Спокойный Ваня 5 (СИ) - Кожевников Павел Андреевич

Как мягко стелет. Он точно знает, что свой аналог двигателя у меня есть, но прямо не говорит. И не требует немедленно их производить. Про море тоже упомянул не просто так. Наверняка просчитал, что передвигался на катере я намного быстрее, чем позволяла его конструкция.

— Решим мы эту проблему. И многие другие решим. — Кивнул я. — Кстати, если бы не этот придурок, Нобель, то первая партия разговорников была бы готова.

— Дядя, вы спустите Нобелям нападение, ещё и согласитесь на их ограничение? — Таня никак не хотела отказаться от мести. Сколько бы мы с ней ни говорили на эту тему, всё равно всплывает в ней это желание.

— Танюша, вспомни, чему вас учили. Мгновенный ответ не означает, что он самый эффективный. Тем более здесь замешана политика…

— А политика дело долгое. — Закончила она.

— Таня, успокойся. Пусть эти проблемы решает твой отец, а мы ему поможем сделать Россию самым сильным государством на планете. Правильно я говорю? — Обратился я к Петру Николаевичу.

— А тебя, соответственно, самым богатым. — Поддержал он мой тон.

— С вами разбогатеешь. Как же. — Хмыкнул я. — Пётр Николаевич, мне бы очень хотелось узнать, с какой радости Нобель примчался меня убивать, да ещё весьма наглым образом? Надеюсь, поделитесь выводами?

— Главное, чтобы ты не вмешивался в нашу работу, получив эту информацию.

— Мы вроде договорились, а слово я привык держать. — Заверил его.

— Дядя, ты обещал привезти кого-то из архива мне на растерзание. — Припомнила Таня недавний разговор.

— Он лично не связан с нападением на Ивана. Кстати, Иван, Марк Германович ведь сам собирался к тебе ехать. Именно его назначили ответственным для переговоров с тобой.

— У них нет чёткой вертикали власти. — Я быстренько обдумал новую информацию. — То, что Марк не замешан, ещё не значит, что не замешан кто-то другой. Достаточно вспомнить того же Потёмкина. Чем обширнее и разветвлённее организация, тем больше вероятность появления индивидуума, желающего прибрать в ней власть в единоличное пользование. Поэтому версию с кукловодом из Архива я бы со счетов сбрасывать не стал.

— Мои люди работают. Вероятно, придётся повторить допрос упомянутого тобой Потёмкина в свете вновь появившейся информации. — Задумчиво произнёс Пётр Николаевич. — Раньше вроде тоже без работы не сидели, но с твоим появлением… — Он многозначительно не закончил предложение.

— Есть и положительные стороны. Выбивать плюшки из Архива предстоит тоже вам. Со своими возможностями я тебя ознакомил. Если появится что-то новое, сообщу дополнительно.

— Договорились. — Танин дядя явно приготовил для Архива весьма непростые условия. Пусть развлекаются, я свою прибыль с другого планирую получить.

— Если очередной катастрофы не случится, завтра к вечеру переговорники будут готовы. — Улыбнулся я как можно наивнее и добавил. — Цену я позже скажу.

— Может сразу решим этот вопрос? — Почувствовав неладное, предложил Пётр Николаевич.

— Я использую весьма редкие материалы, а цена на них мне неизвестна. Как только выясню её, сразу сообщу вам. Со связью у нас в будущем проблем не предвидится. Не переживай, Пётр Николаевич, первые партии будут идти с нулевой прибылью для меня. Наживаться на вас я начну позже.

— Какие-то сложности с зарядкой?

Специалисты ГБ наверняка исследовали конструкт, который у него был. Принцип действия они не поняли, и накопителя не обнаружили. Вот откуда возник этот вопрос. Я расход энергии контролировал по конструкту, оставшемуся у Татьяны. Он был настолько мал, что даже при её способности долго вести беседы заряда хватит надолго. До замены на нормальные переговорники точно. О чём я и сообщил:

— Энергии, которая есть в конструкте, вам хватит надолго. А новые разговорники вообще не требуют дополнительного питания. У них другой способ снабжения энергией.

— Надеюсь, ты не пошёл по пути Нобеля? — Серьёзно спросил глава ГБ. — Никаких запретных конструктов, для отбора жизненной энергии не применяешь?

— Вы своему Патриарху церкви верите? А святому Луке? Тогда хватит дурацких вопросов. Каждый раз одно и то же. — Я понимаю подозрительность у него в крови, но не при каждом же разговоре о запретной магии спрашивать.

— Но как ты решил проблему снабжения конструктов энергией?

— Ты не поверишь! Это магия! — Радостно осклабился я и поднялся со своего места. — Таня, Пётр Николаевич в твоём распоряжении, я пойду с народом пообщаюсь.

Воодушевлённый подарком, майор начал отрывать куски вонючего месива и разбалтывать их в воде. Он справедливо рассудил, что тяжёлые предметы опустятся на дно, даже если он их не заметит. Потом эти предметы собрать будет не так сложно.

В основном ему попадалась разнообразная посуда и бутылки с напитками. Посуда была разной. Много серебряной, золотые ложки и вилки тоже попадались, но редко. Даже керамика и фарфор выглядели богато, поэтому майор её собирал, полоскал наспех в воде и выносил на берег.

Как назло, больше элементов от доспеха ему не попадалось. Но пока он смог разгрести лишь малую часть кучи. К запаху он быстро притерпелся, а на склизкость субстанции почти сразу перестал обращать внимание.

— Демьян! — Раздался с берега знакомый голос. — Вода. Пить. — По-русски позвала Маша. Рядом с ней замер светящийся мишка. Он с интересом наблюдал за действиями майора.

Вытащив давно примеченные бутылки из верхушки массы, майор поспешил на берег. Пить и правда хотелось. Во рту, после полоскания его морской водой, остался стойкий привкус соли.

— Тебя Иван прислал? — Спросил он напившись.

— Таня говорить. Ты пить хотел. Зачем? Фу! — Маша показала на вонючую кучу, смешно сморщив нос.

— В большой куче дерьма, всегда есть шанс найти большой золотой самородок! — Смешивая языки, пояснил майор.

— Помощь? — Маша упорно старалась говорить на новом для неё языке.

— Я буду на берег выносить вещи, а ты аккуратно складывай их в одну кучу. — Не стал отказываться майор от помощницы. — Вдвоём мы быстрее управимся. Здесь не так много этой гадости, как выглядит на первый взгляд.

Медведь, следивший за их разговором, послал обоим волну одобрения и убежал на гору, быстро скрывшись в кустах.

— Охранять идти. — Важно заметила девочка.

— Охранять пошёл. — Поправил её майор и вернулся в воду.

Лекарь с Ама и ещё одним парнем сидели на кухне. Ама что-то упорно записывал в блокноте. Парень предавался унынию.

— Мэнни, поговорить надо. — Обратился я к задумавшемуся лекарю.

— Ты с Ама реши вопрос, а то извёлся мужик весь, хоть и не показывает этого. — Кивнул тот на араба.

— Уговор был, что учить начну, когда он русский более-менее понимать станет. Ты же меня понимаешь, Ама?

— Да, Ваше Величество. — Коротко ответил он.

— Ну и прекрасно. Тренируемся мы по утрам. Сначала посмотрю, что ты умеешь, а там решим, чего тебе не хватает.

— Я бы хотел освоить технику, которой меня Маша уе…ла так, что я чуть лапти не отбросил. — Вежливо ответил Ама.

— Экстренное изучение языка произошло с небольшим осложнением. — Улыбнулся Мэнни.

— Я исправлю эту херню со временем. — Пообещал араб, сверившись с блокнотом.

— Не надо со временем. Лучше общайся, как можно больше, но проси собеседников называть тебе недопустимые в приличном обществе слова. — Посоветовал я. — Так дело быстрее пойдёт.

— Я так и делаю, Ваше Величество. — Ама помахал блокнотом.

— Молодец. Главное при женщинах не ругайся, а мужики поймут. — Похвалил я. — Преподавать какую-то конкретную технику я тебе не буду. Сделаем, как сказал. Сначала посмотрю на твои умения. — Я кивнул на парня. — А это, что за молодой человек?

— Тот самый маг разума, который помог Ама с изучением русского. Александр, рассказывай сам свою историю. Я за тебя постоянно отдуваться не намерен.

— Ваше Величество, меня зовут Александр Холмогоров. Я маг разума среднего уровня. Прошу принять от меня клятву верности.