Поймав мой взгляд, он подмигивает.
Когда мы снова рассаживаемся, он опять пододвигает для меня стул и в этот раз наклоняется чуть ниже, чем следовало.
— С-с-с-с-с…
— Прошу прощения! — Он немедленно отстраняется. — Я никогда раньше не видел призванных духов вживую. Трудно удержаться.
У него очень подкупающая улыбка.
— Понимаю.
— С-с-с-с, — не соглашается Фырька.
Сперва она переползает мне на правое плечо подальше от Дора, а затем стекает на колени под прикрытие столешницы. Чем ей парень не понравился? Он, конечно, напористый, но Фырьку пристальным вниманием точно не смутить. Или она таким образом изображает лапочку? Кажется, она спрыгивает на пол и затихает у меня между стоп.
— Я…
— Не бери в голову, Дор.
В зал входит затянутый в парадную форму лакей с подносом. Он торжественно, будто маршируя, несёт одно-единственное блюдо. С моего места мне не видно, но я знаю, что на плоской тарелке должны лежать энергетические кристаллы, именно ими предлагают угощаться Духу, не человеческой же пищей.
После завершения ужина кто-то отнесёт нетронутые кристаллы в святилище, возложит на алтарь. Алтарь впитает заключённую в кристаллы силу, и прозрачные камешки рассыплются в пыль — будет считаться, что Многоликий принял подношение.
Учитывая, что за оставленными на алтаре кристаллами никто круглосуточно не следит…
— Айви, смотри, — окликает Дор.
Я поворачиваю голову.
Пока я следила за тем, как лакей накрывает Многоликому Духу, второй лакей небрежным взмахом посылает к столу сразу десяток накрытых крышками блюд. Следом в буквальном смысле слова летят тарелки, ложки, вилки, ножи. Посуда над столами исполняет то ли танец, то ли цирковой номер. Наверное, к жонглированию ближе всего. Лакей мастерски дирижирует утварью, стол сервируется на глазах.
Забавно, но я только сейчас отмечаю, что лакированные столешницы не укрыты скатертями, как должно быть на обычном светском ужине.
У меня два вопроса: что за магия такая заставляет тарелки плясать и как вообще возможно контролировать столько предметов? Я бы поняла, если бы лакей ставил тарелки по одной, но он показал нечто невероятное! Чего стоит закружившийся в вальсе графин с водой! Теоретически рассчитать сервировку можно заранее… Лакей запустил артефакт? Версия, больше похожая на правду.
Последним аккордом с общих блюд поднимаются крышки и вереницей уплывают прочь.
— Поразительно! — оборачиваюсь я к Дору.
— Всего лишь грязная манипуляция, — доверительным шёпотом возражает он.
— Мм?
Он пожимает плечами:
— Соблазняют пойти на «Рунную артефакторику».
Я и без шоу на неё иду, а те, кто считают дисциплину плебейской… сами дураки.
— Свекольное карпаччо? Рыбный салат? — перечисляет Дор варианты на выбор. — Мясное суфле?
С одной стороны, этикет обязывает ухаживать за леди, сидящей по правую руку, я от Дора как раз справа. С другой стороны, ужин не светский, а традиционный, пафосная галантность неуместна. Вон, «жилет» не рвётся оказывать знаки внимания своей соседке, а значит, и мне не следует потакать светской игре.
Положу себе рыбный салат…
Внезапно старшекурсник, ближе всего сидевший к почётному пустому стулу, вскакивает. За ним поднимаются ещё несколько студентов, и все, как и он, смотрят на… тарелку для Многоликого.
— Кристаллы… — В резко наступившей тишине их голоса отчётливо слышны.
— Они исчезли!
Глава 18
Шипение Фырь из-под стола едва слышно, но я отчётливо улавливаю волнение и раздражение питомицы.
Она прямо сейчас чувствует постороннее присутствие?
А что, если с внутренней стороны щита бродил Многоликий? Для него барьер академии не преграда.
Наверное, любой в этом зале скажет, что я фантазирую, но для них вторая жизнь в другом мире тоже будет исключительно фантазией, а для меня — фактом. И существование Многоликого Духа тоже неоспоримый факт.
— Невозможно, — кто-то из старшекурсников вторит моим мыслям.
Ага, по здравом размышлении моё предположение красивое и сомнительное: Многоликий Дух всё равно что языческое божество, без его дозволения почувствовать его присутствие нереально, а следы в астрале были явными.
Скорее, на огонёк заглянул какой-то другой Дух.
— Забавная шутка, — фыркает Дор. — Пока все отвлеклись, кто-то слизнул камешки? Не удивлюсь, если они изначально иллюзорные и в нужный момент лопнули, как мыльные пузыри.
— Зачем? — спрашиваю я, хотя ответ очевиден, и Дор оправдывает мои ожидания.
— Айви, подумай сама, как давно наши семьи перестали в угоду замшелой традиции жертвовать наследниками по прямой линии? Простите за прямоту, род Талло отправил на Белый факультет вас, не Тимаса. Вот глава факультета, цепляясь за отмирающее прошлое, хочет показать, что традиция ещё жива, но нет.
— Ты преувеличиваешь и драматизируешь, Дор.
— Отнюдь. Я готов поспорить на желание!
— И в чём суть спора?
— Завтра мы сходим в архив при библиотеке и поднимем программу нашего факультета, например, вековой давности. И сравним с нашим расписанием. Знаешь, какой в прошлом была основная дисциплина первого курса?
— Астраловедение.
— Правильно. И во что оно превращено? В урезанный обзорный курс по желанию. Пора посмотреть правде в глаза и признать, что Белый факультет превратился в Рунический. То, что происходит сейчас… Помнишь из истории казус с родом Марташ, когда они на приёме посадили в кресло помершего и забальзамированного старейшину и делали вид, что он живой, просто дремлет? Сейчас точно так же «дремлет» наш факультет.
— Пожалуй, я признаю, что в твоих словах много здравого.
— С-с-с-с…
Дор расплывается в счастливой улыбке от уха до уха, накладывает в мою тарелку рыбный салат.
Исчезнувшие кристаллы его не интересуют.
А вот я не думаю, что всё настолько просто, как Дор разложил. Я прислушиваюсь к ощущениям. Улавливать эманации астрала, оставаясь в материальном мире, та ещё задачка. Пожалуй, я согласна с Фырь: прямо сейчас в тумане кто-то есть. Не ныряльщик, не человек, не астральная полуразумная тварь.
Пусть не Многоликий, но всё же Дух?
Моя питомица для него как конфетка — на один укус.
Ха, все мы для него такие конфетки. Стать закуской на праздничном ужине — это последнее, о чём я думала, поступая в Восточную академию.
Я прислушиваюсь. Ощущение присутствия идёт по-прежнему от главного стола, словно Дух наслаждается устроенным им переполохом. Старшекурсники продолжают спорить, но, судя по общему настрою, в чудо не верит никто.
— Кристаллы исчезли сразу после того, как исчез призванный дух леди Талло.
Что?!
Что за… чушь.
То есть логическое зерно в обвинении есть, призванные духи лопают энергетические кристаллы с хрустом, треском и огромным удовольствием. Но именно что с хрустом! Бесшумно слизнуть заряженные накопители Фырька физически не способна.
— У-у-у-у? — изумляется она вместе со мной.
Кто вообще мог додуматься показать на Фырьку?
— Почему ваш дух спрятался, леди Талло? — влезает Бекка.
Сквозь участливый тон прорываются нотки искренней радости, которая мигом вянет, потому что из-за стола поднимается красавец-блондин, предмет её обожания, и её осаживает:
— Что за нелепица?
— Но…
— Хотя дух леди Талло, без сомнения, весьма шебутной, разом поглотить энергию всех кристаллов он бы не смог, даже если бы захотел.
Оу…
Приятно.
Вроде бы блондин на факультете на первых ролях, но я бы не подумала, что он захочет за меня заступиться. Или он борец за справедливость?
— Духи умеют проглатывать кристаллы, — рассудительно возражает кто-то. Может, тот полноватый парень, который накануне доказывал, что Фырька точно не хтонь?
— Разве не было сказано, что на блюде пыль? Кристаллы поглощены, а не проглочены.
Аргумент железобетонный.
— Простите, леди Талло, — обращается ко мне один из старшекурсников. — Никто из нас не хотел зацепить вас, нас слишком взбудоражило исчезновение кристаллов.
