Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2 - Маро Моргана

Он через силу усмехнулся, плюнув на ее протянутую ладонь:

– Нет, лучше убейте сейчас.

– Я подозревала, что так будет. Неужели ты не боишься смерти? Не боишься впасть в забвение? – поинтересовалась Ма Лян, взяв его за подбородок и заставив взглянуть на себя.

– Рано или поздно это и так бы произошло, разве нет?

Она усмехнулась, достала из рукава белоснежную пилюлю и протолкнула ее в рот Мин Ханя. Тот попытался выплюнуть, но Цзюньфэнь так сильно сжала его челюсти, что он не смог открыть рот. Ему оставалось только давиться, чувствуя, как пилюля сладостью рассасывается на языке и стекает в горло. Убедившись, что он ее проглотил, Ма Лян отпустила его и поднялась.

– Я думала, с тобой удастся договориться. Увы, ты не хочешь видеть истинную сущность этой демоницы. Видишь ли, пока я занимаю пост владыки, мои руки не должны быть в крови, такое условие мне поставило Цышань.

Мин Хань закашлял, пытаясь отплеваться, но пилюля уже проникла внутрь и холодом разливалась в желудке.

– Что ты мне скормила?

– Всего лишь пилюлю, которая подавит чары этой демоницы и обезопасит тебя.

– Зачем? – хрипло спросил он.

Взглянув на него, Ма Лян улыбнулась и протянула руку со сжатыми пальцами. Повинуясь неведомой силе, Мин Хань поднялся, тяжело дыша и исподлобья смотря на верховную богиню. Не спеша подойдя к нему, она поправила его воротник и растрепавшиеся волосы.

– Ты окажешь мне услугу, благодаря которой возвысишься в глазах людей. Ты станешь тем, кто убьет Хуанъянь.

– Нет, – прошептал Мин Хань, и его сердце болезненно сжалось. – Никогда.

– Это трудно, я знаю. Ее колокольчик слишком сильно околдовал тебя, и ты не первый, с кем она так играет. Но ты можешь стать последним, тем, кто закончит ее игру.

– Я не стану этого делать, – прохрипел Мин Хань.

– Станешь, – спокойно ответила Ма Лян, коснувшись пальцем его метки бога между бровями. Ту пронзила яркая нестерпимая боль, и небожитель закричал. – Слушай меня, Мин Хань. Твои чувства – обман, ты мой меч, который встанет на защиту своего хозяина. Хуанъянь играла с тобой, заставляя поверить себе. Повтори!

– Она… не играла со мной! – прошипел Мин Хань, и боль наполнила все его тело.

– Повтори, что я сказала. – В голове небожителя раздался голос Цзюньфэнь, столь могущественный, что подавил его волю. – Повтори!

– Она… играла… со мной, – словно издалека услышал Мин Хань свой голос.

– Ты не любишь ее.

– Я… не люблю ее, – повторил он, и боль ослабла.

– Ты убьешь Хуанъянь.

– Я убью Хуанъянь.

Метку перестало жечь, и, довольно улыбнувшись, Цзюньфэнь отступила на пару шагов назад.

Мин Хань сидел на полу, и его дыхание постепенно выравнивалось. Мысли успокоились, и он не мог понять, почему был так встревожен пару секунд назад. Что заставило его волноваться?

– Ты устал, Мин Хань, – раздался заботливый голос Ма Лян. – Иди к себе и отдохни.

– Да, прошу прощения, что причинил вам неудобство, – пробормотал он.

Покинув дворец, небожитель неторопливо зашагал к себе, пытаясь разобраться с новым странным чувством. Он словно что-то забыл, но не знал, что именно. Это вещь? Или человек? Стоило напрячь память, как метка между бровями начинала болеть.

Дойдя до дома, Мин Хань неуверенно замер, словно ждал кого-то. Он перешагнул порог и занялся тем, что у него получалось лучше всего, – рисованием. Стоило взять кисть, как на душе стало спокойнее и тревога ушла. Он рисовал несколько дней, забывшись в красках и фантазии, пока его не отвлек голос над ухом:

– До чего же мой А-Хань талантлив.

Кисть дрогнула в руке, оставив кляксу, и Мин Хань резко обернулся. Рядом с ним, подперев ладонью подбородок, сидела Хуанъянь. Она не заметила его взгляда, полного взявшихся из ниоткуда ужаса и ненависти, и с интересом рассматривала картину.

Чувства наполнили Мин Ханя. Он смотрел на демоницу и не понимал, как мог хоть что-то испытывать к ней. Как мог дарить любовь и ласку, как мог шептать признания и распивать вместе вино. Перед ним сидело чудовище в человеческом облике, коварное и жаждущее крови. Сколько жизней она отняла? И сколько еще отнимет? Как долго Небеса должны бояться ее?

– А-Хань? – подняв на него глаза, спросила демоница. – Что с тобой? Ты побледнел.

Протянув ладонь, она коснулась его лба, отчего Мин Хань вздрогнул, почувствовав отвращение.

– Все в порядке, – покачал он головой, отвернувшись и взглянув на рисунок. – Просто… задумался.

– И о чем же? – с улыбкой поинтересовалась Хуанъянь, наматывая прядь его волос на палец.

Слова слетели раньше, чем Мин Хань успел их обдумать.

– Может, пригласим на чай главу Ян и тетушку Ло?

Услышав его слова, демоница замерла, а небожитель внутренне сжался. Он помнил, какими острыми могут быть ее когти и сколько вреда они могут причинить.

– Звучит неплохо, – наконец произнесла Хуанъянь и улыбнулась, отчего все внутри Мин Ханя сжалось. – Думаю, глава Ян будет не против.

– Тогда я все подготовлю. А ты… предупреди его.

Глава 33

День, когда все изменилось

– Будь осторожна.

Ян Юмэй вздрогнула, услышав в голове слабый голос. Это был последний раз, когда Цышань разговаривало с ней. Ян Юмэй еще некоторое время вслушивалась в тишину, но то больше с ней не говорило.

Позади раздался негромкий стук. Обернувшись, она взглянула на Мин Ханя, ставившего на стол несколько кувшинов.

– Это вино из ягод Цышань? – поинтересовалась демоница.

– Да. Ты говорила, что главе Ян оно нравится. Думаю, лучше его чем-нибудь разбавить, – не глядя на нее, ответил тот.

В последнее время Мин Хань вел себя странно, словно его что-то беспокоило, но он не мог в этом признаться. Сколько бы ни спрашивала об этом Ян Юмэй, небожитель лишь качал головой, прося не волноваться. Возможно, он слишком переживал из-за встречи с Ян Лю. Хуанъянь понимала его – ей самой понадобилось несколько лет, чтобы привыкнуть к характеру главы клана Черной Крови и его мертвым холодным глазам. Мин Ханю должно было быть еще тяжелее рядом с ним.

– Ты готов? – поинтересовалась она, вдев в волосы последнюю серебряную шпильку.

– Да, – не задумываясь кивнул небожитель.

Ян Юмэй протянула ему руку, и Мин Хань помедлил, прежде чем взять ее. Обратившись стайкой белых мотыльков, они упорхнули с Цышань и направились вниз, к озеру с лотосами и беседкой. Под ее крышей висели медные колокольчики с длинными красными лентами, покачивающимися от легкого дуновения ветра. Тихий перезвон то и дело раздавался над озером, по которому плавали утки-мандаринки.

Ступив внутрь беседки, Ян Юмэй огляделась. Рядом росла старая мощная ива, чьи ветви касались воды. Несколько воробьев пряталось в листве: они чистили перышки и поглядывали на незнакомцев черными глазками.

Внутри беседки стоял уже накрытый стол и несколько стульев из черного дерева с узорами в виде летучих мышей. В воздухе пахло благовониями, поднимающимися под потолок и закручивающимися в спирали.

– И почему ты раньше не показывал мне это место? – с упреком поинтересовалась Ян Юмэй, взяв крупную виноградину и покрутив ее между пальцами.

– Я узнал о нем благодаря генералу Юнь, – ответил Мин Хань, разглядывая ленту на колокольчике. – Хорошо, что оно тебе нравится.

– Как мне может не понравиться то, что делает А-Хань?

Подойдя со спины, Ян Юмэй обняла его. Небожитель на мгновение напрягся, но повернулся и коснулся ладонью ее щеки. Хуанъянь прильнула к его руке и закрыла глаза, наслаждаясь знакомым теплом. В голове вновь мелькнула шальная мысль: она хотела украсть Мин Ханя, спрятать его от Небес и жить где-то вдали от взгляда Цзюньфэнь. Возможно, Ян Юмэй первая нарушит уговор, убив владыку Небес.

Позади раздались шаги. Мин Хань отнял руку и выпрямился, поклонившись пришедшим.

– Небожитель Мин приветствует главу Ян.

Ян Лю в черном одеянии напоминал вестника смерти: под его взглядом смолкли воробьи и затих ветер. Повеяло прохладой, как будто вместе с ним пришла зима. Он лишь кивнул, сев на предложенное место, а тетушка Ло тепло улыбнулась Ян Юмэй: