Перековка. Малый Орден (СИ) - Игнатов Михаил

— Глава!

Через вдох уже был внутри, недовольно глядя на меня — брови сведены, губы поджаты, — сказал:

— Глава, вот сейчас мне очень, очень-очень хочется скопировать советника Бахара и спросить вас: глава, какие две большие проблемы вы создали, запустив Круговорот такой силы на территории Академии?

Такой силы? Да я его и так сжал до предела и едва-едва вращаю. Но, выругавшись про себя, я без прямых просьб остановил Круговорот и со вздохом ответил:

— Я привлекаю к себе слишком много внимания.

— А ещё грозите разрушить всё, что мы правим сейчас вместе с… — Нинар замолчал, сделал ещё шаг вперёд, словно это ему, Властелину Духа, могло помочь видеть лучше, недовольство на лице сменилось удивлением, и через миг он спросил: — Это что, Конденсация Духовной Силы? Вы можете конденсировать заданные формы? — не дожидаясь ответа, он шагнул ко мне. — Глава, идёмте! Идёмте со мной, возможно, вы — решение нашей проблемы!

Глава 4

— Куда мы хоть идём, узнать можно? — со вздохом спросил я, переступая через торчащий из земли корень.

Нинар увел меня куда-то в обход главных дорожек и сейчас мы шагали между сосен по едва различимой в траве тропинке.

Он смутился от вопроса, дёрнул плечом:

— Простите, глава, — он даже кивнул мне, поведя рукой и указывая направление. — Мы идём в ущелья.

— Ущелья?

— М-м-м, — Нинар наморщил лоб, почесал висок пальцем, попробовал ответить ещё раз, не замедлив шага. — Ущелье Пяти Стихий? Ущелья Стихий? Простите, глава, я не очень хорошо запомнил, как это здесь называется. Место, которое должно подпитывать здешние Сердца Стихий и прочее.

Я поджал губы, вновь погружаясь в воспоминания. Куда мы идём, я теперь понял, вспоминал же, кто из Сломанного Клинка и что говорил об этом месте. Седой? Кажется, с ним мы спорили, и он не верил, что в Малом Ордене, всего лишь во Втором поясе, есть Сердца всех пяти стихий.

Спросил снова, чтобы узнать, наконец, ответ на этот вопрос:

— Сердца всех стихий?

— Да, глава! — воскликнул Нинар и даже снова обернулся, и я увидел, каким восторгом горят его глаза. — Представляете? Такое сокровище — и было повреждено. Оно позволяло Малому Ордену выращивать идущих с более глубокой и крепкой основой, чем у всех возможных соседей, — добавил что-то совсем непонятное. — Да, понемногу, но сам факт! — Нинар снова обернулся, вскинул руку, покрутил ею в воздухе, словно ему не хватало слов. — И ничего не получается поправить, представляете?

— Нет, не очень, — сказал я честно.

— Простите, глава, — раз в четвёртый за этот день сказал Нинар. — Вы были совершенно правы, когда вместе с Келлером отправили нас сюда отдыхать, жаль, что он решил остаться в Истоке. Прикоснуться к прошлому, словно окунуться в юношеские годы — дорогого стоит.

Я невольно кивнул ему в спину, соглашаясь. Впрочем, Нинар был Властелином и прекрасно видел мой жест, точно так же, как я видел его лицо и эмоции, несмотря на то, что он шёл на два шага впереди меня.

Нинар, кстати, сейчас сам на себя был непохож: словно помолодел, явно повеселел и стал много болтать. Даже походка его изменилась, стала упругой, быстрой, словно впереди меня по дорожке шел не старейшина, а один из учеников этой Академии, и совсем не тот Нинар, которого я знал в Истоке. Если все мои старейшины изменятся так же, то нужно их как можно быстрее протащить через отдых в Малом Ордене. Особенно Рагедона, слишком вспыльчивого для старейшины стражи, и Бахара, слишком нудного даже для поста советника.

— Именно таким был Орден Небесного Меча, — продолжал вспоминать Нинар, — дружным, сильным, гораздо более сильным, чем соседи, с глубоким фундаментом и наследием, — Нинар вздохнул. — Неприятно в этом признаваться, но как мы не можем повторить многое из возможностей Древних, так и я, вроде бы, как орденец и наследник мастера Ордена, не могу починить то, что, возможно, сделал учитель моего учителя, — Нинар вновь обернулся и широко, без капли сожаления улыбнулся. — Но вы, глава, возможно, станете ключом к успеху.

Я поёжился и заметил:

— Звучит как-то не очень. Ты там что, собираешься поставить меня в центр формации и так починить её?

— Аха-ха-ха! — Нинар громко расхохотался.

Мы как раз вывернули из сосен и вышли на широкую аллею, вымощенную светлым камнем. По обе стороны тянулись ряды низкорослых деревьев с тёмно-красной листвой.

Несколько учеников в синих халатах, сидевших на каменной скамье у края аллеи, обернулись на смех Нинара.

— Это ещё кто? — донёсся до моего слуха голос невысокого парня.

— Ослеп и не видишь халатов и отворотов? — поддел его приятель.

— Вижу, — спокойно ответил он. — Не узнаю лиц.

— Хм, а вот это странно. Я думал, ты знаешь в лицо всех комтуров и управителей.

— И я так думал, приятель, представляешь теперь моё удивление?

— Вы где были последние недели три? — рассмеялся третий. — Насчёт молодого управителя не знаю, может, один из тех. Ну, тех.

— Ты правда так думаешь? Прям из тех?

— Учитывая его возраст? Конечно я так думаю.

— А второй?

— Пожилой? Это какой-то затворник, мастер Массивов, приехал в помощь нашему Кхивеодису вместе с комтуром Силлусом. Приехал чинить Ущелье.

— Ин-те-рес-но. Но вообще, последние недели я пытался заработать как можно больше «мечей».

— Прости, брат, если задел.

— Не задел, не дуйся. Спасибо за новость. Неужели мы, как раньше, начнём получать награды медитациями?

— Будем надеяться, будем надеяться, брат.

Нинар отсмеялся на мои слова, обернулся и смущённо пожал плечами:

— Слышите, глава, все на нас надеются? Младшие Кхивеодис и Силлус не справились, да и я, как оказалось, переоценил свои силы и способность заменить Келлера.

Я едва не споткнулся, когда услышал про «младшие». Пришлось напомнить себе, что да, Нинар Властелин, а Кхивеодис всего лишь Предводитель. И кстати, а почему Келлер решил остаться?

— Кстати об этом, глава, — Нинар едва ли не слово в слово повторил мои мысли, замедлил шаг на несколько мгновений, позволяя мне поравняться с ним, дальше зашагал плечо к плечу. Голос его стал тише и серьёзнее. — Младшая, что вы приставили ученицей. Я позволил себе, кх-м, немного проверить её. Вчера мы с ней очень плотно прошлись по ряду вещей, и она, при всей вежливости, не боится возражать и указывать на сомнительные вещи или вещи, в которых её мнение отличается от моего.

Я вскинул брови. Вежливая Фатия? Хотя… Она, в отличие от меня, хорошо понимает разницу в силе и то, когда нужно держать язык в узде. Напомнил себе: «Сектанты».

— … очень необычная школа артефакторики, со своеобразным подходом к основополагающим вещам… Кхм-кхм, что-то я углубился в дебри, а хотел спросить другое… Откуда она, глава, кто её учитель?

Вопрос, которого не могло не быть. И хорошо, что необычная школа артефакторики, а не — «сектантка». Я повёл рукой в ничего не значащем жесте и дал ответ, который придумал тогда же, когда и прошлое Фатии из Лощин:

— Издалека. Её учитель — затворник, страдающий от старых ран. Он не очень силён, но очень опытен. Я заключил с ним договор: Сломанный Клинок — ему материалы, а он с учениками изготавливает нам артефакты и делает это недорого. Ну и ещё уговорил отпустить со мной Фатию — в их фракции бедновато с ресурсами, и она упёрлась в Преграду. Я убедил его, что оставаться с ним — уничтожить её талант.

— Я в артефактах лишь по верхам, только то, чем могу помочь Келлеру по части Массивов, но согласен с вами, глава, — талант ощущается. Поэтому у меня второй вопрос — насколько вы, я и оба наших Ордена можем быть открыты с ней?

— Разве её появление здесь, переход из Империи в Тюремные пояса уже не ответ? — спросил я в ответ и твёрдо подвёл итог. — Полностью открыты. Я рассчитываю, что она станет частью се… — я сбился, не поняв: что я сейчас хотел сказать? Секты? Сглотнув, сказал верно и так, как нужно: — … Сломанного Клинка.