Восхождение Плотника. Трилогия (СИ) - Панарин Антон

– Как и у всех нас. – Хмыкнув я полез на печку прикидывая куда пустить такое богатство.

Хотя, что тут прикидывать? Всё и так ясно как белый день. Первым делом нужны люди. Пару складских рабочих, десяток мужиков которые будут заниматься строительством склада, а после перейдут на прокладку дороги. Когда завершат дорогу можно будет поставить и нормальную мастерскую в виде сруба. Всё время трудиться в землянке, то ещё удовольствие.

Ещё нужна древесина и очень много. Я бы прикупил в пять раз больше чем мы закупали ранее, но где ж её хранить? Даже навеса нет. Впрочем, пока привезут доски, мы успеем сделать навес и не один.

Можно нанять пару подсобных рабочих для черновых операций: обжига, шлифовки, подноски материала. Эх, столько всего хочется, но боюсь если стану распыляться, то так ничего и не сделаю.

Я закрыл глаза и попытался уснуть, однако сон прошел мимо меня, уступив дорогу бесконечному потоку мыслей. Так я и провалялся до самого утра, а после скатился с печи и побрёл к Петрухиному деду. Дед Тимофей знал каждую собаку в деревне, а значит он явно сможет помочь найти таких собак, которые не боятся старосту.

Старик обнаружился во дворе. Он сидел на лавке и пил Иван чай из деревянной кружки. Терпкий аромат разлетелся на всю округу, а вверх из кружки поднимался белёсый дымок.

– Ярый, ты часом двором не ошибся? Петруха то у Гришки теперь живёт. – Сказал Тимоха прищурившись.

– Знаю, но я к вам пришел, а не к нему.

– Вона чё, ну говори, зачем тебе я понадобился?

– Мне пятеро мужиков для работы в мастерской нужны. Ещё пять для строительства зданий, ну и пяток человек на прокладку дороги. Буду платить буду по четыре медяка в день.

– Четыре медяка? – Присвистнул дед Тимоха и почесал затылок, уставившись на меня из‑под кустистых бровей. – Это ж серебруха за неделю выходит, а за месяц больше золотого. Откуда у пропойцы деньги? Ты ж если мужиков обманешь, забьют до смерти.

– А чего мне обманывать? Деньги есть. – Сказал я вытащив из кармана горсть золотых.

– Хе! – Усмехнулся он. – Я то думал что Петруха зря с тобой связался, а оно вон чё. Ты и его в люди вывел и сам поднялся. Молодец. Ну шо тут скажешь? Если люди нужны, топай к Стёпке бондарю. Руки у него золотые, но бывает за воротник закладывает. Так что ты ему плати лучше раз в месяц, а не каждый день, а то сопьётся малый. Ещё Луку можешь нанять, здоровый собака, побольше моего Петьки будет. Кто там ещё был то? Ах да! Гаврила‑возчик, спокойный как валун, никогда голоса не повышает, но работает за троих. Ну и братья Черновы, Мишка с Гошкой, близнецы вроде как, хотя друг на друга не похожи совершенно. Эт из тех кто в монете нуждается и на старосту поплёвывают со своей колокольни. Сам понимаешь, ты нынче персона не шибко популярная, так что сложно будет тебе сразу всех нанять то.

– Пятеро это в пять раз больше чем никого, – улыбнулся я. – Передашь им, что завтра утром буду ждать их у восточных ворот?

Дед Тимоха кхекнул и протянул руку.

– Нашел молодого за так бегать. Давай один кругляш и подберу тебе трудяг. – Улыбнулся он кривыми зубами.

– Вот значит как? А я думал по дружески поможете. – Наигранно обиделся я.

– Тю‑ю‑ю. Тоже мне друг сыскался. Эт ты с Петрухой дружбу дружишь, а мы с тобой так, добрые знакомые и не боле того. Гони монетку то.

– Ладно, ладно. Ради такого даже две дам. – Сказал я и передал старику два золотых.

– Хо‑хо‑хо! Парень, да ты торговаться вообще не умеешь я смотрю. Так и в трубу недолго вылететь. – Рассмеялся дед и добавил. – Но не переживай, каждую монетку отработаю и ещё поспрошаю, глядишь кто и согласиться на тебя батрачить.

– А сам не хочешь поработать?

– Пф‑ф‑ф… А мне оно на что? У меня вон, Петруха есть. Пусть горбатится, я своё уже отпахал. – Фыркнул дед Тимоха и махнул рукой. – Ладно, топай. Завтра утром будут тебе работники.

– Спасибо! – Крикнул я и потопал к дому Григория, где меня ждала Анфиска.

Не успел я постучать, она вылетела из сеней и сгребла меня в охапку.

– Ты чё как не родной? Кормилец ты наш! Пятьдесят золотых? Серьёзно? Да мы с Петрухой такую избу сладим, что староста обзавидуется! Давай, заходи и не вздумай больше стучать! Ты ж считай родной нам. – Выпалила Анфиска и втолкнула меня в избу где уже пахло жаренным мясом, маринованными грибочками и какой‑то настоечкой, кажется на кедровых орехах. Ага, точно, на них родимых.

За столом сидел Григорий и Петруха. У Григория морда красная, явно уже бахнул настойки, а Петруха работал вилкой запихивая в рот огромные куски свинины с жирком.

– О! Явый! – Чавкая выпалил Петька. – Фадифь! Певекуфим и подём фаботать!

– Сегодня у нас выходной. – Объявил я присаживаясь и сам даже не понял как рядом со мной появилась тарелка с едой и кружка морса. – Спасибо Анфис. – Улыбнулся я.

– Так, а чё выходной то? Надо ж столы делать. – Тяжело сглотнув выдавил из себя Петруха.

– Сделаем. Но сначала нам нужно нанять работников, заказать древесину и так, по мелочи. Одним словом все организационные моменты на мне. А ты отдыхай, но настойкой не увлекайся, а то если завтра с похмелуги припрёшься на производство, оштрафую. – Пригрозил я и Анфиска в ту же секунду убрала со стола бутылку с мутноватым настоем.

– Петя вообще не пьёт. Правда дорогой? – С нажимом спросила Анфиска.

– Э‑э‑э… Ага. Не пью проде как. Да. – Кивнул Петруха заставив меня прыснуть со смеху.

Ну всё, попал мой друг под каблук. Впрочем, там ему будет лучше, чем на свободе да с дурной головой. Анфиска баба хорошая, направит его в нужное русло.

– Ну чё Ярый. Поможешь нам избу справить для молодых? Ты же плотник, вроде как. – Улыбнулся Григорий и опрокинул стопочку.

– Запросто. – Кивнул я. – Но и нам твоя помощь сгодится.

– Эт какая ещё? – Спросил Григорий подавшись вперёд.

– Петруха говорил что вы с Санычем возчиком дружит.

– Ну так, скорее выпиваем порой. – Пригладив усы ответил Григорий.

– Этого уже достаточно. Он же катается на лесопилку, продукты возит для гарнизона?

– Есть такое дело. А надо то чего?

– Нужно чтобы он Ермолаю передал заказ на древесину для нашей мастерской. Думаю тебе Петруха рассказал как мы в прошлый раз на лесопилку съездили.

– Ага. Рассказал. – Нахмурившись произнёс Григорий и сжал кулак до побелевших костяшек. – Чёртов Микула, я бы ему собственными руками череп проломил, если бы он не был путником.

– Папка, ты чего такое говоришь то? – Испуганно спросила Анфиса.

– А чё⁈ Он твоего Петьку чуть не ухандохал! – Взъярился Григорий.

– Ладно. Это всё в прошлом. Так что, поговоришь с ним? – Остановил я зарождающуюся ругань.

– Помогу ясен перец. Саныч у меня в долгу, всяко сделает. Сколько чего нужно то?

– Сущая малость. Две сотни дубовых досок первого сорта и пять сотен сосновых. Ещё нужно восемьдесят сосновых брусьев. И да, пусть Ермолай доставку организует, я всё оплачу.

– Вот это вы развернулись. – Присвистнул Григорий. – Никогда не думал что у меня зять будет мебельным магнатом. – Он хлопнул Петруху по плечу, а Петька тут же заулыбался.

– Да я то чё? Эт вон, всё Ярый. – Скромно ответил Петруха и кивнул в мою сторону.

– Нет Петя, если бы ты тогда не помог мне поймать первого слизня, ничего бы этого не было. Так что ты можно сказать родоначальник нашего успеха. – Парировал я и Анфиска тут же повисла у Петрухи на шее зацеловав его чуть ли не до смерти.

– Повезло мне с мужем! Такой добрый, ласковый, заботливый, работящий… – Приговаривала она перед новым поцелуем.

– Ладно, я пойду, а вы отдыхайте. Завтра Петруха будем строить склад. – Наметил я план работ и направился к выходу.

– Погодь. Я с тобой пойду. Сразу к Санычу загляну пока он не нажрался. – Вылезая из‑за стола сказал Григорий.

Мы вышли из избы, Григорий закурил, пожал мне руку и пошел к соседней избе. Я же отправился домой. Мастер обнаружился на кухне: он строгал какую‑то заготовку прямо на обеденном столе, засыпая миску с кашей мелкой стружкой и ворча себе под нос, что нормальные люди в его возрасте сидят дома у печки и греют кости, а не шляются по лесам и не прячутся от старосты в земляных норах, как кроты.