрица едва заметно повела указательным пальцем. Несмотря на то, что они находились на расстоянии пятидесяти шагов, каждый из них внимательно следил за любым движением своей госпожи, дабы, не дай великий ИнЛон, не ослушаться её приказа.

— До меня дошли слухи, что один, а может, и несколько из вас не одобряют мой замысел, — наконец произнесла она, делая упор на последних двух словах.

— Н-н-нет, о Великодушная властительница Неба, м-м-ы бы никогда не… — пробубнил главный министр.

Императрица ничего не ответила. Она едва заметным жестом приказала одной из служанок нагнуться и что-то прошептала, прикрывая губы широким рукавом церемониального наряда. Безликая учтиво поклонилась и, не поворачиваясь спиной к госпоже, попятилась назад и преподнесла ей украшенную золотом и нефритом деревянную коробочку.

Несколько министров не выдержали и ахнули. По залу совета, в котором обычно заседали все самые властные люди Империи, прошлась волна страха. Каждому из присутствующих была известна это коробочка, более того, они прекрасно знали, что должно было находиться внутри. И если они правы, то, судя по всему, они сумели навлечь на себя гнев монарха.

— Ваше Величество! — вновь обратился к ней главный седовласый министр. — Противиться вашей воле, воле Неба, мы бы… Мы бы… Если прикажете, я выясню кто из министров…

Вместо одного пальца императрице пришлось поднять целую руку, как зал вдруг погрузился в полнейший мрак. На лицах министров открыто читался ужас, со лбов гроздьями капал пот, а сухие глотки никак не могли проглотить застрявший в горле ком страха.

Это была техника Искусства окаменевшей мысли, Обретающей форму. Техника, которой владела лишь императорская семья. Она была настолько мощной, что одновременно любое проявление подобной версии, пускай и намного слабее, в любой секте каралось смертной казнью. Сама же императрица применила её не потому, что хотела выяснить правду, а как раз наоборот, потому что она её уже знала.

За кулисами заговора министров стоял её фаворит. Единственный человек, который открыто мог бросить вызов любимой и при этом остаться в живых. Он это знал и пользовался при любом удобном моменте. Однако, что ему не было известно, так это то, что у дочери Неба имелись свои планы на этот счёт. А точнее сказать, у неё появилась возможность избавиться от всего совета разом.

Так как, пускай, ещё не все министры это осознали, но они явились не на обычное заседание — они явились на собственную казнь.

Тьма, окружавшая их, постепенно обретала формы и превращалась в живой театр теней. Фигуры танцевали, образовывали сюжеты и показывали всё, что на самом деле творилось в закоулках сознаний подчиненных. Сами же министры, словно каменные статуи, не могли пошевелить и пальцем и безмолвно наблюдали за тем, как их тайны обретают плоть подписывают им смертный приговор.