Удачи, NPC! (СИ) - "Легендарный гений"

Я мысленно ощупал поясную сумку. Два последних флакона звякнули, напоминая о себе. Дыханье Теней и Поцелуй Хаоса. Мне в любом случае придется использовать одно из них или, возможно, даже оба. Конечно, я останусь без козырей в трусах после такого, и, честно признаться, быть беззащитным перед Вероникой и Кренном совсем не хотелось, однако еще меньше меня прельщала мысль остаться в этом прекрасном замке с такими местными обитателями.

И, будь ситуация более-менее однозначной, я бы использовал Дыханье Теней для отступления, вот только проблема заключалась не только в боссе и миммиках, но и товарищах. Бурый был серьезно ранен и самостоятельно передвигаться, если и сможет, то очень медленно. Спайк же сейчас являлся балластом. Его мана после первой же способности показала дно, так что сейчас он, разве что, мог самостоятельно передвигаться. Ну, может быть, если дать ему пару минут, он сможет еще и паутиной пользоваться. Так или иначе перетащить незаметно огромную тушку Бурого не получится. Сомневаюсь, что появившийся Туман будет иметь приличные размеры.

Бросать кого-то из своих — такой вариант я даже не рассматривал. Да, я выживу, однако моя совесть вылезет из могилы и устроит мне поход по всем Девяти Кругам Ада, припомнив каждый мой грешок. Да и привязался я к своим товарищам. Лучше уж попытаться спасти их сейчас — сделать хоть что-то — чем потом жалеть, что не попытался.

Затраты? Да, созданные мной зелья имеют огромную ценность, однако я могу попытаться создать еще, когда у меня появятся ресурсы и желание. Безусловно, точно такие же зелья вряд ли получится, однако что-то убойное, думаю, наверняка выйдет.

Именно поэтому я извлек из сумки свою личную русскую рулетку с патронами в каждом барабане. Розовая мерзость в склянке, пахнущая шипучкой и предчувствием катастрофы, уставилась на меня с ожиданием. Знаю, что не с моей удачей надеяться на чудо в виде получения какого-то запредельного баффа, однако такой шанс есть и упускать его — глупо. Пусть один из миллиона. Пусть из миллиарда. Альтернатива — стать начинкой для этого железного сундука и его зубастых подручных.

Но не успел я даже пробку откусить, как почувствовал себя очень странно. Зрение, слух и обоняние на секунду дало сбой, а чертики в голове начали жалобно молиться за упокой моей души.

Я почувствовал кожей, волосками на загривке, всеми фибрами своей мышиной души волну… мощи, которая исходила вовсе не от босса-миммика. Я повернул голову в сторону источника и увидел Сакуру. Увиденное зрелище заставило мое сердце биться так громко, что уши заложило. Воздух решительно покинул легкие, не желая оставаться в моей тушке.

Вампирша стояла чуть впереди, спиной ко мне, лицом к железному Владыке. Но это была не та Сакура, что шла по коридору, бледная и светящаяся. Это было… извержение. Алые пряди в ее волосах полыхнули, как раскаленные угли, став ярче, кричаще-неестественнее. Свет из ее глаз не просто светился — он лился наружу. Эти два кровавых прожектора, бьющих в полумрак зала, выхватывали детали древних камней и шипящих мимиков с пугающей четкостью. Воздух вокруг нее дрожал, как над раскаленной плитой. А холод… От нее веяло таким леденящим холодом, что даже мерзкий грибной сквозняк данжа показался дуновением сауны. И в центре этого марева — в ее поднятой ладони — парило Пепельное Ядро.

Знакомый артефакт, который я получил в Пепельном Разломе и использовал для воскрешения Спайка. Но сейчас то был не просто шарик темного металла. Он жил. Пульсировал изнутри густым, зловещим багровым светом. По его поверхности бегали черные, как ночь, молнии, срываясь с острых граней и шипов. Он вибрировал, издавая едва слышный, но пронизывающий до костей гул, похожий на завывание реактивного двигателя на пределе.

И я знал. Прекрасно знал, какое безумное количество энергии может вместить этот артефакт. Десять тысяч единиц… Этого было мало для воскрешения Спайка при помощи ударов молний, однако… тогда Гришка разделил всю ману на несколько ударов, да и было там всего 5 000 маны. Сейчас, прямо в эту секунду, я видел заполненное до пика Пепельное Ядро, которое Сакура явно планировала использовать, как батарейку для какой-то способности.

И от осознания этого стало жутко. Даже самая обычная способность при таком потоке энергии выдаст страшный результат, а ведь Сакура явно планирует использовать что-то более убойное, чем свой классический Кровавый Коготь. Это было чертовски пугающе… и безумно опасно. Причем не для нас, а для нее самой. Ее бледность, ее светящиеся глаза — это уже было пределом. Десять тысяч маны? Это самоубийство!

— САКУРА, НЕ…! — сорвался с моих губ инстинктивный крик ужаса, но я не успел остановить её… было слишком поздно.

Ее тихий, но неумолимый, как скольжение лезвия по камню, голос перекрыл мой вопль:

— Кровавая Дезинтеграция.

Она не махнула рукой. Не бросила шар. Она просто направила его вперед, навстречу железному сундуку-Владыке и всему, что стояло за ним.

Пепельное Ядро исчезло.

Вместо него из ладони Сакуры вырвался луч.

Не алый, как ее Когти. Не кроваво-багровый, как свет Ядра. Это был цвет чистой пустоты, окаймленный ослепительно-белым сиянием. Он был тонким, как игла, в момент зарождения, но расширился до ширины дорожной кареты за долю секунды. И в нем не было ни тепла, ни холода. Только абсолютное, всепоглощающее ничто. Он шипел. Звук был похож на миллион раскаленных добела лезвий, вонзаемых в лед, умноженный на рев сверхзвукового истребителя. Воздух перед лучом схлопывался, создавая ударную волну, которая повалила меня на спину еще до того, как основной поток достиг цели. Мелкие мимики вокруг просто испарились. Не сгорели и не разлетелись на куски. Такой роскоши им не дали. Они просто исчезли. Без звука, без вспышки. Просто перестали существовать.

Мимишный Темный Владыка тридцатого уровня, являющейся настоящий машиной смерти в моих глаз, и заставивший мой хвост свернуться в узел страха, успел среагировать. Он инстинктивно поднял свои гигантские клешни-прессы, чтобы прикрыть свою сундучную пасть. Хитин, металл, магия — все, что делало его боссом данжа, собралось в мгновенную, инстинктивную защиту, однако едва ли это могло ему помочь.

Луч Кровавой Дезинтеграции коснулся клешней.

Опять же, жара от луча не была. Казалось, что здесь вообще нет физического воздействия, ибо клешни не расплавились и не раскололись, а рассыпались на мельчайшие, невидимые глазу частицы, как песочный замок под ударом цунами. Луч прошел сквозь них, как сквозь дым, и ударил в центральную часть "сундука". Гигантское тело монстра заколебалось. На миг показалось, что оно сопротивляется, что его чудовищная выносливость и уровень могут сдержать эту атаку. Потом по стали пошли трещины — не механические, а словно пространство само рвалось под лучом. И затем — распад. Тело Владыки начало рассыпаться, начиная с точки удара, распространяясь со скоростью лесного пожара. Хитин, металл, внутренности — все превращалось в пыль, в прах, в ничто. Он не успел даже вскрикнуть. Только его единственный, внезапно осознавший ужас глаз на мгновение мелькнул в центре распадающейся массы — и исчез. Через мгновение на месте тридцатиуровневого кошмара висел лишь быстро рассеивающийся серый туман из сверхмелкой пыли.

Однако, решив главную нашу проблему, луч не остановился.

Он пробил стену за местом, где секунду назад стоял босс, пройдя дальше, как луч лазера сквозь бумагу. Камень, мицелий, древние балки — все дезинтегрировало под его прикосновением. Он ушел вглубь замка, выжигая идеально прямой туннель сквозь камень и тьму. И в конце этого туннеля, когда все закончилось, показался солнечный свет. Бледный, рассеянный, но несомненно — это был дневной свет с поверхности!