Клавель попалась на длинном размене равных сил. С доски ушло одинаковое количество фигур, но Адемар остался с тонкой непрорванной линией фронта, а Клавель потеряла одну из двух своих крепостей. Ее плацдарм на другом фланге мог бы привести к победе в долгосрочной перспективе, но Адемар подтянул силы и взял вторую крепость.
Доска должна быть существенно больше, это сложная пошаговая стратегия в стиле шахмат.
— Хорошо играешь, — сказала Клавель, — И стиль свой. Классическая тактика наступления это «Сходящиеся стрелы».
— Но и ты играешь не по классике, — ответил Адемар, — Ты как будто высаживаешь пехоту с корабля.
— У меня есть свой корабль, а у тебя?
— Ты слышала про Загородную стражу?
— Нет.
— Наш король приказал организовать маленькую армию, чтобы извести разбойников в предгорьях.
— Там, где Пустоши?
— Да. И я эту армию возглавлю. Пока что все государственные дела приостановились из-за коронации.
«Конечно, свой корабль это существенно больше, чем якобы обещанная военная должность. Но, во-первых, разница в возрасте, он немного моложе меня», — подумала Клавель. А во-вторых она произнесла вслух.
— Далеко не все потомки графов и герцогов могут похвастаться, что готовы нести службу, которая и опасна, и трудна, и, что самое грустное, из столицы почти не видна. Многие охотнее похвастают почетной придворной должностью.
— Прошу прощения! — к столу подошел солидный и самоуверенный ровесник игроков.
— Внимательно вас слушаем, — сказала Клавель.
— Его сиятельство Робер цин Гюиссон имеет честь бросить вызов его сиятельству Адемару аусф Весмону.
— Принимаю, — ответил Адемар, — Чем обязан такой чести?
— Вы грубо оскорбили его младшего брата.
«Если бы мой брат так скверно себя повел, я бы ему подзатыльник от себя добавил», — подумал Адемар. Некоторым лишь бы найти повод для дуэли. Может быть, и шутников специально подослали.
— Пригласить секунданта? — спросил он.
— Будьте любезны.
Адемар растерялся. Кого пригласить? Знакомых в зале для настольных игр не видно. И с собой ни пажа, ни оруженосца, чтобы пробежался по окрестностям и нашел кого-то из своих. Только дядька Гум, но он старый и «бегать» будет до завтра.
— Я буду секундантом, — заявила Клавель.
— Прекрасная Дама не должна быть секундантом… как мне кажется, — ответил секундант Гюиссона, элегантно избежав спорной формулировки «не может».
— Я наследница титула, поэтому имею равные с мужчинами права в этом вопросе. Впрочем, и дуэлянт, и его секундант в спорных случаях могут обратиться к более авторитетным знатокам дуэльной практики.
— Мы не будем давать отвод, если вы не будете настаивать, что ваше толкование Кодекса создает прецедент.
— Не будем, — сказал Адемар, — Когда и где?
— Хоть прямо сейчас, с вашего позволения. Смотровая площадка старого донжона.
— Вторые колокола, — строго сказала Клавель, — И мы придем не одни.
— Как вам угодно.
Как считать время, если нет ни переносных часов, ни стационарных? Колокол на Храме бьет каждый час. Вторые колокола, значит, после первого с этого момента колокола и примерно до следующего с правом на легкое опоздание.
— С одной стороны, этот вежливый молодой человек произвел хорошее впечатление. С другой, толкователь законов в компании с задирой и провокатором это плохой знак, — сказал Адемар, когда секундант ушел.
— В этой компании не хватает четвертого, — ответила Клавель, — Кого?
— Продажного судьи?
— Если бы речь шла о деньгах.
— Если речь идет об авторитете и репутации, то… Не хватает дамы?
— Мне тоже так кажется. Азалеис Бугенвиэлль слишком избалована. Нам неплохо бы пригласить кого-то за компанию, а то, подозреваю, что нас ждет слишком предвзятое общество.
Вдвоем они продефилировали от зала настольных игр почти до зала танцев. Адемар хотел пригласить принца Медерика и Лилию Байи, но те куда-то подевались. Зато удачно встретил верного друга Ламара Тессента.
Красавчик Ламар отлично подошел бы в пару к Азалеис. И по возрасту, и по общему стилю. Возможно, те ухажеры и его бы толкнули под локоть. Но Ламару не пришлось бы рукоприкладствовать. За него заступились бы девушки. Не только две красивые подруги, но и все остальные дамы в зале. Без всяких умыслов и обязательств. Просто потому, что он такой милый.
— Если ты не слишком занят, пойдешь посмотреть, как я бьюсь на дуэли? — спросил Адемар.
— Спрашиваешь! Конечно, пойду. И был бы занят, пошел бы. А кто твой секундант, если не я?
— Я, — сказала Клавель.
— Угодно ли Прекрасной Даме передать эту почетную обязанность достойному мужу? — Ламар удивился, но избежал оборотов вроде «не может» и «не положено».
— Нет.
— С кем дуэль? Кто еще из наших будет? — Ламар переключился на друга, обозначив даме, что ее отказ принят и не оспорен.
— Робер Гюиссон тебе знаком?
— Нисколько.
— А из наших я пока никого не встретил.
— Возьмем сестричку Кааппе? Она обожает Высокое Искусство.
— Зови.
Ламар не то, чтобы убежал. Бегать неприлично. Он как-то исчез, не показывая спину. Придворный этикет у некоторых в крови.
— У меня тоже есть сестра, которая обожает Высокое Искусство, — сказала Клавель, — Вон она, через зал.
Флесса Вартенслебен производила совершенно особенное впечатление. Во-первых, она надела мужской костюм с обтягивающими штанами-чулками по придворной моде. Во-вторых, к мужскому костюму она надела пояс с мечом. В-третьих, вела под руку девицу, одетую вполне по-женски.
Надо полагать, сводная сестра, потому что Клавель блондинка, а Флесса брюнетка. И непохоже, чтобы кто-то из них красился. Глаза у обеих синие, а черты лица несколько отличаются и выдают темперамент. Клавель — рассудительная северянка, Флесса — пылкая южанка.
— Мое почтение, — поклонился Адемар.
— Адемар принял вызов Робера Гюиссона, — сказала Клавель, — Не хочешь посмотреть? На старом донжоне.
Флесса с фамильным высокомерием оценивающе посмотрела на дуэлянта.
— Туда подниматься дольше, чем смотреть на эту дуэль. Гюиссон очень хорош.
— Не хочешь — не смотри, — сестра пожала плечами, — Если ты и так знакома с восточной школой…
Еще один оценивающий взгляд.
— У нас не в моде борцовские приемы, — сказала Флесса, — Только так у толстячка есть шанс. Ставлю, что без крови он не прорвется, даже если попытается. И даже простой захват за руку чисто не сделает. Гюиссон не борец, но ему этого и не надо. Любого борца заколет как свинью. Из-за чего, кстати, дуэль? Не из-за твоих же прекрасных глаз.
Адемар настолько заметно показал недовольство, что Клавель пришлось его успокоить.
— Гюиссоны наши не очень дружественные соседи, поэтому Робер ради моих прекрасных глаз пальцем о палец не ударит. Это всем здесь очевидно.
Подошел Ламар Тессент с обещанной двоюродной сестрой.
Кааппе Фийамон не могла похвастаться особыми приметами, которые позволяли бы издалека узнать ее по силуэту. Среднего роста, стройная, брюнетка. Старше Адемара на пару лет. Характерное для высшей аристократии правильное лицо без выраженных местных особенностей. Следствие того, что дворяне ведут родовые записи, избегают создавать семью с близкими родственниками и имеют возможность свататься хоть через всю Империю. Конечно, Кааппе не была серой мышью, но люди, не входившие в ближний круг общения, запоминали ее только по глазам уникального и не характерного для брюнеток цвета желтого агата. При этом льстецы и доброжелатели превозносили чистоту взгляда, а злословцы и недоброжелатели, коих набиралось куда больше, наоборот, всячески описывали невыразительный стеклянный взор, который лишен всяких чувств и не может принадлежать творению Пантократора.
