Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 1 (СИ) - Шаравин Максим

Мишка, хоть и был напряжён после недавнего разговора, старался поддерживать боевой дух отряда. Он то и дело шутил, правда, его шутки становились всё более натянутыми. Я чувствовал, что друг кипит от любопытства и вопросов, но сдерживается, помня строгий взгляд поручика.

В туннеле постепенно увеличивалось количество магических светильников, и вскоре мы вышли к полностью освещённому участку. Воздух здесь казался свежее, а эхо наших шагов было другим — признаком того, что мы приближаемся к основному лагерю.

Глава 9

Поручик резко остановился и развернулся к нам, его лицо выражало необычайную серьёзность:

— Александр, — начал Лапин с заметным напряжением в голосе, — хочу сказать тебе… Ты можешь мне не доверять, но… — Лапа на мгновение замолк, его пронзительный взгляд впился в Михаила. Сделав для себя какие-то выводы, он снова повернулся ко мне, и его голос стал тише, почти шёпотом, но от этого ещё более значимым: — Я знаю… Точнее, я абсолютно уверен, что знаю… знал твоих родителей. Никто из врагов твоего рода не узнает об этом от меня, но и ты должен быть предельно осторожен со своей магией.

Он сделал паузу, его глаза сверкнули стальным блеском решимости:

— Когда мы доберёмся до лагеря, я сообщу о твоей предрасположенности к стихиям Воды и Земли. И подчеркну, что ты не обучен управлению этими силами. Сейчас тебе жизненно необходимы наставники.

Лапин замолчал, его взгляд буквально пронзал меня, ожидая какой-то реакции. Но я лишь продолжал смотреть на него, сохраняя полное спокойствие и не выдавая своих эмоций.

— Егорыч и Беркут… Они могут оказать помощь. Они, как и твой от… — Лапа запнулся, его голос предательски дрогнул от нахлынувших эмоций, — они владеют стихиями Огня и Земли. И способны обучить тебя управлению стихией Земли. Кроме того, у нас есть маг-воин, владеющий стихией Воды. Беркут может попросить его обучать тебя.

Его голос стал едва слышным, почти неслышным шёпотом:

— Беркут и Егорыч… Они тоже знают… знали, — поручик замолчал, его взгляд был полон невысказанного ожидания. Он смотрел на меня с нескрываемой мольбой принять решение. Лапа стоял неподвижно, затаив дыхание, и ждал моего ответа.

— Что мне нужно делать? — спросил я, не отводя взгляда.

Мне показалось, что Лапа выдохнул с облегчением:

— Вы с Михаилом — кадеты. Мы не можем оставить вас здесь без приказа. Но если вы напишете рапорт с просьбой остаться здесь под командованием Егорыча или Беркута, то его быстро согласуют и поставят вас на довольствие. Платить, конечно, будут крайне мало, но за убитых монстров положена премия. Вам дадут список ингредиентов, которые надо забирать в качестве подтверждения. Но самое главное — мы сможем обучать вас. Это не поверхностное обучение в кадетском корпусе, это настоящая боевая практика. Вы сможете быстрее набрать так сильно нужную вам силу.

Я глянул на Мишку — он кивнул мне, заранее соглашаясь с любым моим решением. А решение было только одно. Остаться в разломе на службе в императорской армии. Я не понимал, как мне развиваться вне разлома. Поэтому пока решил, что останусь здесь.

— Хорошо, мы согласны. Когда придём в лагерь, мы напишем рапорты, — я дал согласие за нас обоих.

Лапин улыбнулся какой-то грустной и спокойной улыбкой, как будто сейчас у него свалился груз с плеч. Мне показалось это странным, однако никакой опасности я не почувствовал.

Поручик развернулся и быстро пошёл в сторону лагеря, мы старались не отставать. Его шаги стали увереннее, а спина — прямее. Казалось, что принятое решение сняло с его плеч невидимое бремя, о котором я даже не подозревал.

Мишка толкнул меня локтем:

— Ну что, Сань, теперь мы настоящие вояки!

Я лишь молча кивнул, погруженный в свои мысли.

В основной лагерь мы попали удивительно быстро. Не успели мы дойти до ворот, как они уже распахнулись перед нами. Поручика Лапина узнали ещё на подходе, и нас уже встречали запыхавшиеся от быстрой пробежки капитан Беркутов и капитан Егоров.

— Лапа! — Егорыч крепко обнял поручика. — Выбрался всё-таки, ещё и двух кадетов вывел!

Беркут отодвинул Егорыча и тоже обнял Лапина.

— Остальные? — коротко спросил Беркут.

— Если через Степаныча никто не пришёл, значит, только мы, — тихо ответил Лапа.

— У Степаныча тоже полная задница. Наёмники, конечно, помогли, но с ними пробилось всего полсотни человек. Твоих среди них нет, — капитан Егоров посмотрел на нас. — Хорошо, что хоть вы вышли.

— Степаныча атаковали с трёх сторон: с востока, где стоял наш восточный рубеж, со второго уровня и со стороны его основного лагеря, где открылся новый проход, — сообщил Беркут. — Наш основной лагерь атаковали, похоже, сразу же, как пали твой западный и восточный рубежи. Основной лагерь Степаныча тоже атаковали, но они быстро отбились. У нас ситуация сложнее — атака с двух туннелей, пришлось нелегко, потерь тоже много.

— Лапа, давай рассказывай, — начал Егорыч, но поручик глянул на него и потёр своё ухо.

— Хм… — Беркут тоже заметил этот жест. Оглянувшись и увидев собравшихся вокруг солдат, он рявкнул: — Что уши развесили? Быстро все по местам, или вам мало потерь⁈

Солдаты нехотя начали расходиться.

— Пойдём к нам в палатку. Кадетов сейчас пристроим, чтобы помылись и поели, — предложил Егорыч, но Лапа перебил его.

— Они пойдут с нами.

Лица Беркута и Егорыча выразили явное изумление, но оба молча смотрели на Лапу.

— Так надо, — ответил Лапа и перевёл взгляд на нас. — Пойдёте с нами, пока всё не решим.

Мы двинулись в командирскую палатку под удивлёнными взглядами солдат. Внутри царил полумрак, лишь несколько магических светильников освещали стол и карты, лежащие на нём.

Зайдя внутрь, поручик повернулся к Егорычу:

— Савелий, у тебя ещё жив тот артефакт, который я тебе дарил?

Егорыч ухмыльнулся и направился в угол палатки, где стоял его вещевой мешок. После недолгих поисков он достал небольшую статуэтку — маленькую чёрную обезьянку, вырезанную с удивительной точностью.

Подойдя к столу, Егоров поставил статуэтку и нежно погладил обезьянку по голове. К нашему изумлению, фигурка ожила: она взглянула на хозяина, улыбнулась, закрыла глаза и лапками заткнула себе ушки.

— Готово, Лапа. Теперь нас никто не услышит и не увидит, даже если зайдёт в палатку. Всё, как ты любишь, когда хочешь серьёзно поговорить. Так что давай, рассказывай. Мы с Беркутом сгораем от любопытства, — Егорыч смотрел на поручика с улыбкой, но в его глазах читалась настороженность.

Я невольно напрягся и бросил взгляд на Мишку. Он стоял рядом, нахмурив брови, и явно чувствовал то же напряжение, что и я. Наши глаза встретились, и он едва заметно кивнул, подтверждая, что эта ситуация вызывает у него такое же беспокойство.

Вернув взгляд к Лапе, я приготовился к тому, что должно было произойти дальше. В воздухе повисло тяжёлое ожидание, и я понимал — сейчас мы узнаем что-то очень важное, то, что изменит всё наше будущее.

— У меня несколько новостей, начну с обыденного. Открылись новые проходы на второй уровень, и я предполагаю, что по ним можно сразу спуститься и на третий. Мы уже встретили тварей третьего уровня, двух убили. Если монстр стоит на двух лапах, то около четырёх метров в высоту, плюс на теле ещё четыре огромных полноценных лапы. Если встаёт на все конечности, становится очень быстрым. Ворота в рубежах вынес за несколько секунд. Стихия Огня практически не причиняет вреда, мы смогли убить мечами, предварительно накачанные маной, — поручик сделал паузу, его лицо оставалось серьёзным.

— Мы тоже одного смогли убить, шёл с твоего рубежа. Потеряли десятерых солдат, — мрачно произнёс Беркут, его голос звучал глухо.

— Ладно, с этим ясно. Мы сделали примерно такие же выводы. Ты их подтвердил. Отправим сегодня курьера наверх, — Егорыч тяжело опустился за стол, его лицо выражало усталость. — Давай следующую новость, чувствую, она будет куда интереснее новых проходов.