Темный Лекарь 19 (СИ) - Нот Вай

— Точнее, вы помогаете просто всем детям, которым можете?

Она с горечью мотнула головой.

— По рассказу Симона может сложиться такое впечатление. Но… мы не можем даже этого. Мы не можем так рисковать, ведь ребёнок вполне способен кому-то рассказать. Сдать такую помощницу, и потом её ждёт самое суровое наказание. Поэтому, мы помогаем лишь иногда. В самых вопиющих случаях. Когда просто не можем спокойно смотреть на всю эту жестокость. То, как издевались над Симоном, это…

Она замолчала, словно одни только воспоминания погружали её в кошмар.

Симон положил ей руку на плечо и мягко улыбнулся:

— Не будем об этом, хорошо? Всё уже давно в прошлом.

Она глубоко вздохнула, отгоняя от себя дурные мысли, а потом добавила, немного сменив тему:

— Многие мужчины Канвары втайне сочувствуют нам. Да и они сами видят несправедливость и сталкиваются с ней с самого детства. Но не могут ничего изменить. Ракша слишком силён. Его власть абсолютна. Любое сопротивление карается смертью.

Я слушал внимательно, а потом задал важный вопрос:

— Отличная речь. Но вот что меня интересует — если всё так плохо, как ты говоришь, то как ты сумела оказаться здесь? — Я усмехнулся. — Неужели Ракша любезно отпустил тебя обсудить возможность предательства с его злейшим врагом?

Однако, Сурья, не растерялась ни на секунду.

— Я воспользовалась хаосом после вашего нападения на монастырь Белого Облака.

Она выпрямилась:

— Там погибло столько магов, что пропажу одной женщины, которая занималась хозяйством, никто не заметит. Или заметят, но не скоро, а то и вовсе сочтут мёртвой.

Она продолжила объяснять:

— Я была завхозом. Занималась закупками, снабжением, связями с внешними поставщиками. У меня было много контактов за пределами монастыря. И как бы Ракшу ни боялись, очень многие его не любят. — Она замолчала, а потом многозначительно добавила. — Если правильно выбирать слова и людей, которым их говоришь, можно многое сделать без надзора Ракши и его приспешников. Так я и смогла выбраться из Синда.

Я кивнул:

— Если ты говоришь правду, это ценная информация. Вот только… с чего бы мне тебе верить?

Она напряглась, а я продолжил:

— То, что ты когда-то помогла раненому ребёнку по каким-то своим причинам, не делает тебя надёжным источником информации. Это может быть ловушка Канваров. Попытка дезинформировать меня. Подсунуть своего агента.

Она не отвела взгляд:

— Я готова на что угодно, лишь бы доказать правдивость моих слов. Обратной дороги для меня нет. Я всё поставила на карту, свою жизнь, жизни моих близких. Я знаю, что на вас работают ведьмы Сципион. Вы можете позволить им залезть мне в голову. Я не буду сопротивляться.

Она сделала шаг вперёд:

— Раньше у нас не было и грамма надежды. Все понимали, что Ракша способен подавить любое восстание. Даже если весь клан восстанет против него, со всеми магами вне категорий.

— Так и есть, — поддержал её Симон.

Сурья продолжила:

— Ракша один настолько силён, что это невозможно игнорировать. Но и тех, кто верен ему, тоже немало.

— И что же изменилось? — спросил я, потому что она снова замолчала, словно погружаясь в болезненные воспоминания.

— Мир, — просто ответила она, а затем ёё голос наполнился надеждой. — Рихтеры уничтожают Великих Князей одного за другим. Рухнула империя Вийонов. Салазары пали. Штайгеры разгромлены. Эти новости дошли даже до нас. До самых отдалённых монастырей Синда. И мы видели, что Рихтеры не вырезают кланы подчистую. Что вы работаете с теми, кто готов сотрудничать.

Сурья встала от избытка эмоций и начала говорить с большей горячностью:

— Между недовольными в клане Канвар начали ходить разговоры. Мы увидели надежду. Особенно женщины, полностью лишённые прав. Но и многие мужчины тоже. А когда вы вторглись в монастырь Белого Облака… когда освободили Анжи Вийон… я поняла: или сейчас, или никогда.

Симон вмешался:

— Я верю её словам, господин Рихтер.

Он посмотрел на Сурью с уважением:

— Даже когда я был ребёнком, я видел, что далеко не всем нравится происходящее в клане. Просто большинство молчали из страха. Моя мать, Анжи, говорила мне то же самое, как говорит об этом сейчас. Также, как и Чандра, маг, который помог мне сбежать двадцать лет назад.

Я поднял бровь:

— Чандра?

Симон радостно кивнул:

— Оказывается, он всё-таки выжил! Прячется в трущобах Синда уже два десятилетия. И Сурья привезла доказательство, которому я готов поверить.

Он достал из-за пояса сложенный лист бумаги и протянул мне:

— Вот. Это письмо от Чандры. Он вплёл в бумагу свой энергетический след. Своего рода печать. Я запомнил её ещё в детстве, когда он помогал мне сбежать.

Я взял письмо и развернул его. Текст был коротким, написанный аккуратным почерком:

«Симон, если ты читаешь это, значит, Сурья добралась до тебя. Верь ей. Она рискует всем ради свободы. Мы не одни. Нас много. И мы готовы действовать, если Рихтеры дадут нам шанс. Чандра.»

Я коснулся края бумаги, почувствовал слабый энергетический отклик. Печать была настоящей.

— Как ты его нашла? — спросил я Сурью.

— Мы знали о нём, — ответила она. — Подполье помогало ему по возможности, а он помогал нам. Передавал информацию, связывал людей. Именно Чандра устроил меня на корабль контрабандистов. Через них я добралась до Коста-Сирены. А оттуда уже свободно попала в Рихтерберг.

Симон кивнул:

— Господин Рихтер, прошу вас — выслушайте её. Дайте ей шанс.

Я обдумывал услышанное, не торопясь с ответом, но потом всё-таки сказал:

— Ракша — мой враг. Я и так хочу его прикончить. И прикончу, будьте уверены.

Услышав эти слова, Сурья впервые несмело улыбнулась.

А я продолжил уже жёстче:

— Но давайте смотреть правде в глаза. Если вас десяток оптимистов, которых перебьют, едва вы выйдете из тени, то лучше бы вам не высовываться вообще. Мне не нужна помощь кучки смельчаков, которые погибнут в первые же минуты войны. Я не хочу брать на себя ответственность за вашу смерть.

Она не отступила:

— Нас не десяток.

— Тогда сколько? — прямо спросил я. — Какими силами вы реально обладаете, а главное, что позволяет вам думать, что именно ваше участие поможет мне победить?

Глава 7

— Сурья, прости, но у меня действительно срочное дело!

Даршан вскочил с деревянного ящика, служившего ему стулом, не дав Сурье даже начать.

Старый чиновник выглядел взволнованным, редкость для человека, привыкшего за три с лишним столетия жизни сохранять невозмутимость в любых обстоятельствах.

— Только что получил документы из провинции Джханси, — продолжил он, разворачивая свиток. — Катастрофический неурожай. Засуха уничтожила половину посевов. Но закупщики Князя требуют прежних объёмов поставок. Если мы не вмешаемся, там начнётся голод. Целые деревни вымрут зимой.

Сурья поджала губы. Она стояла у стола в центре заброшенного складского помещения, освещённого лишь несколькими масляными лампами. Карта Синда лежала перед ней, исчерченная пометками.

Позади, в углу, на старых коврах виднелись торговые знаки гильдии, прикрытие, позволявшее использовать это место для тайных встреч.

Экстренный сбор. Она созвала всех срочно, отправив гонцов по секретным каналам. Все пришли, и это многое говорило о том, насколько её уважали. Но времени на долгие разговоры не было.

— У тебя есть доступ к спискам закупок? — коротко спросила она.

Даршан кивнул.

— Спиши часть урожая на форс-мажор, — Сурья говорила быстро и сосредоточенно. — Оформи документы. Я дам контакты для подписей, подделки, но хорошие. Закупщики отчитаются о невозможности выполнить план. Через наших людей передай крестьянам, часть урожая спрятать, закопать. Отдать только минимум. Зиму переживут.

Даршан выдохнул с облегчением и сел обратно, доставая собственную бумагу для записей.